17 цитат Ильи Арсёнова — коротко и по делу

Подборка из 17 цитат Ильи Арсёнова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Это только в сказках выбор между хорошим и плохим, в жизни ты выбираешь между дерьмом и ещё большим дерьмом.

   Это только в сказках выбор между хорошим и плохим, в жизни ты выбираешь между дерьмом и ещё большим дерьмом.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
2. «

   От всех психологических заморочек и зависимостей лучшее лекарство это трудотерапия.

   От всех психологических заморочек и зависимостей лучшее лекарство это трудотерапия.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
3. «

   Если бы я был жалостливым, то не стрелял бы по линкору. Ведь там же люди, мне их так жалко, они запутались в собственных стремлениях, — начал я передразнивать общечеловеков, — им же так плохо. Правда ты бы умер, и страна была бы залита кровью. Так что не стоит говорить о жалости. Жалеть можно щенка, упавшего в воду, а человека всегда есть за что убить.

   Если бы я был жалостливым, то не стрелял бы по линкору. Ведь там же люди, мне их так жалко, они запутались в собственных стремлениях, — начал я передразнивать общечеловеков, — им же так плохо. Правда ты бы умер, и страна была бы залита кровью. Так что не стоит говорить о жалости. Жалеть можно щенка, упавшего в воду, а человека всегда есть за что убить.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
4. «

   Не всегда знание это благо, иногда нужна ложь и недоговорки.

   Не всегда знание это благо, иногда нужна ложь и недоговорки.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
5. «

   Я не верю в альтруизм. Даже когда человек что-то делает ради другого, то в то же время он делает это ради себя, так как это приносит ему какое-то моральное удовлетворение.

   Я не верю в альтруизм. Даже когда человек что-то делает ради другого, то в то же время он делает это ради себя, так как это приносит ему какое-то моральное удовлетворение.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
6. «

   Ничего приятного, двадцать минут ходьбы по этому чёртовому лесу вывели меня из себя. Глаза до сих пор зудели, под ноги попадались какие-то коряги и корни, в лицо лезли сучья и ветки. Последней каплей была паутина, которая была незаметна ровно до тех пор, пока не облепила моё лицо. Остановившись, я повернулся к ближайшему дереву: - Сучий лес, как только я из тебя выберусь, я вернусь. Вернусь с кучей долбаных лесоповалочных машин. Свалю тут всё к чёрту, а из брёвен сделаю туалетную бумагу. А бумагу продам в Африку, чтобы нигеры вытирали свои задницы...

   Ничего приятного, двадцать минут ходьбы по этому чёртовому лесу вывели меня из себя. Глаза до сих пор зудели, под ноги попадались какие-то коряги и корни, в лицо лезли сучья и ветки. Последней каплей была паутина, которая была незаметна ровно до тех пор, пока не облепила моё лицо. Остановившись, я повернулся к ближайшему дереву: - Сучий лес, как только я из тебя выберусь, я вернусь. Вернусь с кучей долбаных лесоповалочных машин. Свалю тут всё к чёрту, а из брёвен сделаю туалетную бумагу. А бумагу продам в Африку, чтобы нигеры вытирали свои задницы...

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
7. «

   Женщина и любопытство — это почти синонимы.

   Женщина и любопытство — это почти синонимы.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
8. «

   О! Блаженство! Человек — такая сволочь, что ко всему привыкает, но когда есть возможность избавится от мешающих обстоятельств... это резко делает счастливым. Правда, ненадолго... всё-таки человек — редкая сволочь.

   О! Блаженство! Человек — такая сволочь, что ко всему привыкает, но когда есть возможность избавится от мешающих обстоятельств... это резко делает счастливым. Правда, ненадолго... всё-таки человек — редкая сволочь.

   — Алексей Уральский «Сен» · книга
9. «

   Дураками выглядят два типа людей — собственно дураки, и люди, чьи цели ты не понимаешь.

   Дураками выглядят два типа людей — собственно дураки, и люди, чьи цели ты не понимаешь.

   — Торрен · книга
10. «

    — У каждого свои источники знаний. — Но не из всех стоит пить.

    — У каждого свои источники знаний. — Но не из всех стоит пить.

    — Алексей Уральский «Сен» · книга
11. «

    — Я не иллюзия! — насупился Тор. — Иллюзия была бы плохая, если бы она на вопрос «Ты иллюзия?» отвечала да, — рассмеялся я.

    — Я не иллюзия! — насупился Тор. — Иллюзия была бы плохая, если бы она на вопрос «Ты иллюзия?» отвечала да, — рассмеялся я.

    — Алексей Уральский «Сен» · книга
12. «

    Память. Для кого-то дар, для кого-то проклятье. Некоторые трепетно хранят светлые воспоминания — первый поцелуй, рождение ребёнка, исполнение давней мечты. Именно они помогают человеку в тёмную минуту, когда весь мир против него, когда друзья отводят глаза в сторону, когда мрак застилает взор. И тогда пламя приятных воспоминаний разгоняет тьму одиночества и заставляет бороться. Именно с такой памятью нужно уходить по дороге смерти. Других же всю жизнь преследуют воспоминания о свершенных поступках. И хорошо, если они просто постыдные, а не мерзкие и отвратительные. Такая память способна отравить всю последующую жизнь человека — болью от осознания тяжести содеянного, ядом совести, невозможности что-то изменить...

    Память. Для кого-то дар, для кого-то проклятье. Некоторые трепетно хранят светлые воспоминания — первый поцелуй, рождение ребёнка, исполнение давней мечты. Именно они помогают человеку в тёмную минуту, когда весь мир против него, когда друзья отводят глаза в сторону, когда мрак застилает взор. И тогда пламя приятных воспоминаний разгоняет тьму одиночества и заставляет бороться. Именно с такой памятью нужно уходить по дороге смерти. Других же всю жизнь преследуют воспоминания о свершенных поступках. И хорошо, если они просто постыдные, а не мерзкие и отвратительные. Такая память способна отравить всю последующую жизнь человека — болью от осознания тяжести содеянного, ядом совести, невозможности что-то изменить...

    — Сен. Возврат · книга
13. «

    - Ты можешь измениться... — святая уже три дня меня аккуратно пыталась подбить к более праведной жизни. - Ага, конечно, — мой голос буквально истекал сарказмом, — пойду причинять добро направо и налево. Никого не пропущу.

    - Ты можешь измениться... — святая уже три дня меня аккуратно пыталась подбить к более праведной жизни. - Ага, конечно, — мой голос буквально истекал сарказмом, — пойду причинять добро направо и налево. Никого не пропущу.

    — Алексей Уральский «Сен» · книга
14. «

    Если мужчина хоть один раз увидит живого дракона, то он будет в него верить всю оставшуюся жизнь. А если мужчина увидит умную, красивую и порядочную женщину... пусть даже сто раз увидит... всё равно не поверит. Что же заставляет нас так доверять драконам?!

    Если мужчина хоть один раз увидит живого дракона, то он будет в него верить всю оставшуюся жизнь. А если мужчина увидит умную, красивую и порядочную женщину... пусть даже сто раз увидит... всё равно не поверит. Что же заставляет нас так доверять драконам?!

    — Сен. Следующий шаг · книга
15. «

    Реальность разбила наш нездоровый оптимизм вдребезги, но утраченные иллюзии — это тоже ценное приобретение.

    Реальность разбила наш нездоровый оптимизм вдребезги, но утраченные иллюзии — это тоже ценное приобретение.

    — Алексей Уральский «Сен» · книга
16. «

    Самый большой груз везёт не самый сильный верблюд, а самый тупой.

    Самый большой груз везёт не самый сильный верблюд, а самый тупой.

    — Алексей Уральский «Сен» · книга
17. «

    Люди слишком часто ведут себя, как неблагодарные скоты.

    Люди слишком часто ведут себя, как неблагодарные скоты.

    — Турус · книга