Что говорил Грегори Дэвид Робертс: цитаты со смыслом: 42 цитаты

Грегори Дэвид Робертс: цитаты со смыслом — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Судьба всегда предлагает тебе два альтернативных варианта — тот, который тебе следовало бы выбрать, и тот, который ты выбираешь.

   Судьба всегда предлагает тебе два альтернативных варианта — тот, который тебе следовало бы выбрать, и тот, который ты выбираешь.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
2. «

   Очень глупая ошибка – оставаться наедине с человеком, которого ты любил, хотя и не следовало бы.

   Очень глупая ошибка – оставаться наедине с человеком, которого ты любил, хотя и не следовало бы.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
3. «

   Грубые, ожесточенные войны, с трудом бредущие рядом со своими лошадьми, наклонялись и собирали букетики цветов просто для того, чтобы ощутить их красоту в своих загрубевших, мозолистых руках.

   Грубые, ожесточенные войны, с трудом бредущие рядом со своими лошадьми, наклонялись и собирали букетики цветов просто для того, чтобы ощутить их красоту в своих загрубевших, мозолистых руках.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
4. «

   Всякое мирное общение с природой – это естественный разговор с Божественным, и поэтому желательно жить как можно ближе к природе.

   Всякое мирное общение с природой – это естественный разговор с Божественным, и поэтому желательно жить как можно ближе к природе.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
5. «

   В Бога нельзя верить или не верить. Его можно только познать.

   В Бога нельзя верить или не верить. Его можно только познать.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
6. «

   Судьба дарует нам в нашей жизни трёх учителей, трёх друзей, трёх врагов и три большие любви. Но все двенадцать предстают в других обличьях, и мы никогда не распознаем, пока не влюбимся, не бросим и не сразимся с ними.

   Судьба дарует нам в нашей жизни трёх учителей, трёх друзей, трёх врагов и три большие любви. Но все двенадцать предстают в других обличьях, и мы никогда не распознаем, пока не влюбимся, не бросим и не сразимся с ними.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
7. «

   Акт отмщения, как и половой акт, должен производиться с чувством, с толком, с расстановкой.

   Акт отмщения, как и половой акт, должен производиться с чувством, с толком, с расстановкой.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
8. «

   В молодости мы думаем, что страдание нам причиняют другие, но с возрастом, когда те или иные стальные двери захлопываются за нами, мы понимаем, что настоящее страдание — сознавать, что ты безвозвратно потерял что-то.

   В молодости мы думаем, что страдание нам причиняют другие, но с возрастом, когда те или иные стальные двери захлопываются за нами, мы понимаем, что настоящее страдание — сознавать, что ты безвозвратно потерял что-то.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
9. «

   Хороший мужчина настолько силён, насколько это нужно правильной женщине рядом с ним.

   Хороший мужчина настолько силён, насколько это нужно правильной женщине рядом с ним.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
10. «

    Один умный человек сказал мне как-то, что если ты превратил своё сердце в оружие, то в конце концов оно обернётся против тебя самого.

    Один умный человек сказал мне как-то, что если ты превратил своё сердце в оружие, то в конце концов оно обернётся против тебя самого.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
11. «

    Страдание — это голод к чему-то.

    Страдание — это голод к чему-то.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
12. «

    Сильный человек создаёт себе удачу.

    Сильный человек создаёт себе удачу.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
13. «

    Зарождение каждой любви, каждого действия, чувства, мысли имеет свои основания и призвано сыграть определенную роль. И порой мы понимаем их. Иногда мы видим прошлое очень ясно, и связи между отдельными его частями предстают перед нами так четко, что каждый шов, скрепляющий их, приобретает смысл, и мы читаем послание, зашифрованное в нем. В любой жизни, как бы полно или, наоборот, убого она ни была прожита, нет ничего мудрее неудачи и нет ничего яснее печали. Страдание и поражение — наши враги, которых мы боимся и ненавидим, — добавляют нам капельку мудрости и потому имеют право на существование.

    Зарождение каждой любви, каждого действия, чувства, мысли имеет свои основания и призвано сыграть определенную роль. И порой мы понимаем их. Иногда мы видим прошлое очень ясно, и связи между отдельными его частями предстают перед нами так четко, что каждый шов, скрепляющий их, приобретает смысл, и мы читаем послание, зашифрованное в нем. В любой жизни, как бы полно или, наоборот, убого она ни была прожита, нет ничего мудрее неудачи и нет ничего яснее печали. Страдание и поражение — наши враги, которых мы боимся и ненавидим, — добавляют нам капельку мудрости и потому имеют право на существование.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
14. «

    – Кадербхай говорил, что если начиная с Большого взрыва делать снимок Вселенной раз в миллиард лет, то станет заметно ее усложнение. Этот феномен – постоянное движение к усложнению от Большого взрыва до настоящего момента – представляет собой неизменную характеристику Вселенной в целом. А если тенденция к усложнению определяет всю историю Вселенной… – То она же является и прекрасным определением добра и зла – объективным и универсальным, – закончил Идрис. – Все, что стремится к усложнению, – добро, все, что противится усложнению, – зло. – И простым критерием нравственности служит вопрос: «Если бы все в мире делали то, что делаю или собираюсь сделать я, привело бы это к усложнению или нет?»

    – Кадербхай говорил, что если начиная с Большого взрыва делать снимок Вселенной раз в миллиард лет, то станет заметно ее усложнение. Этот феномен – постоянное движение к усложнению от Большого взрыва до настоящего момента – представляет собой неизменную характеристику Вселенной в целом. А если тенденция к усложнению определяет всю историю Вселенной… – То она же является и прекрасным определением добра и зла – объективным и универсальным, – закончил Идрис. – Все, что стремится к усложнению, – добро, все, что противится усложнению, – зло. – И простым критерием нравственности служит вопрос: «Если бы все в мире делали то, что делаю или собираюсь сделать я, привело бы это к усложнению или нет?»

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
15. «

    Справедливость будет восстановлена только тогда, когда все почувствуют моральное удовлетворение – даже тот, кто оскорбил нас и должен быть наказан.

    Справедливость будет восстановлена только тогда, когда все почувствуют моральное удовлетворение – даже тот, кто оскорбил нас и должен быть наказан.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
16. «

    Есть истина, которая глубже жизненного опыта. Ее невозможно увидеть глазами или как-то почувствовать. Это истина такого порядка, где рассудок оказывается бессильным, где реальность не поддается восприятию. Мы, как правило, беззащитны перед ее лицом, а познание ее, как и познание любви, иногда достигается столь высокой ценой, какую ни одно сердце не захочет платить по доброй воле. Она далеко не всегда пробуждает в нас любовь к миру, но она удерживает нас от ненависти к нему. И единственный способ познания этой истины — передача ее от сердца к сердцу...

    Есть истина, которая глубже жизненного опыта. Ее невозможно увидеть глазами или как-то почувствовать. Это истина такого порядка, где рассудок оказывается бессильным, где реальность не поддается восприятию. Мы, как правило, беззащитны перед ее лицом, а познание ее, как и познание любви, иногда достигается столь высокой ценой, какую ни одно сердце не захочет платить по доброй воле. Она далеко не всегда пробуждает в нас любовь к миру, но она удерживает нас от ненависти к нему. И единственный способ познания этой истины — передача ее от сердца к сердцу...

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
17. «

    Если ты берешь на себя ответственность за решения и действия других — ты оскорбляешь карму. Это не меньший грех, чем пытаться избежать ответственности за свои решения и действия.

    Если ты берешь на себя ответственность за решения и действия других — ты оскорбляешь карму. Это не меньший грех, чем пытаться избежать ответственности за свои решения и действия.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
18. «

    Если бы человечество не умело прощать, то быстро истребило бы себя в непрерывной вендетте. Без умения прощать не было бы истории. Без надежды на прощение не было бы искусства, ибо каждое произведение искусства – это в некотором смысле акт прощения. Без этой мечты не было бы любви, ибо каждый акт любви – это в некотором смысле обещание прощения. Мы живём потому, что умеем любить, а любим потому, что умеем прощать.

    Если бы человечество не умело прощать, то быстро истребило бы себя в непрерывной вендетте. Без умения прощать не было бы истории. Без надежды на прощение не было бы искусства, ибо каждое произведение искусства – это в некотором смысле акт прощения. Без этой мечты не было бы любви, ибо каждый акт любви – это в некотором смысле обещание прощения. Мы живём потому, что умеем любить, а любим потому, что умеем прощать.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
19. «

    Каждый удар человеческого сердца – это целая вселенная возможностей.

    Каждый удар человеческого сердца – это целая вселенная возможностей.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
20. «

    Страх и чувство вины – это два демона, преследующие богатых людей. Что касается бедных, их демоны – отчаяние и чувство унижения.

    Страх и чувство вины – это два демона, преследующие богатых людей. Что касается бедных, их демоны – отчаяние и чувство унижения.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга