Илья Ефимович Репин: 15 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 15 цитат Ильи Ефимовича Репина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У нас тут груши в цвету и яблони развертываются. Погода прелестная, тепло и даже дождик, столь желательный, прошел третьего дня. Лес напротив, за рекой; зелень — как на лубочных картинках. Кругом озими начинают принимать серебристый оттенок. В лесу соловьи заливаются, им вторят прочие птицы... Ко мне так пристают разные обыватели с просьбами, со счетами, разносчики с товарами, что я каждую минуту готов громко сказать им: «Пошли вон, дураки», — и уйти.

   У нас тут груши в цвету и яблони развертываются. Погода прелестная, тепло и даже дождик, столь желательный, прошел третьего дня. Лес напротив, за рекой; зелень — как на лубочных картинках. Кругом озими начинают принимать серебристый оттенок. В лесу соловьи заливаются, им вторят прочие птицы... Ко мне так пристают разные обыватели с просьбами, со счетами, разносчики с товарами, что я каждую минуту готов громко сказать им: «Пошли вон, дураки», — и уйти.
2. «

   Я боялся разочароваться как-нибудь, ибо уже не один раз в жизни видел, как талант и гений не гармонировали с человеком в частной жизни. Но Лев Толстой другое — это цельный гениальный человек, и в жизни он так же глубок и серьезен, как и в своих созданиях… Я почувствовал себя такой мелочью, ничтожест­вом, мальчишкой! Мне хотелось его слушать и слушать без конца… И он не был скуп, спасибо ему, он говорил много, сердечно и увлека­тельно. Ах, все бы, что он говорил, я желал бы записать золотыми словами на мраморных скрижалях и читать эти заповеди поутру и перед сном…

   Я боялся разочароваться как-нибудь, ибо уже не один раз в жизни видел, как талант и гений не гармонировали с человеком в частной жизни. Но Лев Толстой другое — это цельный гениальный человек, и в жизни он так же глубок и серьезен, как и в своих созданиях… Я почувствовал себя такой мелочью, ничтожест­вом, мальчишкой! Мне хотелось его слушать и слушать без конца… И он не был скуп, спасибо ему, он говорил много, сердечно и увлека­тельно. Ах, все бы, что он говорил, я желал бы записать золотыми словами на мраморных скрижалях и читать эти заповеди поутру и перед сном…
3. «

   Ведь любовь всегда так. Если она сильна, то, достигнув апогея, она понижается до реакции; а если ее нет, то добрая заботливая душа может возростить и взлелеять на вакантном месте, понемногу, но просто, надолго, навеки. Это лучшая любовь — здоровая, сильная, но спокойная, умная.

   Ведь любовь всегда так. Если она сильна, то, достигнув апогея, она понижается до реакции; а если ее нет, то добрая заботливая душа может возростить и взлелеять на вакантном месте, понемногу, но просто, надолго, навеки. Это лучшая любовь — здоровая, сильная, но спокойная, умная.
4. «

   Этот человек бессмертен, благодаря своей изначальной любви к свободе.

   Этот человек бессмертен, благодаря своей изначальной любви к свободе.
5. «

   Жизнь задумана так необъятно широко, и сколько наслаждений, сколько счастия лежит кругом человека, если он способен пользоваться им. Да, счастье надо искать, надо жертвовать многим, надо готовиться себя развивать до понимания его и пользования им. А то что же, ведь большинство нас на всё смотрит, как баран в Библию.

   Жизнь задумана так необъятно широко, и сколько наслаждений, сколько счастия лежит кругом человека, если он способен пользоваться им. Да, счастье надо искать, надо жертвовать многим, надо готовиться себя развивать до понимания его и пользования им. А то что же, ведь большинство нас на всё смотрит, как баран в Библию.
6. «

   Чeлoвeк бeз yбeждeний — пycтeльгa, бeз пpинципoв — oн ничтoжнaя никчeмнocть.

   Чeлoвeк бeз yбeждeний — пycтeльгa, бeз пpинципoв — oн ничтoжнaя никчeмнocть.
7. «

   Я вcтaл co cтyлa, чтoбы ycтyпить eй мecтo. Oнa пocмoтpeлa нa мeня c пpeзpитeльнoй cтpoгocтью и, едвa cдepживaя иpoничecкyю yлыбкy, yшлa в oблacть кoшмapнoгo тaбaчнoгo дымa. Нa дpyгoй дeнь я cпpocил Aнтoкoльcкoгo: «Oтчeгo этo xoзяйкa c нacмeшкoй и пpeзpeниeм oтoшлa oт мeня, кoгдa я xoтeл ycтyпить eй cвoй cтyл?» «A этo, видишь, нoвaя мoлoдeжь cчитaeт эти cвeтcкие мaнepы пoшлocтью. Дeвицы и мyжчины paвны; a этo yxaживaниe иx ocкopбляeт… У cтyдeнтoв бpoшeны дaвнo вce эти cpeднeвeкoвыe китaйщины». «Вoт кaк! Бyдeм знaть... A я дyмaл, нe выпaчкaнa ли y мeня физиoнoмия в кpacкax».

   Я вcтaл co cтyлa, чтoбы ycтyпить eй мecтo. Oнa пocмoтpeлa нa мeня c пpeзpитeльнoй cтpoгocтью и, едвa cдepживaя иpoничecкyю yлыбкy, yшлa в oблacть кoшмapнoгo тaбaчнoгo дымa. Нa дpyгoй дeнь я cпpocил Aнтoкoльcкoгo: «Oтчeгo этo xoзяйкa c нacмeшкoй и пpeзpeниeм oтoшлa oт мeня, кoгдa я xoтeл ycтyпить eй cвoй cтyл?» «A этo, видишь, нoвaя мoлoдeжь cчитaeт эти cвeтcкие мaнepы пoшлocтью. Дeвицы и мyжчины paвны; a этo yxaживaниe иx ocкopбляeт… У cтyдeнтoв бpoшeны дaвнo вce эти cpeднeвeкoвыe китaйщины». «Вoт кaк! Бyдeм знaть... A я дyмaл, нe выпaчкaнa ли y мeня физиoнoмия в кpacкax».
8. «

   Дaжe и пpи бoльшoм тaлaнтe бecпpинципнocть пoнижaeт личнocть xyдoжникa: в нeм чyвcтвyeтcя paб или пoтepянный чeлoвeк.

   Дaжe и пpи бoльшoм тaлaнтe бecпpинципнocть пoнижaeт личнocть xyдoжникa: в нeм чyвcтвyeтcя paб или пoтepянный чeлoвeк.
9. «

   Разочарование собою — это так знакомо мне, что я даже и вспоминать к ночи не хочу, — не уснёшь.

   Разочарование собою — это так знакомо мне, что я даже и вспоминать к ночи не хочу, — не уснёшь.
10. «

    Этот царственно поставленный над всем востоком России город совсем закружил наши головы. Как упоительны его необозримые дали! Мы захлебываемся от восхищения ими…

    Этот царственно поставленный над всем востоком России город совсем закружил наши головы. Как упоительны его необозримые дали! Мы захлебываемся от восхищения ими…
11. «

    Когда позируют очень безукоризненно, портрет выходит скучный, безжизненный, и, наоборот, при нетерпеливом сидении получаются удачные сюрпризы.

    Когда позируют очень безукоризненно, портрет выходит скучный, безжизненный, и, наоборот, при нетерпеливом сидении получаются удачные сюрпризы.
12. «

    В долгий ящик мы, русские, складываем обыкновенно всё, что у нас есть лучшего, где оно валяется, валяется и часто совсем выбрасывается по ошибке.

    В долгий ящик мы, русские, складываем обыкновенно всё, что у нас есть лучшего, где оно валяется, валяется и часто совсем выбрасывается по ошибке.
13. «

    Лев Толстой говорит, что нелюбившая и нелюбимая женщина возбуждает в нем жалость, но, право, еще большую жалость возбудит женщина, увлекшаяся страстно до самозабвения, особенно когда ее страсть не будет взаимна. Припоминаю себя: каким я был отвратительным, гадким под игом страсти — гнусное животное. Слава богу, что все это прошло, и вот уже два года, как я совсем спокоен и даже не желаю повторений; а прежде я бы тосковал без этого пьянства, без этой дури.

    Лев Толстой говорит, что нелюбившая и нелюбимая женщина возбуждает в нем жалость, но, право, еще большую жалость возбудит женщина, увлекшаяся страстно до самозабвения, особенно когда ее страсть не будет взаимна. Припоминаю себя: каким я был отвратительным, гадким под игом страсти — гнусное животное. Слава богу, что все это прошло, и вот уже два года, как я совсем спокоен и даже не желаю повторений; а прежде я бы тосковал без этого пьянства, без этой дури.
14. «

    Приготовьтесь заранее, что любовь ваша пройдёт, она должна замениться дружбой. А дружба рождается только из преданности. Если женщина способна быть преданной вполне интересам своего мужа, она — драгоценный друг, который необходим мужчине, с которым он не расстанется ни на минуту во всю жизнь, которого он будет любить и уважать глубоко в душе всю жизнь. Если муж будет предан своей жене, детям, будет относиться с полным уважением к жене (в случае утраты любви), семья счастлива. Но если эти оба субъекта увлекутся свободой действий, самостоятельной эмансипацией, разнородной деятельностью, дающей каждому самостоятельное положение, — семья пропала, разрыв неизбежен.

    Приготовьтесь заранее, что любовь ваша пройдёт, она должна замениться дружбой. А дружба рождается только из преданности. Если женщина способна быть преданной вполне интересам своего мужа, она — драгоценный друг, который необходим мужчине, с которым он не расстанется ни на минуту во всю жизнь, которого он будет любить и уважать глубоко в душе всю жизнь. Если муж будет предан своей жене, детям, будет относиться с полным уважением к жене (в случае утраты любви), семья счастлива. Но если эти оба субъекта увлекутся свободой действий, самостоятельной эмансипацией, разнородной деятельностью, дающей каждому самостоятельное положение, — семья пропала, разрыв неизбежен.
15. «

    Говорят, любят только тех, кто заставляет страдать; чем больше страданий, тем больше привязанности. Искусство самый опасный предмет любви по своей глубине, непостижимости, вечной новизне, вечной таинственности. В нём больше всего отражается божественное начало в человеке.

    Говорят, любят только тех, кто заставляет страдать; чем больше страданий, тем больше привязанности. Искусство самый опасный предмет любви по своей глубине, непостижимости, вечной новизне, вечной таинственности. В нём больше всего отражается божественное начало в человеке.