23 известных цитаты Гледиса Шмитта

Подборка из 23 цитаты Гледиса Шмитта: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если он намерен направить свой замечательный талант по ложному пути, я бессилен что-либо сделать. Могу сказать одно: безрассудно плыть против течения.

   Если он намерен направить свой замечательный талант по ложному пути, я бессилен что-либо сделать. Могу сказать одно: безрассудно плыть против течения.

   — Ливенс · книга
2. «

   В уважении к себе нет ничего дурного.

   В уважении к себе нет ничего дурного.

   — Тюльп · книга
3. «

   Богачам и счастливцам не так уж трудно один раз в году накормить нахлебников хорошим обедом — расходы невелики и с лихвой возмещаются самодовольной уверенностью в своих гражданских добродетелях.

   Богачам и счастливцам не так уж трудно один раз в году накормить нахлебников хорошим обедом — расходы невелики и с лихвой возмещаются самодовольной уверенностью в своих гражданских добродетелях.

   — Рембрандт · книга
4. «

   Красота — вот единственное, чем нужно обладать; чтобы там ни говорили священники, плотская красота извиняет все и побеждает всех. Отзывчивость, самопожертвование, образованность, скромность — всему этому грош цена, ничего этим не добьешься. Мужские глаза слепы к красоте духовной.

   Красота — вот единственное, чем нужно обладать; чтобы там ни говорили священники, плотская красота извиняет все и побеждает всех. Отзывчивость, самопожертвование, образованность, скромность — всему этому грош цена, ничего этим не добьешься. Мужские глаза слепы к красоте духовной.

   — Лисбет · книга
5. «

   Бесспорно, отрешенность и постижение самого себя доставляют немало радости, потому что я умудряюсь предаваться им в перерывах между очередными делами, обременяющими мою слишком суетную жизнь. Но кто знает, доставляли бы они мне радость или нет, если б вся моя жизнь сводилась к ним, если б у меня не было ничего другого.

   Бесспорно, отрешенность и постижение самого себя доставляют немало радости, потому что я умудряюсь предаваться им в перерывах между очередными делами, обременяющими мою слишком суетную жизнь. Но кто знает, доставляли бы они мне радость или нет, если б вся моя жизнь сводилась к ним, если б у меня не было ничего другого.

   — Тюльп · книга
6. «

   Желание и упорство еще не делают человека художником.

   Желание и упорство еще не делают человека художником.

   — Рембрандт · книга
7. «

   Гость его может быть, и обучился в Амстердаме хорошим манерам, но не набрался там умения хотя бы приблизительно угадывать чувства собеседника.

   Гость его может быть, и обучился в Амстердаме хорошим манерам, но не набрался там умения хотя бы приблизительно угадывать чувства собеседника.

   — Рембрандт · книга
8. «

   Он отнюдь не думает, что в жизни все всегда хорошо, а мир залит теплыми лучами благодати и покоя. В полной мере наслаждаться светом умеет лишь тот, кто заглянул во тьму.

   Он отнюдь не думает, что в жизни все всегда хорошо, а мир залит теплыми лучами благодати и покоя. В полной мере наслаждаться светом умеет лишь тот, кто заглянул во тьму.

   — Рембрандт · книга
9. «

   По канонам господина фон Зандрарта фигура красива только тогда, когда от щиколотки до колена у нее столько-то дюймов, от колена до бедра — столько-то, от бедра до талии столько-то. Ну а вот я, хирург, видел сотни разных фигур — женщин в одних сорочках, а мужчин и вовсе в чем мать родила. Кое-какие были весьма уродливы, кое-какие, напротив, трогательны и незабываемы, но будь я проклят, если среди них нашлась хоть одна, которая соответствовала бы мерке нашего знаменитого немца-парижанина.

   По канонам господина фон Зандрарта фигура красива только тогда, когда от щиколотки до колена у нее столько-то дюймов, от колена до бедра — столько-то, от бедра до талии столько-то. Ну а вот я, хирург, видел сотни разных фигур — женщин в одних сорочках, а мужчин и вовсе в чем мать родила. Кое-какие были весьма уродливы, кое-какие, напротив, трогательны и незабываемы, но будь я проклят, если среди них нашлась хоть одна, которая соответствовала бы мерке нашего знаменитого немца-парижанина.

   — Тюльп · книга
10. «

    Как ни пышны брыжи этих двух стариков, как ни дорога их одежда, они тоже знакомы с ревматическими болями, они тоже сгибаются под изнурительным грузом лет.

    Как ни пышны брыжи этих двух стариков, как ни дорога их одежда, они тоже знакомы с ревматическими болями, они тоже сгибаются под изнурительным грузом лет.

    — Рембрандт · книга
11. «

    Древняя истина: быть человеком — значит страдать от тяжких утрат, мучиться и умирать.

    Древняя истина: быть человеком — значит страдать от тяжких утрат, мучиться и умирать.

    — Тюльп · книга
12. «

    У человека с его самонадеянностью и безграничной страстью к правде, неизбежно появляются могущественные враги.

    У человека с его самонадеянностью и безграничной страстью к правде, неизбежно появляются могущественные враги.

    — Рембрандт · книга
13. «

    Государям нельзя напоминать, что у них в стране существует столь безысходная нищета.

    Государям нельзя напоминать, что у них в стране существует столь безысходная нищета.

    — Хейгенс · книга
14. «

    — Скажите, для чего вша братия так стремится запечатлеть людей на холсте? Меня всегда это удивляло. — Художник пытается заглянуть людям в душу, понять и раскрыть ее. Я не знаю, почему так получается, но, изображая людей, мы тем самым вернее и быстрее всего постигаем их.

    — Скажите, для чего вша братия так стремится запечатлеть людей на холсте? Меня всегда это удивляло. — Художник пытается заглянуть людям в душу, понять и раскрыть ее. Я не знаю, почему так получается, но, изображая людей, мы тем самым вернее и быстрее всего постигаем их.

    — Тюльп · книга
15. «

    Наши имена давно канут в Лету, а потомки все еще будут смотреть на нас и думать, что человек хорош, а жизнь — стоящая вещь, хоть в ней немало темных сторон.

    Наши имена давно канут в Лету, а потомки все еще будут смотреть на нас и думать, что человек хорош, а жизнь — стоящая вещь, хоть в ней немало темных сторон.

    — Хадде · книга
16. «

    Разве вся жизнь не есть бесконечная цепь предательств?

    Разве вся жизнь не есть бесконечная цепь предательств?

    — Рембрандт · книга
17. «

    Человек лучше и быстрей всего учится сам, освобождая глаза свои от заемных образов и беспощадно устремляя нелицеприятный взор в тайники собственной души.

    Человек лучше и быстрей всего учится сам, освобождая глаза свои от заемных образов и беспощадно устремляя нелицеприятный взор в тайники собственной души.

    — Рембрандт · книга
18. «

    Как человек он понимал, что всякое счастье преходяще; как врач отдавал себе отчет, как ужасающе беззащитна людская плоть; как бургомистр сознавал, что лучшие годы их республики уже позади. Но зачем говорить об этом тем, кто молод?

    Как человек он понимал, что всякое счастье преходяще; как врач отдавал себе отчет, как ужасающе беззащитна людская плоть; как бургомистр сознавал, что лучшие годы их республики уже позади. Но зачем говорить об этом тем, кто молод?

    — Рембрандт · книга
19. «

    Мы все обладаем своеобразной способностью закрывать глаза на то, чего не желаем видеть.

    Мы все обладаем своеобразной способностью закрывать глаза на то, чего не желаем видеть.

    — доктор Бонус · книга
20. «

    Деньги для имущих были священны и неприкосновенны, и неотъемлемое право сохранять их для себя было столь же непререкаемым, как право не делиться с другими своей женой.

    Деньги для имущих были священны и неприкосновенны, и неотъемлемое право сохранять их для себя было столь же непререкаемым, как право не делиться с другими своей женой.

    — Рембрандт · книга