Что говорил Герберт Уэллс: 59 цитат

Ниже 59 цитат Герберта Уэллса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ...ночь и свет звезд обладали той задушевной несомненностью, которой лишен был день. День в городах и других населенных местах захватывал человека своей шумной суетой, рассеивал его, сталкивал с другими людьми, настойчиво требовал внимания. Темнота скрывала наиболее острые углы всего этого нагромождения людских нелепостей, и человек мог жить и мечтать.

   ...ночь и свет звезд обладали той задушевной несомненностью, которой лишен был день. День в городах и других населенных местах захватывал человека своей шумной суетой, рассеивал его, сталкивал с другими людьми, настойчиво требовал внимания. Темнота скрывала наиболее острые углы всего этого нагромождения людских нелепостей, и человек мог жить и мечтать.

   — В дни кометы · книга
2. «

   Все наши чувства и способности обретают свою остроту только на точиле труда и необходимости...

   Все наши чувства и способности обретают свою остроту только на точиле труда и необходимости...

   — Машина времени · книга
3. «

   Ни одна страсть в мире не может сравниться со страстным желанием править чужую рукопись.

   Ни одна страсть в мире не может сравниться со страстным желанием править чужую рукопись.
4. «

   Управление государством — это смесь насилия, власти и попустительства, а закон — компромисс между противоположными интересами.

   Управление государством — это смесь насилия, власти и попустительства, а закон — компромисс между противоположными интересами.

   — Фредерик Барнет · книга
5. «

   Я лишь частица, а не целое; я лишь крохотный инструмент в арсенале Перемены.

   Я лишь частица, а не целое; я лишь крохотный инструмент в арсенале Перемены.

   — Холстен · книга
6. «

   Всегда глупым не бывает никто, иногда – бывает каждый.

   Всегда глупым не бывает никто, иногда – бывает каждый.
7. «

   Постигать новое — это, в сущности говоря, значит становиться моложе, освобождать себя, начинать все вновь.

   Постигать новое — это, в сущности говоря, значит становиться моложе, освобождать себя, начинать все вновь.

   — Золотой Луч · книга
8. «

   И он, который два долгих дня думал только о сыне, внезапно почувствовал себя лишним. Его словно вдруг остановили на бегу. И, может быть, впервые в жизни он понял: сын значит для отца несравнимо больше, чем отец — для сына, будущее неизмеримо важнее прошлого. Возле этих двоих ему делать нечего. Он уже сыграл свою роль.

   И он, который два долгих дня думал только о сыне, внезапно почувствовал себя лишним. Его словно вдруг остановили на бегу. И, может быть, впервые в жизни он понял: сын значит для отца несравнимо больше, чем отец — для сына, будущее неизмеримо важнее прошлого. Возле этих двоих ему делать нечего. Он уже сыграл свою роль.

   — Пища богов · книга
9. «

   Интерес — пища для ребенка, а скука — мучение и голод.

   Интерес — пища для ребенка, а скука — мучение и голод.

   — Редвуд · книга
10. «

    Если мы не прикончим войну, война прикончит нас.

    Если мы не прикончим войну, война прикончит нас.
11. «

    Около двух третей лица Маркса покрывает борода — широкая, торжественная, густая, скучная борода, которая, вероятно, причиняла своему хозяину много неудобств в повседневной жизни. Такая борода не вырастает сама собой; ее холят, лелеют и патриархально возносят над миром. Своим бессмысленным изобилием она чрезвычайно похожа на «Капитал»; и то человеческое, что остается от лица, смотрит поверх нее совиным взглядом, словно желая знать, какое впечатление эта растительность производит на мир. Вездесущее изображение этой бороды [в России] раздражало меня все больше и больше. Мне неудержимо захотелось обрить Карла Маркса. Когда-нибудь, в свободное время, я вооружусь против «Капитала» бритвой и ножницами и напишу «Обритие бороды Карла Маркса».

    Около двух третей лица Маркса покрывает борода — широкая, торжественная, густая, скучная борода, которая, вероятно, причиняла своему хозяину много неудобств в повседневной жизни. Такая борода не вырастает сама собой; ее холят, лелеют и патриархально возносят над миром. Своим бессмысленным изобилием она чрезвычайно похожа на «Капитал»; и то человеческое, что остается от лица, смотрит поверх нее совиным взглядом, словно желая знать, какое впечатление эта растительность производит на мир. Вездесущее изображение этой бороды [в России] раздражало меня все больше и больше. Мне неудержимо захотелось обрить Карла Маркса. Когда-нибудь, в свободное время, я вооружусь против «Капитала» бритвой и ножницами и напишу «Обритие бороды Карла Маркса».

    — Россия во мгле · книга
12. «

    Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами.

    Если мы не покончим с войнами, войны покончат с нами.
13. «

    Сила мужчины и нежность женщины, семья и разделение труда являются только жестокой необходимостью века, управляемого физической силой.

    Сила мужчины и нежность женщины, семья и разделение труда являются только жестокой необходимостью века, управляемого физической силой.

    — Путешественник во времени · книга
14. «

    Даже банкротство не в силах сломить истинное мужество.

    Даже банкротство не в силах сломить истинное мужество.

    — Война в воздухе · книга
15. «

    Мысль — удивительная вещь: то она течет медленно, как смола, то вспыхивает мгновенно, как молния.

    Мысль — удивительная вещь: то она течет медленно, как смола, то вспыхивает мгновенно, как молния.

    — Чудотворец · книга
16. «

    Допускать зло — значит нести за него ответственность.

    Допускать зло — значит нести за него ответственность.

    — Грэхэм · книга
17. «

    Память нормального человека в известной мере автоматически очищается от чрезмерно горестных воспоминаний.

    Память нормального человека в известной мере автоматически очищается от чрезмерно горестных воспоминаний.

    — Кстати о Долорес · книга
18. «

    Благодаря естественному отбору мы развили в себе способность к сопротивлению; мы не уступаем ни одной бактерии без упорной борьбы.

    Благодаря естественному отбору мы развили в себе способность к сопротивлению; мы не уступаем ни одной бактерии без упорной борьбы.

    — Война миров · книга
19. «

    Бенсингтон упивался чувством, что и он частица дружного братства, — эту радостную общность знают воины победоносных армий, путешественники в трудных походах, но ее не суждено испытать горожанам, живущим трезвой, размеренной жизнью.

    Бенсингтон упивался чувством, что и он частица дружного братства, — эту радостную общность знают воины победоносных армий, путешественники в трудных походах, но ее не суждено испытать горожанам, живущим трезвой, размеренной жизнью.

    — Пища богов · книга
20. «

    Говорят, вся жизнь — это сон, и к тому же скверный, жалкий, короткий сон, хотя ведь другой все равно не приснится.

    Говорят, вся жизнь — это сон, и к тому же скверный, жалкий, короткий сон, хотя ведь другой все равно не приснится.

    — Путешественник во времени · книга