Топ-157 цитат Игоря Ивановича Гарина

Игорь Иванович Гарин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 157 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Три вещи в мире способны успокоить меня, но это редкие утешения: мой Шопенгауэр, Шуман и одинокие прогулки.

   Три вещи в мире способны успокоить меня, но это редкие утешения: мой Шопенгауэр, Шуман и одинокие прогулки.

   — Фридрих Ницше · книга
2. «

   Для меня даже самые святые — прежде всего человеки.

   Для меня даже самые святые — прежде всего человеки.

   — Пророки и поэты · книга
3. «

   Воля — сущность мира, ее таинственная первооснова. Это — темная бездна жизни, сущность скрытого бытия, движитель мира. Воля бесцельна, неумеренна, безудержна, движение без начала и конца. Она в разладе сама с собой: неистовство против самой себя. Борьба и насилие мира — выражение диссонанса мировой воли.

   Воля — сущность мира, ее таинственная первооснова. Это — темная бездна жизни, сущность скрытого бытия, движитель мира. Воля бесцельна, неумеренна, безудержна, движение без начала и конца. Она в разладе сама с собой: неистовство против самой себя. Борьба и насилие мира — выражение диссонанса мировой воли.

   — Артур Шопенгауэр · книга
4. «

   Вернуть злому человеку чистую совесть — не это ли является моим непроизвольным стремлением?

   Вернуть злому человеку чистую совесть — не это ли является моим непроизвольным стремлением?

   — Фридрих Ницше · книга
5. «

   Сильная личность — это способность преодоления препятствий, умение держать удар, превозмогать боль.

   Сильная личность — это способность преодоления препятствий, умение держать удар, превозмогать боль.

   — Ницше · книга
6. «

   Только суровое испытание временем является критерием литературного или иного дарования.

   Только суровое испытание временем является критерием литературного или иного дарования.

   — Пророки и поэты · книга
7. «

   Счастье в жизни невозможно; высшее, чего может достигнуть человек, есть существование, преисполненное героизма.

   Счастье в жизни невозможно; высшее, чего может достигнуть человек, есть существование, преисполненное героизма.

   — Фридрих Ницше · книга
8. «

   Мыслителю все дозволено, кроме одного — звать за собой, указывать путь.

   Мыслителю все дозволено, кроме одного — звать за собой, указывать путь.

   — Пророки и поэты · книга
9. «

   Моральный человек стоит не ближе к умопостигаемому миру, чем человек физический, — ибо не существует умопостигаемого мира...

   Моральный человек стоит не ближе к умопостигаемому миру, чем человек физический, — ибо не существует умопостигаемого мира...

   — Фридрих Ницше · книга
10. «

    Мы вообще не знаем сущего, а потому — не в состоянии решить вопроса о том, приложимы или непреложимы к нему наши логические аксиомы.

    Мы вообще не знаем сущего, а потому — не в состоянии решить вопроса о том, приложимы или непреложимы к нему наши логические аксиомы.

    — Ницше · книга
11. «

    Кто не живет в возвышенном, как дома, тот воспринимает возвышенное как нечто жуткое, фальшивое.

    Кто не живет в возвышенном, как дома, тот воспринимает возвышенное как нечто жуткое, фальшивое.

    — Фридрих Ницше · книга
12. «

    Злые влечения целесообразны, родохранительны и необходимы не в меньшей степени, чем добрые, — лишь функции их различны.

    Злые влечения целесообразны, родохранительны и необходимы не в меньшей степени, чем добрые, — лишь функции их различны.

    — Фридрих Ницше · книга
13. «

    Природа, по видимому, мудро позаботилась, чтобы человеческая глупость была преходящей. Книги же увековечивают ее. Дураку следовало бы довольствоваться тем, что он надоел всем своим современникам, а он хочет досаждать еще и грядущим поколениям: он хочет, чтобы его глупость торжествовала над забвением.

    Природа, по видимому, мудро позаботилась, чтобы человеческая глупость была преходящей. Книги же увековечивают ее. Дураку следовало бы довольствоваться тем, что он надоел всем своим современникам, а он хочет досаждать еще и грядущим поколениям: он хочет, чтобы его глупость торжествовала над забвением.

    — Бернар-Анри Монтень Монтескье · книга
14. «

    Отчетливее всего жажда обладания проявляется в любви полов: влюбленный стремится к единоличному обладанию тем, кто стал предметом его вожделений, он хочет безраздельно властвовать не только над душой, но и над телом, он хочет, чтобы любили только его одного, хочет войти в чужую душу и занять там главенствующее место и царствовать, как владыка.

    Отчетливее всего жажда обладания проявляется в любви полов: влюбленный стремится к единоличному обладанию тем, кто стал предметом его вожделений, он хочет безраздельно властвовать не только над душой, но и над телом, он хочет, чтобы любили только его одного, хочет войти в чужую душу и занять там главенствующее место и царствовать, как владыка.

    — Фридрих Ницше · книга
15. «

    Страдания великих людей обладают свойством оборачиваться шедеврами.

    Страдания великих людей обладают свойством оборачиваться шедеврами.

    — Ницше · книга
16. «

    Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.

    Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.

    — Ницше · книга
17. «

    Если быть последовательным, то ни одно предприятие невозможно. На каждое «да» всегда есть свое «нет» — и это не диалектика, а жизнь, где этих «да» и «нет» — бесконечность.

    Если быть последовательным, то ни одно предприятие невозможно. На каждое «да» всегда есть свое «нет» — и это не диалектика, а жизнь, где этих «да» и «нет» — бесконечность.

    — Рабле · книга
18. «

    Освобождение разума от воли, от ее рабства — непродолжительно и редко. Когда же это случается и познание отрывается от бесконечного потока желаний, от рабского служения воле, когда мысль больше не обращена на хотение, тогда — и лишь тогда — сам собой наступает покой, который мы вечно искали и который вечно бежал нас на пути желания.

    Освобождение разума от воли, от ее рабства — непродолжительно и редко. Когда же это случается и познание отрывается от бесконечного потока желаний, от рабского служения воле, когда мысль больше не обращена на хотение, тогда — и лишь тогда — сам собой наступает покой, который мы вечно искали и который вечно бежал нас на пути желания.

    — Пророки и поэты · книга
19. «

    Но верный путь — один; меж двух Блуждая, заплутал мой дух.

    Но верный путь — один; меж двух Блуждая, заплутал мой дух.

    — Фридрих Ницше · книга
20. «

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    — Блейк · книга