31 цитата Иеромонаха Василого (Росляков) — избранное

Подборка из 31 цитата Иеромонаха Василого (Росляков): от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как подавать советы ближним? 1. Обращаться с молитвою к Богу, чтобы дал Он нам сказать слово на пользу ближнему. Тем самым беседа очищается от тщеславия. 2. Говорить с осторожностью, не вдаваясь в многословие. Пустых, любопытных вопросов не делать. 3. Если увлечешься и скажешь что-то не по совести, то мысленно укори себя и раскайся пред Богом. 4. По скудости нашего времени мы должны делиться с ближними нашими скудными знаниями.

   Как подавать советы ближним? 1. Обращаться с молитвою к Богу, чтобы дал Он нам сказать слово на пользу ближнему. Тем самым беседа очищается от тщеславия. 2. Говорить с осторожностью, не вдаваясь в многословие. Пустых, любопытных вопросов не делать. 3. Если увлечешься и скажешь что-то не по совести, то мысленно укори себя и раскайся пред Богом. 4. По скудости нашего времени мы должны делиться с ближними нашими скудными знаниями.
2. «

   Никакая добродетель не может быть совершена без смиренномудрия.

   Никакая добродетель не может быть совершена без смиренномудрия.
3. «

   Милость Божия дается даром, но мы должны принести Господу все, что имеем.

   Милость Божия дается даром, но мы должны принести Господу все, что имеем.
4. «

   Вне Церкви можно иметь все — только не спасение. Крест – готовность к благодушному подъятию всякой скорби, посылаемой Промыслом Божиим.

   Вне Церкви можно иметь все — только не спасение. Крест – готовность к благодушному подъятию всякой скорби, посылаемой Промыслом Божиим.
5. «

   Когда осуждаешь, молиться так: ведь это я, Господи, согрешаю, меня прости, меня помилуй.

   Когда осуждаешь, молиться так: ведь это я, Господи, согрешаю, меня прости, меня помилуй.
6. «

   Можно быть мёртвым ещё живя на земле, и быть непричастным смерти, лёжа в могиле. Смерть — это отдалённость человека от жизни, то есть от Бога...

   Можно быть мёртвым ещё живя на земле, и быть непричастным смерти, лёжа в могиле. Смерть — это отдалённость человека от жизни, то есть от Бога...
7. «

   Мир, похищая у Бога чин подателя благ, присваивает горделиво себе и, наделяя нас ими, как бы милостиво присовокупляет и возлагает на нас заботу об их хранении и страх их потери. Когда же дает Бог, то Он и заботится о даре Своем и потеря его не возмущает сердец наших.

   Мир, похищая у Бога чин подателя благ, присваивает горделиво себе и, наделяя нас ими, как бы милостиво присовокупляет и возлагает на нас заботу об их хранении и страх их потери. Когда же дает Бог, то Он и заботится о даре Своем и потеря его не возмущает сердец наших.
8. «

   Видишь ли ты, как страсти окружили тебя и играют тобою, передавая из рук в руки? Как они и оставляя тебя на время в покое, смеются над тобою и, стоя невдалеке, наблюдают, как ты, немощный, сам из себя рождаешь тщеславие, забвение, беспечность. Смеются, потому что от одного их прикосновения весь мир твой и покой разрушится и исчезнет; смеются, потому что ты — их достояние, их раб, к тому же раб, считающий себя свободным. Это лицезрение раба, возомнившего о себе, как о господине, доставляет им особенное удовольствие.

   Видишь ли ты, как страсти окружили тебя и играют тобою, передавая из рук в руки? Как они и оставляя тебя на время в покое, смеются над тобою и, стоя невдалеке, наблюдают, как ты, немощный, сам из себя рождаешь тщеславие, забвение, беспечность. Смеются, потому что от одного их прикосновения весь мир твой и покой разрушится и исчезнет; смеются, потому что ты — их достояние, их раб, к тому же раб, считающий себя свободным. Это лицезрение раба, возомнившего о себе, как о господине, доставляет им особенное удовольствие.
9. «

   Как-то спросили отца Василия, почему возникают страшные искушения и скорби? Если Бог любит нас, почему столько ненависти и зла обрушивается на людей?

   Как-то спросили отца Василия, почему возникают страшные искушения и скорби? Если Бог любит нас, почему столько ненависти и зла обрушивается на людей?
10. «

    Не расступися, земле, подо мною, тьма ночная, не поглоти мене, не падите на главу мою небеса; Господи, потерпи молитву мою, да принесу покаяние Тебе, Владыко Вселенной.

    Не расступися, земле, подо мною, тьма ночная, не поглоти мене, не падите на главу мою небеса; Господи, потерпи молитву мою, да принесу покаяние Тебе, Владыко Вселенной.
11. «

    Господь от начала положил в человеке волю, разум и душу. После падения, разъединенные с Творцом, они всем существом своим стремятся к Нему. Воля стремится к свободе, разум к познанию истины, душа к совершенству и чистоте. Никто и ничто не может угасить этого стремления. Его можно только исказить, направить по ложному пути. Этим и занимается политик (оный) и его присные.

    Господь от начала положил в человеке волю, разум и душу. После падения, разъединенные с Творцом, они всем существом своим стремятся к Нему. Воля стремится к свободе, разум к познанию истины, душа к совершенству и чистоте. Никто и ничто не может угасить этого стремления. Его можно только исказить, направить по ложному пути. Этим и занимается политик (оный) и его присные.
12. «

    Смерть страшна, потому что она знает обо мне все, потому что она обладает мною, распоряжается мною, как госпожа своим рабом. Христианство дает знание о смерти и о будущей жизни, унижая этим власть смерти. Да и о христианине смерть знает все, но он знает о ней ровно столько, чтобы не бояться ее. Христианство превращает смерть из убийцы во врача, из незнакомца — в товарища.

    Смерть страшна, потому что она знает обо мне все, потому что она обладает мною, распоряжается мною, как госпожа своим рабом. Христианство дает знание о смерти и о будущей жизни, унижая этим власть смерти. Да и о христианине смерть знает все, но он знает о ней ровно столько, чтобы не бояться ее. Христианство превращает смерть из убийцы во врача, из незнакомца — в товарища.
13. «

    Иметь заповедь и стараться сохранить ее — в сем заключается повиновение и память Божия.

    Иметь заповедь и стараться сохранить ее — в сем заключается повиновение и память Божия.
14. «

    Однажды отца Василия спросили: — Где монаху лучше молиться — в храме или в келии? — Я не знаю, — смиренно ответил батюшка,— но слышал, что в церкви — как на корабле: кто-то гребет, а все плывут. А в келии — как в лодке: надо грести самому.

    Однажды отца Василия спросили: — Где монаху лучше молиться — в храме или в келии? — Я не знаю, — смиренно ответил батюшка,— но слышал, что в церкви — как на корабле: кто-то гребет, а все плывут. А в келии — как в лодке: надо грести самому.
15. «

    Что легче? Терпеть голод в желудке или совесть, оскверненную чревоугодием? Что легче? Терпеть тяготу данного послушания или тяготу совести, оскверненной саможалением, самолюбием и как следствие — отказом от послушания? Всюду труд, всюду терпение, всюду тягота жизни. Но в одном случае помогает Господь, а в другом отступает. В одном случае иго Господне, в другом — иго диавола. Господь не отнял окончательного наказания за грех — тягота жизни осталась, но жизнь преобразилась в Духе. Дух этот дается несущим иго Христово, выбирающим исполнение заповедей Божиих, а не служение плоти и крови. Господи, даждь мне силу избирать во всем иго Твое благое.

    Что легче? Терпеть голод в желудке или совесть, оскверненную чревоугодием? Что легче? Терпеть тяготу данного послушания или тяготу совести, оскверненной саможалением, самолюбием и как следствие — отказом от послушания? Всюду труд, всюду терпение, всюду тягота жизни. Но в одном случае помогает Господь, а в другом отступает. В одном случае иго Господне, в другом — иго диавола. Господь не отнял окончательного наказания за грех — тягота жизни осталась, но жизнь преобразилась в Духе. Дух этот дается несущим иго Христово, выбирающим исполнение заповедей Божиих, а не служение плоти и крови. Господи, даждь мне силу избирать во всем иго Твое благое.
16. «

    Нам должно совершенствоваться в познании. Но в познании чего? Величия Божия и своих несовершенств и немощей.

    Нам должно совершенствоваться в познании. Но в познании чего? Величия Божия и своих несовершенств и немощей.
17. «

    Христианское познание преподает скорбь. «Во многой премудрости много печали». Но печаль есть двух родов, говорит апостол Павел. Печаль о мире производит смерть, а печаль о Боге — дар покаяния.

    Христианское познание преподает скорбь. «Во многой премудрости много печали». Но печаль есть двух родов, говорит апостол Павел. Печаль о мире производит смерть, а печаль о Боге — дар покаяния.
18. «

    Мы не можем вместить величия дара — Божественной Литургии, но мы можем вместить чувство собственного недостоинства, предстоя этому страшному Таинству. Так поступают и Ангелы. Закрывая лицо свое крылами от света Божественной славы, они исповедуют свое недостоинство и несовершенство.

    Мы не можем вместить величия дара — Божественной Литургии, но мы можем вместить чувство собственного недостоинства, предстоя этому страшному Таинству. Так поступают и Ангелы. Закрывая лицо свое крылами от света Божественной славы, они исповедуют свое недостоинство и несовершенство.
19. «

    Сердце обнищавшее, лишенное благодати, а значит, и силы, подвластно телу и исполняет его хотения и желания. Укрепить свое сердце, наполнить его благодатью и одолеть, подчинить тело сердечным стремлениям и намерениям — вот задача. Поставить сердце во главу, сделать его владыкою своего существа и отдать его в подчинение Христу за ту милость и ту благодать, которою Господь и укрепил и обновил это сердце.

    Сердце обнищавшее, лишенное благодати, а значит, и силы, подвластно телу и исполняет его хотения и желания. Укрепить свое сердце, наполнить его благодатью и одолеть, подчинить тело сердечным стремлениям и намерениям — вот задача. Поставить сердце во главу, сделать его владыкою своего существа и отдать его в подчинение Христу за ту милость и ту благодать, которою Господь и укрепил и обновил это сердце.
20. «

    Благодать невидима, недомыслима, непостижима. Узнаем о ней только по действию, которое она производит в уме и в душе, по плодам ее: «Плод же Духа, — говорит Апостол, — есть любовь, мир, долготерпение, кротость, вера...» Все это не наше — но дело благодати. Если будем видеть постоянно, что это не наше, то удержим благодать. А если что-то присвоим себе, то все потеряем.

    Благодать невидима, недомыслима, непостижима. Узнаем о ней только по действию, которое она производит в уме и в душе, по плодам ее: «Плод же Духа, — говорит Апостол, — есть любовь, мир, долготерпение, кротость, вера...» Все это не наше — но дело благодати. Если будем видеть постоянно, что это не наше, то удержим благодать. А если что-то присвоим себе, то все потеряем.