149 цитат Галины Гончаровы — избранное

Ниже 149 цитат Галины Гончаровы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Девушка, что вы умудрились сделать руками? — Обморозила, — ответила я. — Да? А уколы откуда? — Это я замороженного дикобраза ощипывала, — окончательно озверела я.

   — Девушка, что вы умудрились сделать руками? — Обморозила, — ответила я. — Да? А уколы откуда? — Это я замороженного дикобраза ощипывала, — окончательно озверела я.

   — Юлия Евгеньевна Леоверенская · книга
2. «

   Сейчас здесь процветает христианство, почти как у вас несколько веков назад. Общий лозунг: «Загнать всех в рай», для непроникшихся — с добавлением: “любыми методами”. К методам относятся пытки, казни, очищение водой и костром, а также искоренение всех иных форм жизни, то есть оборотней, вампиров, эльфов, гномов, в общем, всех, кто больше одарен природой.

   Сейчас здесь процветает христианство, почти как у вас несколько веков назад. Общий лозунг: «Загнать всех в рай», для непроникшихся — с добавлением: “любыми методами”. К методам относятся пытки, казни, очищение водой и костром, а также искоренение всех иных форм жизни, то есть оборотней, вампиров, эльфов, гномов, в общем, всех, кто больше одарен природой.

   — Эльфы, волшебники и биолухи · книга
3. «

   — Боги… Ёлочка… — Она с Каном. — И кто кого будет спасать? — Подозреваю, что спасаться от них будут все окружающие. Ёлка просто мастер художественных неприятностей.

   — Боги… Ёлочка… — Она с Каном. — И кто кого будет спасать? — Подозреваю, что спасаться от них будут все окружающие. Ёлка просто мастер художественных неприятностей.

   — Антел Герлей · книга
4. «

   Удар должен быть один. И не смейте раскисать. Если на вас напали — бейте насмерть. Лучше оправдываться на земле, чем на небесах. Бейте в горло, в глаза, в пах… хоть зубами за яйца укусите, авось от болевого шока сдохнет. И учтите, вы — женщины. Ваша сила — в вашей слабости. От вас не будут ждать сильного сопротивления… И не удумайте играть в благородство! Играйте в слабость, в трусость — до одного момента, который нельзя упустить. Никак нельзя.

   Удар должен быть один. И не смейте раскисать. Если на вас напали — бейте насмерть. Лучше оправдываться на земле, чем на небесах. Бейте в горло, в глаза, в пах… хоть зубами за яйца укусите, авось от болевого шока сдохнет. И учтите, вы — женщины. Ваша сила — в вашей слабости. От вас не будут ждать сильного сопротивления… И не удумайте играть в благородство! Играйте в слабость, в трусость — до одного момента, который нельзя упустить. Никак нельзя.

   — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
5. «

   Настоящая женщина всегда готова накормить своего мужчину обедом! Это я еще от бабушки слышала.

   Настоящая женщина всегда готова накормить своего мужчину обедом! Это я еще от бабушки слышала.

   — Ёлка · книга
6. «

   Эх, Рудик, неплохим ты мог бы быть человеком. Но трупом будешь краше!

   Эх, Рудик, неплохим ты мог бы быть человеком. Но трупом будешь краше!

   — Алекс · книга
7. «

   Первый инстинкт ребят с факультета самоубийц — разведка трех самых важных направлений. Направление первое: как, куда и какими путями удирать в случае чего. Второе: где можно разжиться чем-нибудь съедобным и вкусным, лучше — в любое время дня и ночи. И третье, самое важное, направление: где то место, куда и король пешком ходит, то есть санузел.

   Первый инстинкт ребят с факультета самоубийц — разведка трех самых важных направлений. Направление первое: как, куда и какими путями удирать в случае чего. Второе: где можно разжиться чем-нибудь съедобным и вкусным, лучше — в любое время дня и ночи. И третье, самое важное, направление: где то место, куда и король пешком ходит, то есть санузел.

   — Летняя практика · книга
8. «

   — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

   — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

   — Против лома нет вампира · книга
9. «

   Сосредоточенность. Полное спокойствие и контроль над собой. Мертвенная неподвижность силы. Это — черный ледяной огонь. Он внутри каждого некроманта, он стелется языками в его душе, обвивает, обжигает и вымораживает все человеческое. Только позволь.

   Сосредоточенность. Полное спокойствие и контроль над собой. Мертвенная неподвижность силы. Это — черный ледяной огонь. Он внутри каждого некроманта, он стелется языками в его душе, обвивает, обжигает и вымораживает все человеческое. Только позволь.

   — Некромант. Рабочие будни · книга
10. «

    Дело ведь не в убийстве. По дури убить способен любой. По пьяни, по злобе… Дело в другом. Если ты внутренне не убийца – это тебя сожрет. Просто разъест кислотой и уничтожит. Рано или поздно ты не сможешь жить с этим грузом на душе. Он вырвется наружу, а уж как это случится, в какой форме – Раш его знает. Убийцы видны некромантам так же отчетливо, как и призракам, как и демонам. Да и некоторым магам. Любое отнятие жизни вырывает кусок из ауры. И там остается или рана, или чернота.

    Дело ведь не в убийстве. По дури убить способен любой. По пьяни, по злобе… Дело в другом. Если ты внутренне не убийца – это тебя сожрет. Просто разъест кислотой и уничтожит. Рано или поздно ты не сможешь жить с этим грузом на душе. Он вырвется наружу, а уж как это случится, в какой форме – Раш его знает. Убийцы видны некромантам так же отчетливо, как и призракам, как и демонам. Да и некоторым магам. Любое отнятие жизни вырывает кусок из ауры. И там остается или рана, или чернота.

    — Таши · книга
11. «

    Не люблю я тех, кто паразитирует на самом святом в человеке — на любви. Ведь по большому счету, что такое эта религия? Вера в то, что есть кто-то добрый, что он нас любит, что не бросит, что родные и близкие будут ждать нас за гранью… Это так, я согласен. Но это не дает храмовникам права преследовать, жечь, судить, карать и миловать, драть деньги… У них есть обязанности — помогать, защищать, утешать…

    Не люблю я тех, кто паразитирует на самом святом в человеке — на любви. Ведь по большому счету, что такое эта религия? Вера в то, что есть кто-то добрый, что он нас любит, что не бросит, что родные и близкие будут ждать нас за гранью… Это так, я согласен. Но это не дает храмовникам права преследовать, жечь, судить, карать и миловать, драть деньги… У них есть обязанности — помогать, защищать, утешать…

    — Алекс · книга
12. «

    Есть боевые генералы. Есть штатские. Которые плазмер в руках не держали. Зато в курсе, кому, как и что лизнуть. Это был второй случай. И церемониться с такой тварью не стоит. Рико действовал слишком резко, да. Но по-другому он и не умел. А может, и правильно. И легче всего с бюрократами договориться, когда дверь открываешь ногой. Потому что руки заняты. Одна — папкой с бумагами, вторая — плазмером.

    Есть боевые генералы. Есть штатские. Которые плазмер в руках не держали. Зато в курсе, кому, как и что лизнуть. Это был второй случай. И церемониться с такой тварью не стоит. Рико действовал слишком резко, да. Но по-другому он и не умел. А может, и правильно. И легче всего с бюрократами договориться, когда дверь открываешь ногой. Потому что руки заняты. Одна — папкой с бумагами, вторая — плазмером.

    — Аврора · книга
13. «

    Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.

    Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.

    — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
14. «

    В руках Ника материализовался большой букет из нераспустившихся белых роз. — Возьми, — Ник осторожно отделил от букета одну розу. Цветок тут же распустился, наполняя комнату восхитительным ароматом. — Это доверие. — Он точно так же передал второй цветок. — Это восхищение. — Третий. — Это понимание. Уважение. Искренность. Дружба. Тепло. Взаимовыручка. Прощение. Нежность. Страсть. Уверенность. Любовь. Глупость. Злость. Мстительность. Эгоизм. Недоверие. Надменность. — С каждым словом Ник вручал Орланде по розе, пока в руках у женщины не оказался весь букет. — Теперь понятно?— Нет. Такого ответа Ник и ожидал.— Все просто, Орланда. Это то, что мы вручаем другому человеку, когда любим. Понимаешь? Мы вручаем все, что у нас есть, все хорошее и плохое, светлые и темные стороны своей души в руки другого человека. А он может либо принять, либо оттолкнуть этот дар. Или принять, но ничего не дать взамен. Тогда нам будет очень больно.

    В руках Ника материализовался большой букет из нераспустившихся белых роз. — Возьми, — Ник осторожно отделил от букета одну розу. Цветок тут же распустился, наполняя комнату восхитительным ароматом. — Это доверие. — Он точно так же передал второй цветок. — Это восхищение. — Третий. — Это понимание. Уважение. Искренность. Дружба. Тепло. Взаимовыручка. Прощение. Нежность. Страсть. Уверенность. Любовь. Глупость. Злость. Мстительность. Эгоизм. Недоверие. Надменность. — С каждым словом Ник вручал Орланде по розе, пока в руках у женщины не оказался весь букет. — Теперь понятно?— Нет. Такого ответа Ник и ожидал.— Все просто, Орланда. Это то, что мы вручаем другому человеку, когда любим. Понимаешь? Мы вручаем все, что у нас есть, все хорошее и плохое, светлые и темные стороны своей души в руки другого человека. А он может либо принять, либо оттолкнуть этот дар. Или принять, но ничего не дать взамен. Тогда нам будет очень больно.

    — Эльфы, волшебники и биолухи · книга
15. «

    У силы есть только одно право — защищать тех, кто слабее. Защищать, беречь, помогать... стал сильным — подними с колен слабого.

    У силы есть только одно право — защищать тех, кто слабее. Защищать, беречь, помогать... стал сильным — подними с колен слабого.

    — Крест и крыло · книга
16. «

    Ночь мягко обняла плечи некроманта. Лаская, скрадывая, связывая его с тенями, притаившимися в углах… Таши скользил по улицам.

    Ночь мягко обняла плечи некроманта. Лаская, скрадывая, связывая его с тенями, притаившимися в углах… Таши скользил по улицам.

    — Некромант. Работа словно праздник · книга
17. «

    Людьми управлять несложно. Это как маятник. Напугать — отпустить. Напугать — отпустить. И так, пока человек не поймет, чего ты от него хочешь…

    Людьми управлять несложно. Это как маятник. Напугать — отпустить. Напугать — отпустить. И так, пока человек не поймет, чего ты от него хочешь…

    — Азъ есмь Софья. Сестра · книга
18. «

    Вся наша жизнь лишь узкий луч над пропастью страданий, боли, На лезвии острей ножа мы держимся лишь силой воли. Куда идем, зачем идем, до самой смерти не узнаем, А цель, когда мы к ней дойдем, возможно, и не угадаем. Судьба смеется – для чего идешь сквозь бурю, дождь, ненастье? И ты ответишь: для того, чтоб дать своим потомкам счастье.

    Вся наша жизнь лишь узкий луч над пропастью страданий, боли, На лезвии острей ножа мы держимся лишь силой воли. Куда идем, зачем идем, до самой смерти не узнаем, А цель, когда мы к ней дойдем, возможно, и не угадаем. Судьба смеется – для чего идешь сквозь бурю, дождь, ненастье? И ты ответишь: для того, чтоб дать своим потомкам счастье.

    — Средневековая история. Цена счастья · книга
19. «

    Между прочим, по институту ходила шутка, что гадюка на эмблеме – это медик, который сцеживает яд. И в ней была доля правды.

    Между прочим, по институту ходила шутка, что гадюка на эмблеме – это медик, который сцеживает яд. И в ней была доля правды.

    — Средневековая история. Изнанка королевского дворца · книга
20. «

    — А что за той дверью? Голодный вурдалак? — Гораздо хуже, — ухмыльнулся директор. — За той дверью очередь из двухсот двенадцати поступивших, которым не терпится подписать свой договор.

    — А что за той дверью? Голодный вурдалак? — Гораздо хуже, — ухмыльнулся директор. — За той дверью очередь из двухсот двенадцати поступивших, которым не терпится подписать свой договор.

    — Учиться, влюбиться... убиться? · книга