17 цитат Герберта Уэллс: цитаты со смыслома — избранное

Ниже 17 цитат Герберта Уэллс: цитаты со смыслома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Просвещение в Утопии полностью проявило свою силу только после того, когда зверь в человеке насытился и отступил на второй план.

   Просвещение в Утопии полностью проявило свою силу только после того, когда зверь в человеке насытился и отступил на второй план.

   — Герберт Уэллс · книга
2. «

   Допускать зло — значит нести за него ответственность.

   Допускать зло — значит нести за него ответственность.

   — Герберт Уэллс · книга
3. «

   Голод и слабость лишают человека мужества.

   Голод и слабость лишают человека мужества.

   — Герберт Уэллс · книга
4. «

   Вы слишком похожи на нас, чтобы прощать вам недостатки.

   Вы слишком похожи на нас, чтобы прощать вам недостатки.

   — Герберт Уэллс · книга
5. «

   В конце концов, самое лучшее – не доверять никому своей тайны.

   В конце концов, самое лучшее – не доверять никому своей тайны.

   — Герберт Уэллс · книга
6. «

   ...не может быть расы настолько великой, умной и сильной, чтобы она могла думать и действовать за другую расу.

   ...не может быть расы настолько великой, умной и сильной, чтобы она могла думать и действовать за другую расу.

   — Герберт Уэллс · книга
7. «

   Воспоминания не мертвы, это живые существа, которые дремлют, пока их не трогают, но начинают расти и принимают порой самые неожиданные формы, если их постоянно тревожить.

   Воспоминания не мертвы, это живые существа, которые дремлют, пока их не трогают, но начинают расти и принимают порой самые неожиданные формы, если их постоянно тревожить.

   — Герберт Уэллс · книга
8. «

   Мысль — удивительная вещь: то она течет медленно, как смола, то вспыхивает мгновенно, как молния.

   Мысль — удивительная вещь: то она течет медленно, как смола, то вспыхивает мгновенно, как молния.

   — Герберт Уэллс · книга
9. «

   Мистер Дюжи, похоже, принадлежал к числу тех странных людей, которые вроде бы все понимают, но ничего не чувствуют.

   Мистер Дюжи, похоже, принадлежал к числу тех странных людей, которые вроде бы все понимают, но ничего не чувствуют.

   — Герберт Уэллс · книга
10. «

    Наверно, эпоха умничанья переживает свой последний расцвет. Люди давно уже мечтают о покое. Скоро заурядного человека будут разыскивать, как тенистый уголок на измученной зноем земле. Заурядность станет новым видом гениальности.

    Наверно, эпоха умничанья переживает свой последний расцвет. Люди давно уже мечтают о покое. Скоро заурядного человека будут разыскивать, как тенистый уголок на измученной зноем земле. Заурядность станет новым видом гениальности.

    — Герберт Уэллс
11. «

    Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами.

    Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами.

    — Герберт Уэллс
12. «

    Нет слепоты хуже слепоты тех, кто не хочет видеть!

    Нет слепоты хуже слепоты тех, кто не хочет видеть!

    — Герберт Уэллс · книга
13. «

    Видимо, привычки блюстителя общественных нравов оказались слишком сильны, и он не мог почувствовать себя в своей тарелке, не начав обличать порок.

    Видимо, привычки блюстителя общественных нравов оказались слишком сильны, и он не мог почувствовать себя в своей тарелке, не начав обличать порок.

    — Герберт Уэллс · книга
14. «

    Что является движущей силой человеческого ума и энергии, если только вся биология не представляет собой бесконечный ряд заблуждений? Только труд и свобода.

    Что является движущей силой человеческого ума и энергии, если только вся биология не представляет собой бесконечный ряд заблуждений? Только труд и свобода.

    — Герберт Уэллс · книга
15. «

    Никто из нас не знает, что скрывается иногда за благообразной внешностью человека, сэр. Все мы — только одна видимость, только гробы повапленные…

    Никто из нас не знает, что скрывается иногда за благообразной внешностью человека, сэр. Все мы — только одна видимость, только гробы повапленные…

    — Герберт Уэллс · книга
16. «

    Вместе с горячим желанием подружиться и сблизиться с этими прекрасными любезными людьми, стать для них своим, сплотиться с ними в стремлении к единой цели и взаимной пользе он ощущал благоговейный страх перед ними, заставлявший его сторониться контактов и вздрагивать от их прикосновений. Мистер Коттедж страстно желал, чтобы утопийцы признали его как товарища и спутника, отчего еще больше усиливалось снедавшее его ощущение собственной неотесанности и бесполезности. Ему хотелось пасть перед ними ниц. За окружавшим его ореолом света и очарования притаилось невыносимое предчувствие, что, в конце концов, новый мир его отторгнет.

    Вместе с горячим желанием подружиться и сблизиться с этими прекрасными любезными людьми, стать для них своим, сплотиться с ними в стремлении к единой цели и взаимной пользе он ощущал благоговейный страх перед ними, заставлявший его сторониться контактов и вздрагивать от их прикосновений. Мистер Коттедж страстно желал, чтобы утопийцы признали его как товарища и спутника, отчего еще больше усиливалось снедавшее его ощущение собственной неотесанности и бесполезности. Ему хотелось пасть перед ними ниц. За окружавшим его ореолом света и очарования притаилось невыносимое предчувствие, что, в конце концов, новый мир его отторгнет.

    — Герберт Уэллс · книга
17. «

    Мне кажется, все человеческое, что есть в нас, должно найти утешение и надежду в вечных всеобъемлющих законах мироздания, а никак не в обыденных житейских заботах, горестях и страстях.

    Мне кажется, все человеческое, что есть в нас, должно найти утешение и надежду в вечных всеобъемлющих законах мироздания, а никак не в обыденных житейских заботах, горестях и страстях.

    — Герберт Уэллс · книга