90 цитат Георгого Вайнера — подборка на все случаи

Подборка из 90 цитат Георгого Вайнера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жизнь — это не то, что с нами происходит, а то, как мы к этому относимся.

   Жизнь — это не то, что с нами происходит, а то, как мы к этому относимся.

   — Константин Бойко · книга
2. «

   У нас не боится только тот, кто не понимает, что ему грозит.

   У нас не боится только тот, кто не понимает, что ему грозит.

   — Аркадий Вайнер · книга
3. «

   В нашей жизни очень важно правильно оценивать людей. Особенно если они твои друзья…

   В нашей жизни очень важно правильно оценивать людей. Особенно если они твои друзья…

   — Аркадий Вайнер · книга
4. «

   Не принимайте никогда никаких решений окончательно. Оставляйте за собой небольшой запас времени, свободу манёвра, ресурс денег и резерв для извинений. Это спасает наше самолюбие от болезненных уколов, а истину от попрания.

   Не принимайте никогда никаких решений окончательно. Оставляйте за собой небольшой запас времени, свободу манёвра, ресурс денег и резерв для извинений. Это спасает наше самолюбие от болезненных уколов, а истину от попрания.

   — Аркадий Вайнер · книга
5. «

   Запомни раз и навсегда — никогда не жалуйся на усталость! Все равно никто не пожалеет, а уважать перестанут.

   Запомни раз и навсегда — никогда не жалуйся на усталость! Все равно никто не пожалеет, а уважать перестанут.

   — Александр Серебровский · книга
6. «

   Вот тебе еще два правила Глеба Жеглова, запомни их — никогда не будешь сам себе дураком казаться!... Первое: даже «здравствуй» можно сказать так, чтобы смертельно оскорбить человека. И второе: даже «сволочь» можно сказать так, что человек растает от удовольствия.

   Вот тебе еще два правила Глеба Жеглова, запомни их — никогда не будешь сам себе дураком казаться!... Первое: даже «здравствуй» можно сказать так, чтобы смертельно оскорбить человека. И второе: даже «сволочь» можно сказать так, что человек растает от удовольствия.

   — Аркадий Вайнер · книга
7. «

   Червь не дурак, он в кислое яблоко не полезет…

   Червь не дурак, он в кислое яблоко не полезет…

   — Аркадий Вайнер · книга
8. «

   Она всегда была готова вместе со мной огорчиться или порадоваться. Галя готовила себя в спутницы моей жизни и по её представлениям спутница жизни должна всегда жить в эмоциональном резонансе со своим избранником.

   Она всегда была готова вместе со мной огорчиться или порадоваться. Галя готовила себя в спутницы моей жизни и по её представлениям спутница жизни должна всегда жить в эмоциональном резонансе со своим избранником.

   — Аркадий Вайнер · книга
9. «

   Я тебе точно говорю: в человеке самое главное — чтобы он был человечным...

   Я тебе точно говорю: в человеке самое главное — чтобы он был человечным...

   — Аркадий Вайнер · книга
10. «

    Человек похож на птичье гнездо. Целый выводок всяких желаний одновременно развивает ненасытные клювы: дай! еще! хочу! мне!

    Человек похож на птичье гнездо. Целый выводок всяких желаний одновременно развивает ненасытные клювы: дай! еще! хочу! мне!

    — Аркадий Вайнер · книга
11. «

    Был такой китайский мудрец, Конфуций его звали, вот он сказал однажды: «Очень трудно поймать в тёмной комнате кошку. Особенно если её там нет…»

    Был такой китайский мудрец, Конфуций его звали, вот он сказал однажды: «Очень трудно поймать в тёмной комнате кошку. Особенно если её там нет…»

    — Аркадий Вайнер · книга
12. «

    Чтобы разбогатеть, надо всегда помнить о трёх вещах. Первое — бережливость. Второе — бережливость к сбережённому. Третье — бережливость к бережливо сбережённому. Вот и всё.

    Чтобы разбогатеть, надо всегда помнить о трёх вещах. Первое — бережливость. Второе — бережливость к сбережённому. Третье — бережливость к бережливо сбережённому. Вот и всё.

    — Аркадий Вайнер · книга
13. «

    Господи, какая радость — жить накануне счастья…

    Господи, какая радость — жить накануне счастья…

    — Аркадий Вайнер · книга
14. «

    Я сидел, отвернувшись к окну, и, может, впервые в жизни думал о том, что власть над людьми — очень сильная и острая штука, и может быть, именно тогда поклялся на всю жизнь помнить, какую цену ты или другие люди должны заплатить за сладкие мгновенья обладания ею...

    Я сидел, отвернувшись к окну, и, может, впервые в жизни думал о том, что власть над людьми — очень сильная и острая штука, и может быть, именно тогда поклялся на всю жизнь помнить, какую цену ты или другие люди должны заплатить за сладкие мгновенья обладания ею...

    — Аркадий Вайнер · книга
15. «

    Самое глупое, до чего может додуматься человек, – это решить начать новую жизнь.

    Самое глупое, до чего может додуматься человек, – это решить начать новую жизнь.

    — Аркадий Вайнер · книга
16. «

    — Вы мне не тыкайте! — яростно закричал Груздев. — Я вас чуть не вдвое старше, и я советский гражданин… Я буду жаловаться!.. — Между прочим, это ведь все равно, как обращаться — на «ты» или на «вы», суть не меняется, — сказал Жеглов, возвратился к столу и уперся сапогом в стул. — Какая в самом деле разница будущему покойнику?..

    — Вы мне не тыкайте! — яростно закричал Груздев. — Я вас чуть не вдвое старше, и я советский гражданин… Я буду жаловаться!.. — Между прочим, это ведь все равно, как обращаться — на «ты» или на «вы», суть не меняется, — сказал Жеглов, возвратился к столу и уперся сапогом в стул. — Какая в самом деле разница будущему покойнику?..

    — Аркадий Вайнер · книга
17. «

    И с неожиданной грустью я подумал о несовершенстве механизма человеческого самопонимания, при котором виртуозы бухгалтеры грустят о несостоявшихся судьбах отважных мореходов, гениальные портные жалеют об утраченных возможностях стать журналистами, а видные врачи-кардиологи считают, что их талант по-настоящему мог расцвести только на театральных подмостках, — профессьон манке, как говорят французы, пренебрежение призванием.

    И с неожиданной грустью я подумал о несовершенстве механизма человеческого самопонимания, при котором виртуозы бухгалтеры грустят о несостоявшихся судьбах отважных мореходов, гениальные портные жалеют об утраченных возможностях стать журналистами, а видные врачи-кардиологи считают, что их талант по-настоящему мог расцвести только на театральных подмостках, — профессьон манке, как говорят французы, пренебрежение призванием.

    — Аркадий Вайнер · книга
18. «

    Стас подумал, что каждому человеку, видимо, отпущен какой-то лимит любви и он должен непрерывно расходовать его, чтобы не разрушить баланс своей жизни. Очень это обидно: людям нужно еще так много доброты и любви, а кто-то любит бессмысленного рыжего петуха…

    Стас подумал, что каждому человеку, видимо, отпущен какой-то лимит любви и он должен непрерывно расходовать его, чтобы не разрушить баланс своей жизни. Очень это обидно: людям нужно еще так много доброты и любви, а кто-то любит бессмысленного рыжего петуха…

    — Аркадий Вайнер · книга
19. «

    Беда-а, — ухмыльнулся Балашов. — Мир требует свободы. Народы Африки требуют, жены требуют. А зачем она им, эта свобода? Смешно...

    Беда-а, — ухмыльнулся Балашов. — Мир требует свободы. Народы Африки требуют, жены требуют. А зачем она им, эта свобода? Смешно...

    — Аркадий Вайнер · книга
20. «

    У всех людей свои сказки…

    У всех людей свои сказки…

    — Аркадий Вайнер · книга