41 цитат Иосифа Александровича Бродский: цитаты про жизня, проверенных временем

Подборка из 41 цитата Иосифа Александровича Бродский: цитаты про жизня: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Невроз и депрессия войдут в ваш лексикон; таблетки — в вашу аптечку.

   Невроз и депрессия войдут в ваш лексикон; таблетки — в вашу аптечку.

   — Иосиф Александрович Бродский
2. «

   Сказать, что ты мертва? Но ты жила лишь сутки. Как много грусти в шутке Творца! едва могу произнести «жила» — единство даты рожденья и когда ты в моей горсти рассыпалась, меня смущает вычесть одно из двух количеств в пределах дня.

   Сказать, что ты мертва? Но ты жила лишь сутки. Как много грусти в шутке Творца! едва могу произнести «жила» — единство даты рожденья и когда ты в моей горсти рассыпалась, меня смущает вычесть одно из двух количеств в пределах дня.

   — Иосиф Александрович Бродский
3. «

   Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна, надевал на себя что сызнова входит в моду, сеял рожь, покрывал черной толью гумна и не пил только сухую воду. Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя, жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок. Позволял своим связкам все звуки, помимо воя; перешел на шепот. Теперь мне сорок. Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной. Только с горем я чувствую солидарность. Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.

   Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна, надевал на себя что сызнова входит в моду, сеял рожь, покрывал черной толью гумна и не пил только сухую воду. Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя, жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок. Позволял своим связкам все звуки, помимо воя; перешел на шепот. Теперь мне сорок. Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной. Только с горем я чувствую солидарность. Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Жить вообще страшно. Вы заметили, чем все это кончается?

   Жить вообще страшно. Вы заметили, чем все это кончается?

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Жизнь, словно крик ворон, бьющий крылом окрестность, поиск скрывшихся мест в милых сердцах с успехом. Жизнь — возвращенье слов, для повторенья местность и на горчайший зов — все же ответ: хоть эхом.

   Жизнь, словно крик ворон, бьющий крылом окрестность, поиск скрывшихся мест в милых сердцах с успехом. Жизнь — возвращенье слов, для повторенья местность и на горчайший зов — все же ответ: хоть эхом.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
6. «

   Мир несовершенен. Золотого века никогда не было и не будет. В свете этого — или, скорее, в потемках — вы должны полагаться на собственную домашнюю стряпню, то есть управлять миром самостоятельно. Но даже в пределах вашего собственного пирога вы должны приготовиться к тому, что вам, по всей вероятности, придется отведать в равной мере и благодарности, и разочарования.

   Мир несовершенен. Золотого века никогда не было и не будет. В свете этого — или, скорее, в потемках — вы должны полагаться на собственную домашнюю стряпню, то есть управлять миром самостоятельно. Но даже в пределах вашего собственного пирога вы должны приготовиться к тому, что вам, по всей вероятности, придется отведать в равной мере и благодарности, и разочарования.

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Звонки, гудки, свистки, дела, в конце всего — погост, и смерть пришла, и жизнь пошла под чей-то длинный хвост.

   Звонки, гудки, свистки, дела, в конце всего — погост, и смерть пришла, и жизнь пошла под чей-то длинный хвост.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
8. «

   Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: «Мы, оглядываясь, видим лишь руины». Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

   Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: «Мы, оглядываясь, видим лишь руины». Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   ...ведь если можно с кем-то жизнь делить, то кто же с нами нашу смерть разделит?

   ...ведь если можно с кем-то жизнь делить, то кто же с нами нашу смерть разделит?

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
10. «

    В отличие от жизни произведение искусства никогда не воспринимается как нечто само собой разумеющееся, его всегда рассматривают на фоне предтеч и предшественников.

    В отличие от жизни произведение искусства никогда не воспринимается как нечто само собой разумеющееся, его всегда рассматривают на фоне предтеч и предшественников.

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    Мало того, что нужно жить, ежемесячно надо еще и платить за это.

    Мало того, что нужно жить, ежемесячно надо еще и платить за это.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
12. «

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
13. «

    Жизнь — так, как она есть, — не борьба между Плохим и Хорошим, но между Плохим и Ужасным. И человеческий выбор на сегодняшний день лежит не между Добром и Злом, а скорее между Злом и Ужасом. Человеческая задача сегодня сводится к тому, чтобы остаться добрым в царстве Зла, а не стать самому его, Зла, носителем.

    Жизнь — так, как она есть, — не борьба между Плохим и Хорошим, но между Плохим и Ужасным. И человеческий выбор на сегодняшний день лежит не между Добром и Злом, а скорее между Злом и Ужасом. Человеческая задача сегодня сводится к тому, чтобы остаться добрым в царстве Зла, а не стать самому его, Зла, носителем.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    Жизнь отвечает не на вопрос: что? — а: что после чего? И перед чем? Это главный принцип. Тогда и становится понятным «что». Иначе не ответишь. Это драматургия. Чёрт знает почему, но этого никто не понимает. Ни холодные люди, ни страстные.

    Жизнь отвечает не на вопрос: что? — а: что после чего? И перед чем? Это главный принцип. Тогда и становится понятным «что». Иначе не ответишь. Это драматургия. Чёрт знает почему, но этого никто не понимает. Ни холодные люди, ни страстные.

    — Иосиф Александрович Бродский
15. «

    Сворачивая шапито, грустно думать о том, что бывшее, скажем, мной, воздух хватая ртом, превратившись в ничто, не сделается волной.

    Сворачивая шапито, грустно думать о том, что бывшее, скажем, мной, воздух хватая ртом, превратившись в ничто, не сделается волной.

    — Иосиф Александрович Бродский
16. «

    Человек размышляет о собственной жизни, как ночь о лампе.

    Человек размышляет о собственной жизни, как ночь о лампе.

    — Иосиф Александрович Бродский
17. «

    Я давно пришёл к выводу, что не превращать свою эмоциональную жизнь в пищу — это добродетель. Работы всегда вдоволь, не говоря о том, что вдоволь внешнего мира.

    Я давно пришёл к выводу, что не превращать свою эмоциональную жизнь в пищу — это добродетель. Работы всегда вдоволь, не говоря о том, что вдоволь внешнего мира.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
18. «

    Твой Новый год по темно-синей волне средь моря городского плывет в тоске необъяснимой, как будто жизнь начнется снова, как будто будет свет и слава, удачный день и вдоволь хлеба, как будто жизнь качнется вправо, качнувшись влево.

    Твой Новый год по темно-синей волне средь моря городского плывет в тоске необъяснимой, как будто жизнь начнется снова, как будто будет свет и слава, удачный день и вдоволь хлеба, как будто жизнь качнется вправо, качнувшись влево.

    — Иосиф Александрович Бродский
19. «

    Чтобы начать другую жизнь, человек обязан разделаться с предыдущей, причем аккуратно.

    Чтобы начать другую жизнь, человек обязан разделаться с предыдущей, причем аккуратно.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
20. «

    Боюсь, что визуальные стороны жизни всегда значили для меня больше, чем ее содержание.

    Боюсь, что визуальные стороны жизни всегда значили для меня больше, чем ее содержание.

    — Иосиф Александрович Бродский