82 цитат Ги де Мопассана, которые цепляют

Подборка из 82 цитаты Ги де Мопассана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ах, не прикасайтесь никогда к вашему столу, кладбищу былой переписки, если только вам дорога жизнь! Если же вы нечаянно откроете его, хватайте в охапку все письма, которые в нем находятся, закройте глаза, чтобы не прочитать ни единого слова, чтобы какой-нибудь забытый вами и вдруг снова узнанный почерк не бросил вас вдруг в океан воспоминаний; швырните в огонь эти смертоносные бумаги и, когда они превратятся в пепел, изотрите их в мельчайшую пыль... Иначе вы погибли... Как погиб я час тому назад!

   Ах, не прикасайтесь никогда к вашему столу, кладбищу былой переписки, если только вам дорога жизнь! Если же вы нечаянно откроете его, хватайте в охапку все письма, которые в нем находятся, закройте глаза, чтобы не прочитать ни единого слова, чтобы какой-нибудь забытый вами и вдруг снова узнанный почерк не бросил вас вдруг в океан воспоминаний; швырните в огонь эти смертоносные бумаги и, когда они превратятся в пепел, изотрите их в мельчайшую пыль... Иначе вы погибли... Как погиб я час тому назад!

   — Самоубийцы · книга
2. «

   Хитрец, пройдоха, ловкач, — этот всегда выйдет сухим из воды.

   Хитрец, пройдоха, ловкач, — этот всегда выйдет сухим из воды.

   — Милый друг · книга
3. «

   Почему мы так страдаем? Очевидно, потому, что мы рождаемся на свет, чтобы жить не столько для души, сколько для тела. Но мы обладаем способностью мыслить, и наш крепнущий разум не желает мириться с косностью бытия.

   Почему мы так страдаем? Очевидно, потому, что мы рождаемся на свет, чтобы жить не столько для души, сколько для тела. Но мы обладаем способностью мыслить, и наш крепнущий разум не желает мириться с косностью бытия.

   — Норбер де Варен · книга
4. «

   Сжимая ее в объятиях, я вглядывался в ее глаза и дрожал, томясь желанием убить этого зверя и необходимостью обладать ею непрерывно.

   Сжимая ее в объятиях, я вглядывался в ее глаза и дрожал, томясь желанием убить этого зверя и необходимостью обладать ею непрерывно.

   — Сумасшедший? · книга
5. «

   Она поблагодарила его взглядом — одним из тех ясных женских взглядов, которые проникают в самое сердце.

   Она поблагодарила его взглядом — одним из тех ясных женских взглядов, которые проникают в самое сердце.

   — Милый друг · книга
6. «

   Меня влечёт к женщинам прошлого; сквозь даль веков я вижу и люблю всех тех, которые любили когда-то. История давно минувших ласк наполняет моё сердце сожалением. О, красота, улыбки, юные ласки и надежды! Разве всё это не должно быть вечным?

   Меня влечёт к женщинам прошлого; сквозь даль веков я вижу и люблю всех тех, которые любили когда-то. История давно минувших ласк наполняет моё сердце сожалением. О, красота, улыбки, юные ласки и надежды! Разве всё это не должно быть вечным?

   — Из дневника пациента · книга
7. «

   Как глубока эта тайна Невидимого! Мы не можем проникнуть в неё с помощью наших жалких органов чувств. Нам не могут помочь наши глаза, которые не умеют видеть ни слишком малого, ни слишком большого, ни слишком близкого, ни слишком далекого, ни обитателей звезд, ни обитателей капли воды.

   Как глубока эта тайна Невидимого! Мы не можем проникнуть в неё с помощью наших жалких органов чувств. Нам не могут помочь наши глаза, которые не умеют видеть ни слишком малого, ни слишком большого, ни слишком близкого, ни слишком далекого, ни обитателей звезд, ни обитателей капли воды.

   — Орля · книга
8. «

   В те краткие мгновения, когда мы рассеяны, не держим себя в руках, не следим за собой, в мгновения, приподнимающие завесу над тайниками души.

   В те краткие мгновения, когда мы рассеяны, не держим себя в руках, не следим за собой, в мгновения, приподнимающие завесу над тайниками души.

   — Милый друг · книга
9. «

   Кровать — это человек. Господь наш Иисус Христос, дабы доказать, что в Нем не было ничего человеческого, никогда, кажется, не нуждался в кровати. Он родился на соломе и умер на кресте, предоставив слабым существам, вроде нас, это ложе изнеженности и отдыха.

   Кровать — это человек. Господь наш Иисус Христос, дабы доказать, что в Нем не было ничего человеческого, никогда, кажется, не нуждался в кровати. Он родился на соломе и умер на кресте, предоставив слабым существам, вроде нас, это ложе изнеженности и отдыха.

   — автор письма · книга
10. «

    Женщина всегда занимает положение, соответствующее иллюзии, которую она умеет создать.

    Женщина всегда занимает положение, соответствующее иллюзии, которую она умеет создать.

    — Наше сердце · книга
11. «

    Мне кажется, будто изо дня в день я всё глубже спускаюсь в угрюмое подземелье, стен его я не могу нащупать, конца его я не вижу, да и нет у него, быть может, конца! Я иду, и никто не идёт вместе со мной, рядом со мной; один, без спутников, совершаю я этот мрачный путь. Это подземелье — жизнь. Временами мне слышатся голоса, крики, шум... Я ощупью пробираюсь навстречу невнятным звукам, но я не знаю, откуда они доносятся; я никого не встречаю, никто в этой тьме не протягивает мне руки. Понимаешь ты меня?

    Мне кажется, будто изо дня в день я всё глубже спускаюсь в угрюмое подземелье, стен его я не могу нащупать, конца его я не вижу, да и нет у него, быть может, конца! Я иду, и никто не идёт вместе со мной, рядом со мной; один, без спутников, совершаю я этот мрачный путь. Это подземелье — жизнь. Временами мне слышатся голоса, крики, шум... Я ощупью пробираюсь навстречу невнятным звукам, но я не знаю, откуда они доносятся; я никого не встречаю, никто в этой тьме не протягивает мне руки. Понимаешь ты меня?

    — Одиночество · книга
12. «

    Умерли они? Или блуждают по современным улицам, как изгнанники, утратившие всякую надежду? Или, может быть, они — нелепые призраки — танцуют фантастический менуэт где-нибудь на кладбище при свете луны? Воспоминание о них не даёт мне покоя, преследует, мучает меня, словно старая рана. Почему? Не знаю. Вам, наверно, покажется это смешным?

    Умерли они? Или блуждают по современным улицам, как изгнанники, утратившие всякую надежду? Или, может быть, они — нелепые призраки — танцуют фантастический менуэт где-нибудь на кладбище при свете луны? Воспоминание о них не даёт мне покоя, преследует, мучает меня, словно старая рана. Почему? Не знаю. Вам, наверно, покажется это смешным?

    — Менуэт · книга
13. «

    Человек часто делает ошибки. Более того, он всю жизнь только и занимается тем, что делает ошибки.

    Человек часто делает ошибки. Более того, он всю жизнь только и занимается тем, что делает ошибки.
14. «

    Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?

    Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?

    — Жорж Дюруа · книга
15. «

    ... и любовь опутала его, точно сетью.

    ... и любовь опутала его, точно сетью.

    — Драгоценности · книга
16. «

    Когда же наступает весна с Ее зеленью и цветами, с Ее тёплым, расслабляюшим ветром, с испарениями полей, вливающими в нас смутное волнение, беспричинную умиленность, — в эту пору не найдётся никого, кто бы сказал вам: «Берегитесь любви, сударь! Она повсюду притаилась в засаде, она подстерегает вас на каждом углу; Ее силки расставлены, оружие отточено, козни приготовлены. Остерегайтесь любви!... остерегайтесь любви! Она гораздо опаснее всех насморков, бронхитов, плевритов! Она не даёт пощады и толкает всех на непоправимые безумства».

    Когда же наступает весна с Ее зеленью и цветами, с Ее тёплым, расслабляюшим ветром, с испарениями полей, вливающими в нас смутное волнение, беспричинную умиленность, — в эту пору не найдётся никого, кто бы сказал вам: «Берегитесь любви, сударь! Она повсюду притаилась в засаде, она подстерегает вас на каждом углу; Ее силки расставлены, оружие отточено, козни приготовлены. Остерегайтесь любви!... остерегайтесь любви! Она гораздо опаснее всех насморков, бронхитов, плевритов! Она не даёт пощады и толкает всех на непоправимые безумства».

    — Мужчина попутчик · книга
17. «

    Я шел, спускаясь в темные коридоры и потом опять поднимаясь наверх. Я был один; я кричал, мне не отвечали; я был один в этом обширном, в запутанном, как лабиринт, доме.

    Я шел, спускаясь в темные коридоры и потом опять поднимаясь наверх. Я был один; я кричал, мне не отвечали; я был один в этом обширном, в запутанном, как лабиринт, доме.
18. «

    Видите ли, сударыня, какова бы ни была любовь, соединяющая мужчину и женщину, они умом и душою всегда чужды друг другу; они остаются воюющими сторонами; они принадлежат к разной породе; тут всегда нужно, чтобы был укротитель и укрощаемый, господин и раб; и так бывает то с одним, то с другим – они никогда не могут быть равны.

    Видите ли, сударыня, какова бы ни была любовь, соединяющая мужчину и женщину, они умом и душою всегда чужды друг другу; они остаются воюющими сторонами; они принадлежат к разной породе; тут всегда нужно, чтобы был укротитель и укрощаемый, господин и раб; и так бывает то с одним, то с другим – они никогда не могут быть равны.

    — Полено · книга
19. «

    Женщины все воспринимают больше чувством, чем сознанием, они постигают сокровенную тайну искусства лишь в ту пору своей жизни, когда голос его находит сочувственный отклик в их душе.

    Женщины все воспринимают больше чувством, чем сознанием, они постигают сокровенную тайну искусства лишь в ту пору своей жизни, когда голос его находит сочувственный отклик в их душе.

    — Поль Бретиньи Христиане · книга
20. «

    Мне кажется, что когда любишь, то хочется любить ещё сильнее при виде прекрасного, что нас волнует.

    Мне кажется, что когда любишь, то хочется любить ещё сильнее при виде прекрасного, что нас волнует.

    — Лунный свет · книга