12 лучших фраз Иосифа Александровича Бродский: жизненные цитаты

Иосиф Александрович Бродский: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 12 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Всё, что и мог потерять, утрачено начисто. Но и достиг я начерно всё, чего было достичь назначено.

   Всё, что и мог потерять, утрачено начисто. Но и достиг я начерно всё, чего было достичь назначено.

   — Иосиф Александрович Бродский
2. «

   Ибо всякий ребенок так или иначе повторяет родителей в развитии. Я мог бы сказать, что в конечном счете желаешь узнать от них о своем будущем, о собственном старении; желаешь взять у родителей и последний урок: как умереть. Даже если никаких уроков брать не хочется, знаешь, что учишься у них, хотя бы и невольно. «Неужели я тоже буду так выглядеть, когда состарюсь?... Это сердечное — или другое — недомогание наследственно?»

   Ибо всякий ребенок так или иначе повторяет родителей в развитии. Я мог бы сказать, что в конечном счете желаешь узнать от них о своем будущем, о собственном старении; желаешь взять у родителей и последний урок: как умереть. Даже если никаких уроков брать не хочется, знаешь, что учишься у них, хотя бы и невольно. «Неужели я тоже буду так выглядеть, когда состарюсь?... Это сердечное — или другое — недомогание наследственно?»

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
3. «

   ... Видимо, земля воистину кругла, раз ты приходишь туда, где нету ничего, помимо воспоминаний.

   ... Видимо, земля воистину кругла, раз ты приходишь туда, где нету ничего, помимо воспоминаний.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Ну, политический активизм, ну, перестроить общество, ну хорошо. Если вы хотите, можно выйти в мир и перестроить общество. Но лучше найти одного человека и любить его до конца жизни.

   Ну, политический активизм, ну, перестроить общество, ну хорошо. Если вы хотите, можно выйти в мир и перестроить общество. Но лучше найти одного человека и любить его до конца жизни.

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Все таковы. Да, все слова, стихи, Вы бродите средь нас, как чужаки, Но в то же время близкие друзья: Любить нельзя и умирать нельзя, Но что-нибудь останется от нас, Хотя б любовь, хотя б в последний раз, А, может быть обыденная грусть, А, может быть, одни названья чувств.

   Все таковы. Да, все слова, стихи, Вы бродите средь нас, как чужаки, Но в то же время близкие друзья: Любить нельзя и умирать нельзя, Но что-нибудь останется от нас, Хотя б любовь, хотя б в последний раз, А, может быть обыденная грусть, А, может быть, одни названья чувств.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
6. «

   Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель общества — и подавно. Сначала следует научиться готовить суп, жарить — пусть не ловить — рыбу, делать приличный кофе. В противном случае, нравственные законы пахнут отцовским ремнем или же переводом с немецкого.

   Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель общества — и подавно. Сначала следует научиться готовить суп, жарить — пусть не ловить — рыбу, делать приличный кофе. В противном случае, нравственные законы пахнут отцовским ремнем или же переводом с немецкого.

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Грубо говоря, нас меняет то, что мы любим, иногда до потери собственной индивидуальности.

   Грубо говоря, нас меняет то, что мы любим, иногда до потери собственной индивидуальности.

   — Иосиф Александрович Бродский · книга
8. «

   ...это единственный мир, имеющийся в наличии: альтернативы не существует, а если бы она и существовала, то нет гарантии, что она была бы намного лучше этой.

   ...это единственный мир, имеющийся в наличии: альтернативы не существует, а если бы она и существовала, то нет гарантии, что она была бы намного лучше этой.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   ... Мир останется прежним. Да. Останется прежним, ослепительно снежным и сомнительно нежным. Мир останется лживым. Мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным. И, значит, не будет толка от веры в себя да в Бога. И, значит, остались только Иллюзия и дорога. И быть над землёй закатам. И быть над землёй рассветам...

   ... Мир останется прежним. Да. Останется прежним, ослепительно снежным и сомнительно нежным. Мир останется лживым. Мир останется вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным. И, значит, не будет толка от веры в себя да в Бога. И, значит, остались только Иллюзия и дорога. И быть над землёй закатам. И быть над землёй рассветам...

   — Иосиф Александрович Бродский
10. «

    Я считаю, надо сказать мерси, что противник не атакует.

    Я считаю, надо сказать мерси, что противник не атакует.

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    Человек должен быть к себе требователен, — я считаю. Более-менее, если он может, конечно. И не прятаться там «за» или «в» концепцию или философию. Человек — не сумма того, во что он верит или на что он уповает. Не сумма своих убеждений. Человек — сумма своих поступков…

    Человек должен быть к себе требователен, — я считаю. Более-менее, если он может, конечно. И не прятаться там «за» или «в» концепцию или философию. Человек — не сумма того, во что он верит или на что он уповает. Не сумма своих убеждений. Человек — сумма своих поступков…

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Есть города, в которые нет возврата. Солнце бьется в их окна, как в гладкие зеркала. То есть, в них не проникнешь ни за какое злато. Там всегда протекает река под шестью мостами. Там есть места, где припадал устами тоже к устам и пером к листам. И там рябит от аркад, колоннад, от чугунных пугал; там толпа говорит, осаждая трамвайный угол, на языке человека, который убыл.

    Есть города, в которые нет возврата. Солнце бьется в их окна, как в гладкие зеркала. То есть, в них не проникнешь ни за какое злато. Там всегда протекает река под шестью мостами. Там есть места, где припадал устами тоже к устам и пером к листам. И там рябит от аркад, колоннад, от чугунных пугал; там толпа говорит, осаждая трамвайный угол, на языке человека, который убыл.

    — Иосиф Александрович Бродский