Подборка: 31 цитата Иэна Макьюэна

Ниже 31 цитата Иэна Макьюэна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Единственным приемлемым решением проблемы было бы отменить прошлое.

   Единственным приемлемым решением проблемы было бы отменить прошлое.

   — Искупление · книга
2. «

   Чтобы выжить, нужно стать эгоистом.

   Чтобы выжить, нужно стать эгоистом.

   — Искупление · книга
3. «

   Дети ненавидят щедро и причудливо. Их ненависть немногого стоит. А вот стать объектом ненависти взрослого – всё равно что принять посвящение в серьёзную новую жизнь.

   Дети ненавидят щедро и причудливо. Их ненависть немногого стоит. А вот стать объектом ненависти взрослого – всё равно что принять посвящение в серьёзную новую жизнь.

   — Искупление · книга
4. «

   ...все планы, даже если удается удержать их в памяти, с течением времени имеют тенденцию неумолимо меняться под влиянием, лихорадочной и сверх меры оптимистической хватки событий.

   ...все планы, даже если удается удержать их в памяти, с течением времени имеют тенденцию неумолимо меняться под влиянием, лихорадочной и сверх меры оптимистической хватки событий.

   — Искупление · книга
5. «

   Но женщины любят в мужчинах агрессивность, силу и властность. Такой уж у них склад ума. Посмотрите, скольких женщин пленяет обычно преуспевающий мужчина. Не будь мои слова чистой правдой, женщины протестовали бы против каждой войны. Но вместо этого они с удовольствием отправляют своих мужчин воевать. Пацифисты, противники воинской повинности, и все это главным образом мужчины. А женщины, хоть они и ненавидят себя за это, страстно желают, чтобы мужчины ими правили. Такой уж у них склад ума.

   Но женщины любят в мужчинах агрессивность, силу и властность. Такой уж у них склад ума. Посмотрите, скольких женщин пленяет обычно преуспевающий мужчина. Не будь мои слова чистой правдой, женщины протестовали бы против каждой войны. Но вместо этого они с удовольствием отправляют своих мужчин воевать. Пацифисты, противники воинской повинности, и все это главным образом мужчины. А женщины, хоть они и ненавидят себя за это, страстно желают, чтобы мужчины ими правили. Такой уж у них склад ума.

   — Роберт · книга
6. «

   День за днём мы являемся свидетелями преступлений друг друга. Ты сегодня никого не убил? Но скольких ты оставил умирать?

   День за днём мы являемся свидетелями преступлений друг друга. Ты сегодня никого не убил? Но скольких ты оставил умирать?

   — Искупление · книга
7. «

   Но, взглянув на себя в зеркало над лестницей, она увидела женщину, направляющуюся на похороны, печальную, более того – суровую. Этот черный панцирь делал ее похожей на какое-то насекомое, живущее в спичечном коробке. На жука-рогача. Она словно прозрела свое будущее, когда станет восьмидесятипятилетней тощей вдовой, и, безо всяких колебаний быстро повернувшись, поспешила обратно в комнату. Сесилия не слишком огорчилась, что ей пришлось переодеваться. Ни на минуту не забывая о том, что предстоит ей сегодня вечером, понимала: чувствовать себя она должна уверенно. Черное платье упало на пол, она переступила через него, оставшись в черных туфлях и нижнем белье, и стала обозревать все, что висело в гардеробе, не забывая об утекающих минутах. Появляться в суровом обличье она никак не желала. Она хотела чувствовать себя свободно и в то же время выглядеть сдержанной. А более всего ей хотелось выглядеть так, словно она и минуты не потратила на размышления о том, как одеться.

   Но, взглянув на себя в зеркало над лестницей, она увидела женщину, направляющуюся на похороны, печальную, более того – суровую. Этот черный панцирь делал ее похожей на какое-то насекомое, живущее в спичечном коробке. На жука-рогача. Она словно прозрела свое будущее, когда станет восьмидесятипятилетней тощей вдовой, и, безо всяких колебаний быстро повернувшись, поспешила обратно в комнату. Сесилия не слишком огорчилась, что ей пришлось переодеваться. Ни на минуту не забывая о том, что предстоит ей сегодня вечером, понимала: чувствовать себя она должна уверенно. Черное платье упало на пол, она переступила через него, оставшись в черных туфлях и нижнем белье, и стала обозревать все, что висело в гардеробе, не забывая об утекающих минутах. Появляться в суровом обличье она никак не желала. Она хотела чувствовать себя свободно и в то же время выглядеть сдержанной. А более всего ей хотелось выглядеть так, словно она и минуты не потратила на размышления о том, как одеться.

   — Искупление · книга
8. «

   Человек оценивает себя по тому, как к нему относятся окружающие, — по чему же еще? Постепенно, совершенно ненамеренно, люди внушают нам свое мнение о нас самих.

   Человек оценивает себя по тому, как к нему относятся окружающие, — по чему же еще? Постепенно, совершенно ненамеренно, люди внушают нам свое мнение о нас самих.

   — Искупление · книга
9. «

   Примета времени — информация сужает интеллектуальную свободу, не оставляя простора для фантазии. Легкость мысли в последнее время куда-то подевалась.

   Примета времени — информация сужает интеллектуальную свободу, не оставляя простора для фантазии. Легкость мысли в последнее время куда-то подевалась.

   — Суббота · книга
10. «

    Она не строила домыслов и не обсуждала ситуаций — лишь проживала их.

    Она не строила домыслов и не обсуждала ситуаций — лишь проживала их.

    — Первая любовь, последнее помазание · книга
11. «

    Сесиль я не отыскал, и меня охватил ужас, я выкрикнул ее имя, Сесиль, Сесиль, но слова потонули в топоте сотен ног. Две женщины средних лет, остановившиеся прикурить, презрительно усмехнулись: «Сам соси».

    Сесиль я не отыскал, и меня охватил ужас, я выкрикнул ее имя, Сесиль, Сесиль, но слова потонули в топоте сотен ног. Две женщины средних лет, остановившиеся прикурить, презрительно усмехнулись: «Сам соси».

    — Первая любовь, последнее помазание · книга
12. «

    Как мало мы знаем друг о друге. Большая наша часть скрыта под водой, как у льдины, и обществу видна лишь надводная, холодная и белая личина.

    Как мало мы знаем друг о друге. Большая наша часть скрыта под водой, как у льдины, и обществу видна лишь надводная, холодная и белая личина.

    — Амстердам · книга
13. «

    ... Девочки больше интересуются людьми, мальчики — вещами и абстрактными правилами. И это различие проявляется в науках, которые они склонны выбирать: женщин больше в науках, связанных с жизнью и социальных, мужчин — в технических и физике.

    ... Девочки больше интересуются людьми, мальчики — вещами и абстрактными правилами. И это различие проявляется в науках, которые они склонны выбирать: женщин больше в науках, связанных с жизнью и социальных, мужчин — в технических и физике.

    — Солнечная · книга
14. «

    По наступлении определённого возраста путешествие по городу пробуждает слишком много грустных воспоминаний: количество адресов, по которым некогда жили люди, отошедшие ныне в мир иной, становится удручающим.

    По наступлении определённого возраста путешествие по городу пробуждает слишком много грустных воспоминаний: количество адресов, по которым некогда жили люди, отошедшие ныне в мир иной, становится удручающим.

    — Искупление · книга
15. «

    Какое же это счастье — когда любишь собственную жену.

    Какое же это счастье — когда любишь собственную жену.

    — Суббота · книга
16. «

    ...порой человек в порыве самобичевания принимает на себя слишком много.

    ...порой человек в порыве самобичевания принимает на себя слишком много.

    — Искупление · книга
17. «

    Как же память туманна и монохромна в сравнении с живым моментом!

    Как же память туманна и монохромна в сравнении с живым моментом!

    — Солнечная · книга
18. «

    Они были друзьями с детства, но теперь это становилось преградой – им было неловко перед самими собой, прежними. В последние годы их отношения стали несколько вымученными, но старая привычка общаться по-дружески сохранилась, и сломать её теперь, чтобы ощутить себя незнакомцами в интимном плане, было нелегко, для этого требовалась ясность цели, а она-то как раз и отсутствовала.

    Они были друзьями с детства, но теперь это становилось преградой – им было неловко перед самими собой, прежними. В последние годы их отношения стали несколько вымученными, но старая привычка общаться по-дружески сохранилась, и сломать её теперь, чтобы ощутить себя незнакомцами в интимном плане, было нелегко, для этого требовалась ясность цели, а она-то как раз и отсутствовала.

    — Искупление · книга
19. «

    Каменный век закончился не из-за нехватки камней.

    Каменный век закончился не из-за нехватки камней.

    — Солнечная · книга
20. «

    Зачастую хорошие люди принимают страдания и смерть не потому, что кто-то испытывает их хорошие качества, а именно потому, что не оказывается никого и ничего, чтобы испытать их.

    Зачастую хорошие люди принимают страдания и смерть не потому, что кто-то испытывает их хорошие качества, а именно потому, что не оказывается никого и ничего, чтобы испытать их.

    — Джо Роуз · книга