67 мыслей Грэма Грина без воды

Грэм Грин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 67 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Звездный свет — живой, переливчатый, словно кто-то из этих далеких миров пытается послать на землю дружеский привет. Ведь даже в названиях звезд есть что-то приветливое. Венера — любимая нами женщина. Медведица — это мишка, которым мы играли в детстве, а Южный Крест, должно быть, напоминает верующим о любимом псалме, о молитве на сон грядущий.

   Звездный свет — живой, переливчатый, словно кто-то из этих далеких миров пытается послать на землю дружеский привет. Ведь даже в названиях звезд есть что-то приветливое. Венера — любимая нами женщина. Медведица — это мишка, которым мы играли в детстве, а Южный Крест, должно быть, напоминает верующим о любимом псалме, о молитве на сон грядущий.

   — Томас Фаулер · книга
2. «

   Он знал по опыту, как умирает страсть и уходит любовь, но жалость остается навсегда. Ее никто не в силах утолить. Ее питает сама жизнь.

   Он знал по опыту, как умирает страсть и уходит любовь, но жалость остается навсегда. Ее никто не в силах утолить. Ее питает сама жизнь.

   — Суть дела · книга
3. «

   Не так-то легко жить с человеком, которого обидел.

   Не так-то легко жить с человеком, которого обидел.

   — Тихий американец · книга
4. «

   Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

   Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

   — Распутник. Обезьянка лорда Рочестера, или Жизнь Джона Уилмота, второго графа Рочестера · книга
5. «

   Мужчина не прощает, если оказывается в дурацком положении.

   Мужчина не прощает, если оказывается в дурацком положении.

   — Путешествия с тётушкой · книга
6. «

   Любовь выдумали трубадуры в ХI веке.

   Любовь выдумали трубадуры в ХI веке.
7. «

   Говорят, если присяжные долго не возвращаются, у подсудимого есть надежда.

   Говорят, если присяжные долго не возвращаются, у подсудимого есть надежда.

   — Томас Фаулер · книга
8. «

   Возраст, Генри, не убивает чувств – он их лишь несколько видоизменяет.

   Возраст, Генри, не убивает чувств – он их лишь несколько видоизменяет.

   — Путешествия с тётушкой · книга
9. «

   Надо заставить этих людей верить в то, что им велят, нельзя допустить, чтобы они сами за себя думали.

   Надо заставить этих людей верить в то, что им велят, нельзя допустить, чтобы они сами за себя думали.

   — Олден Пайл · книга
10. «

    Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.

    Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.
11. «

    – Я в жизни не затевала ничего незаконного, – сказала тетушка. – Как можно что-то затевать, когда я никогда не читала законов и не имею о них понятия?

    – Я в жизни не затевала ничего незаконного, – сказала тетушка. – Как можно что-то затевать, когда я никогда не читала законов и не имею о них понятия?

    — Путешествия с тётушкой · книга
12. «

    — Если Бога нет, все на свете бессмысленно. — А для меня всё бессмысленно, если он есть.

    — Если Бога нет, все на свете бессмысленно. — А для меня всё бессмысленно, если он есть.

    — Тихий американец · книга
13. «

    Уилсон почувствовал, что Скоби новичок в мире обмана, он не жил в нем с самого детства; и Уилсон испытывал что-то вроде зависти к Скоби.

    Уилсон почувствовал, что Скоби новичок в мире обмана, он не жил в нем с самого детства; и Уилсон испытывал что-то вроде зависти к Скоби.

    — Суть дела · книга
14. «

    Он очень любил говорить о демократии, и у него было непоколебимое и сильно преувеличенное представление о том, как много Соединенные Штаты делают для всего мира.

    Он очень любил говорить о демократии, и у него было непоколебимое и сильно преувеличенное представление о том, как много Соединенные Штаты делают для всего мира.

    — Томас Фаулер · книга
15. «

    Но как выразить словами счастье? Описать ощущение несчастья легко: я был несчастлив, говорим мы, потому что... Мы вспоминаем то и это, приводим всякие причины, а счастье подобно островам далеко в Тихом океане, которые, по рассказам матросов, выплывают из дымки там, где их никогда не отмечал ни один картограф. Потом остров снова исчезает на целое поколение, но ни один мореплаватель не может быть уверен, что он существовал только в воображении какого-то давно умершего моряка. Я повторяю себе снова и снова, как я был счастлив в те дни, но, когда пытаюсь мысленно найти причину этого счастья, не нахожу ничего осязаемого.

    Но как выразить словами счастье? Описать ощущение несчастья легко: я был несчастлив, говорим мы, потому что... Мы вспоминаем то и это, приводим всякие причины, а счастье подобно островам далеко в Тихом океане, которые, по рассказам матросов, выплывают из дымки там, где их никогда не отмечал ни один картограф. Потом остров снова исчезает на целое поколение, но ни один мореплаватель не может быть уверен, что он существовал только в воображении какого-то давно умершего моряка. Я повторяю себе снова и снова, как я был счастлив в те дни, но, когда пытаюсь мысленно найти причину этого счастья, не нахожу ничего осязаемого.

    — Альфред Джонс · книга
16. «

    Беседа с ней напоминала американский еженедельник, где надо перескочить со страницы двадцатой на страницу девяносто восьмую, чтобы отыскать продолжение. И чего только вы не увидите в середине: статьи о детской преступности, новейшие рецепты приготовления коктейлей, интимная жизнь кинозвезды и еще одна повесть, ничего общего не имеющая с той, что так неожиданно оборвалась.

    Беседа с ней напоминала американский еженедельник, где надо перескочить со страницы двадцатой на страницу девяносто восьмую, чтобы отыскать продолжение. И чего только вы не увидите в середине: статьи о детской преступности, новейшие рецепты приготовления коктейлей, интимная жизнь кинозвезды и еще одна повесть, ничего общего не имеющая с той, что так неожиданно оборвалась.

    — Путешествия с тётушкой · книга
17. «

    Шум дождя заглушил бой барабанов, и я чувствовал себя так одиноко, будто очутился в незнакомой гостинице после похорон друга.

    Шум дождя заглушил бой барабанов, и я чувствовал себя так одиноко, будто очутился в незнакомой гостинице после похорон друга.

    — Комедианты · книга
18. «

    На дальнем берегу к устам подносит вновь Иной Тристан все тот же кубок с ядом, И Марк иной следит все тем же взглядом, Как скрыться от него торопится любовь.

    На дальнем берегу к устам подносит вновь Иной Тристан все тот же кубок с ядом, И Марк иной следит все тем же взглядом, Как скрыться от него торопится любовь.

    — Уилсон · книга
19. «

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    — Конец одного романа · книга
20. «

    Мы не принадлежим никому, даже самим себе.

    Мы не принадлежим никому, даже самим себе.

    — Конец одного романа · книга