15 афоризмов Германа Мелвилла

Подборка из 15 цитат Германа Мелвилла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всё умирает... Ждёт забвенье Не только сад, людей, мечты, Но и прекрасного черты, Душ благороднейших свершенья.

   Всё умирает... Ждёт забвенье Не только сад, людей, мечты, Но и прекрасного черты, Душ благороднейших свершенья.
2. «

   Благородство всегда немного угрюмо.

   Благородство всегда немного угрюмо.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
3. «

   Изысканная любезность, с какой мы получаем деньги, поистине удивительна, если принять во внимание, что мы серьезно считаем деньги корнем всех земных зол и твердо верим, что богатому человеку никаким способом не удастся проникнуть на небо. Ах, как жизнерадостно миримся мы с вечной погибелью.

   Изысканная любезность, с какой мы получаем деньги, поистине удивительна, если принять во внимание, что мы серьезно считаем деньги корнем всех земных зол и твердо верим, что богатому человеку никаким способом не удастся проникнуть на небо. Ах, как жизнерадостно миримся мы с вечной погибелью.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
4. «

   Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.

   Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
5. «

   Ну вот, думал я, бессознательно закатывая рукава куртки, а теперь подать мне сюда эту самую смерть и погибель; я спокоен, я готов помериться с ней силами, и пусть катится к чёрту слабейший.

   Ну вот, думал я, бессознательно закатывая рукава куртки, а теперь подать мне сюда эту самую смерть и погибель; я спокоен, я готов помериться с ней силами, и пусть катится к чёрту слабейший.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
6. «

   Я все время думал об этом и вот: ха-ха-ха — все, что я могу по этому поводу сказать. А почему? Да потому, что смех — самый разумный и самый легкий ответ на все, что непонятно на этом свете; и будь что будет, а утешение всегда остается, одно безотказное утешение: все предрешено.

   Я все время думал об этом и вот: ха-ха-ха — все, что я могу по этому поводу сказать. А почему? Да потому, что смех — самый разумный и самый легкий ответ на все, что непонятно на этом свете; и будь что будет, а утешение всегда остается, одно безотказное утешение: все предрешено.

   — Стабб · книга
7. «

   Киска, опустел наш дом! Подурачимся вдвоём - Человек и кошка, Бланш, похожи мы с тобой: Мы воспитаны в одной Школе — без зубрёжки. Сгиньте, слава и почёт, Книги и наука, Нудных нужд круговорот, Долгих дел докука. Хоть работай, хоть резвись - Не прожить без боли жизнь. <...> Но раздумия скучны И в забавах не нужны: Их отложим мы пока, Чтоб душа была легка. Бланш! мудрец, кто бед не множит И дурачится, коль может!

   Киска, опустел наш дом! Подурачимся вдвоём - Человек и кошка, Бланш, похожи мы с тобой: Мы воспитаны в одной Школе — без зубрёжки. Сгиньте, слава и почёт, Книги и наука, Нудных нужд круговорот, Долгих дел докука. Хоть работай, хоть резвись - Не прожить без боли жизнь. <...> Но раздумия скучны И в забавах не нужны: Их отложим мы пока, Чтоб душа была легка. Бланш! мудрец, кто бед не множит И дурачится, коль может!
8. «

   Удача! Утро — их. Зато уж вечер — наш! Лихим ударом вновь отобран кряж. Отчаянные наши новобранцы В один бросок преодолели шанцы И лавой затопили склон. Вперёд! Вперёд на Донелсон! <...> Враг смят и отступил. Ему не до издёвок. Ребят ничем не удержать. «Да тут всего разок нажать! Вперёд! — кричат. — Вперёд! Покончим с их твердынею!»

   Удача! Утро — их. Зато уж вечер — наш! Лихим ударом вновь отобран кряж. Отчаянные наши новобранцы В один бросок преодолели шанцы И лавой затопили склон. Вперёд! Вперёд на Донелсон! <...> Враг смят и отступил. Ему не до издёвок. Ребят ничем не удержать. «Да тут всего разок нажать! Вперёд! — кричат. — Вперёд! Покончим с их твердынею!»
9. «

   В нашем мире с носа ветры дуют чаще, чем с кормы.

   В нашем мире с носа ветры дуют чаще, чем с кормы.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
10. «

    Потому-то, Фласк, пощёчина в тысячу раз оскорбительнее, чем удар палкой. Живое прикосновение жжёт, малыш.

    Потому-то, Фласк, пощёчина в тысячу раз оскорбительнее, чем удар палкой. Живое прикосновение жжёт, малыш.

    — Стабб · книга
11. «

    Не говори мне о богохульстве, Старбек, я готов разить даже солнце, если оно оскорбит меня. Ибо если оно могло меня оскорбить, значит, и я могу поразить его; ведь в мире ведется честная игра, и всякое творение подчиняется зову справедливости. Но я неподвластен даже и этой честной игре. Кто надо мной? Правда не имеет пределов. Не гляди ты на меня так, слышишь? Взгляд тупицы еще непереносимее, чем дьяволов взгляд.

    Не говори мне о богохульстве, Старбек, я готов разить даже солнце, если оно оскорбит меня. Ибо если оно могло меня оскорбить, значит, и я могу поразить его; ведь в мире ведется честная игра, и всякое творение подчиняется зову справедливости. Но я неподвластен даже и этой честной игре. Кто надо мной? Правда не имеет пределов. Не гляди ты на меня так, слышишь? Взгляд тупицы еще непереносимее, чем дьяволов взгляд.

    — Ахав · книга
12. «

    Ему нравилось стирать пыль со старых грамматик; это мирное занятие наводило его на мысль о смерти.

    Ему нравилось стирать пыль со старых грамматик; это мирное занятие наводило его на мысль о смерти.

    — Помощник учителя классической гимназии · книга
13. «

    Подумайте обо всем этом, а затем взгляните на нашу зеленую, добрую, смирную землю — сравните их, море и землю, не замечаете ли вы тут странного сходства с тем, что внутри вас? Ибо как ужасный океан со всех сторон окружает цветущую землю, так и в душе у человека есть свой Таити, свой островок радости и покоя, а вокруг него бушуют бессчетные ужасы неведомой жизни. Упаси тебя бог, человек! Не вздумай покинуть этот остров и пуститься в плавание. Возврата не будет.

    Подумайте обо всем этом, а затем взгляните на нашу зеленую, добрую, смирную землю — сравните их, море и землю, не замечаете ли вы тут странного сходства с тем, что внутри вас? Ибо как ужасный океан со всех сторон окружает цветущую землю, так и в душе у человека есть свой Таити, свой островок радости и покоя, а вокруг него бушуют бессчетные ужасы неведомой жизни. Упаси тебя бог, человек! Не вздумай покинуть этот остров и пуститься в плавание. Возврата не будет.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
14. «

    Капитан этот, друзья мои, был из таких людей, чья проницательность различает всякое преступление, но чья алчность разоблачает лишь преступления неимущих. В этом мире, братья, Грех, который может заплатить за проезд, свободно путешествует и не нуждается в паспорте, тогда как Добродетель, если она нища, будет задержана у первой же заставы.

    Капитан этот, друзья мои, был из таких людей, чья проницательность различает всякое преступление, но чья алчность разоблачает лишь преступления неимущих. В этом мире, братья, Грех, который может заплатить за проезд, свободно путешествует и не нуждается в паспорте, тогда как Добродетель, если она нища, будет задержана у первой же заставы.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
15. «

    Человек может осознать собственную индивидуальность только тогда, когда веки его сомкнуты, будто именно тьма — родная стихия нашего существа, а не свет, более привлекательный для нашей бренной оболочки.

    Человек может осознать собственную индивидуальность только тогда, когда веки его сомкнуты, будто именно тьма — родная стихия нашего существа, а не свет, более привлекательный для нашей бренной оболочки.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга