29 фраз Иосифа Александровича Бродский: жизненные цитаты, которые запоминаются

Иосиф Александрович Бродский: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 29 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Впрочем, дело, должно быть, в трусости. В страхе. В технической акта трудности. Это — влиянье грядущей трупности: всякий распад начинается с воли, минимум коей — основа статистики.

   Впрочем, дело, должно быть, в трусости. В страхе. В технической акта трудности. Это — влиянье грядущей трупности: всякий распад начинается с воли, минимум коей — основа статистики.

   — Иосиф Александрович Бродский
2. «

   Я считаю, надо сказать мерси, что противник не атакует.

   Я считаю, надо сказать мерси, что противник не атакует.

   — Иосиф Александрович Бродский
3. «

   Всё, что и мог потерять, утрачено начисто. Но и достиг я начерно всё, чего было достичь назначено.

   Всё, что и мог потерять, утрачено начисто. Но и достиг я начерно всё, чего было достичь назначено.

   — Иосиф Александрович Бродский
4. «

   Человек отличается лишь степенью отчаянья от самого себя.

   Человек отличается лишь степенью отчаянья от самого себя.

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Жаждать чего-то, что имеет кто-то другой, означает утрату собственной уникальности.

   Жаждать чего-то, что имеет кто-то другой, означает утрату собственной уникальности.

   — Иосиф Александрович Бродский
6. «

   В новой жизни мгновенью не говорят «постой»: остановившись, оно быстро идет насмарку.

   В новой жизни мгновенью не говорят «постой»: остановившись, оно быстро идет насмарку.

   — Иосиф Александрович Бродский
7. «

   Ну, политический активизм, ну, перестроить общество, ну хорошо. Если вы хотите, можно выйти в мир и перестроить общество. Но лучше найти одного человека и любить его до конца жизни.

   Ну, политический активизм, ну, перестроить общество, ну хорошо. Если вы хотите, можно выйти в мир и перестроить общество. Но лучше найти одного человека и любить его до конца жизни.

   — Иосиф Александрович Бродский
8. «

   Белые стены комнаты делаются белей от брошенного на них якобы для острастки взгляда, скорей привыкшего не к ширине полей, но к отсутствию в спектре их отрешенной краски.

   Белые стены комнаты делаются белей от брошенного на них якобы для острастки взгляда, скорей привыкшего не к ширине полей, но к отсутствию в спектре их отрешенной краски.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   Истина заключается в том, что истины не существует. Это не освобождает от ответственности, но ровно наоборот: этика — тот же вакуум, заполняемый человеческим поведением, практически постоянно; тот же, если угодно, космос.

   Истина заключается в том, что истины не существует. Это не освобождает от ответственности, но ровно наоборот: этика — тот же вакуум, заполняемый человеческим поведением, практически постоянно; тот же, если угодно, космос.

   — Иосиф Александрович Бродский
10. «

    Человек должен быть к себе требователен, — я считаю. Более-менее, если он может, конечно. И не прятаться там «за» или «в» концепцию или философию. Человек — не сумма того, во что он верит или на что он уповает. Не сумма своих убеждений. Человек — сумма своих поступков…

    Человек должен быть к себе требователен, — я считаю. Более-менее, если он может, конечно. И не прятаться там «за» или «в» концепцию или философию. Человек — не сумма того, во что он верит или на что он уповает. Не сумма своих убеждений. Человек — сумма своих поступков…

    — Иосиф Александрович Бродский
11. «

    Грубо говоря, нас меняет то, что мы любим, иногда до потери собственной индивидуальности.

    Грубо говоря, нас меняет то, что мы любим, иногда до потери собственной индивидуальности.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
12. «

    Что за тихие драмы открываются взору, когда кто-то с кем-то внезапно перестал разговаривать! Какая это школа мимики! Какую бездну чувств может выражать застывший, обиженный позвоночник или ледяной профиль!

    Что за тихие драмы открываются взору, когда кто-то с кем-то внезапно перестал разговаривать! Какая это школа мимики! Какую бездну чувств может выражать застывший, обиженный позвоночник или ледяной профиль!

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
13. «

    Старайтесь быть добрыми к своим родителям. Если вам необходимо бунтовать, бунтуйте против тех, кто не столь легко раним. Родители — слишком близкая мишень; дистанция такова, что вы не можете промахнуться.

    Старайтесь быть добрыми к своим родителям. Если вам необходимо бунтовать, бунтуйте против тех, кто не столь легко раним. Родители — слишком близкая мишень; дистанция такова, что вы не можете промахнуться.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    Вообще, старайтесь уважать жизнь не только за её прелести, но и за её трудности. Они составляют часть игры, и хорошо в них то, что они не являются обманом. Всякий раз, когда вы в отчаянии или на грани отчаяния, когда у вас неприятности или затруднения, помните: это жизнь говорит с вами на единственном хорошо ей известном языке. Иными словами, старайтесь быть немного мазохистами: без привкуса мазохизма смысл жизни неполон.

    Вообще, старайтесь уважать жизнь не только за её прелести, но и за её трудности. Они составляют часть игры, и хорошо в них то, что они не являются обманом. Всякий раз, когда вы в отчаянии или на грани отчаяния, когда у вас неприятности или затруднения, помните: это жизнь говорит с вами на единственном хорошо ей известном языке. Иными словами, старайтесь быть немного мазохистами: без привкуса мазохизма смысл жизни неполон.

    — Иосиф Александрович Бродский
15. «

    Есть города, в которые нет возврата. Солнце бьется в их окна, как в гладкие зеркала. То есть, в них не проникнешь ни за какое злато. Там всегда протекает река под шестью мостами. Там есть места, где припадал устами тоже к устам и пером к листам. И там рябит от аркад, колоннад, от чугунных пугал; там толпа говорит, осаждая трамвайный угол, на языке человека, который убыл.

    Есть города, в которые нет возврата. Солнце бьется в их окна, как в гладкие зеркала. То есть, в них не проникнешь ни за какое злато. Там всегда протекает река под шестью мостами. Там есть места, где припадал устами тоже к устам и пером к листам. И там рябит от аркад, колоннад, от чугунных пугал; там толпа говорит, осаждая трамвайный угол, на языке человека, который убыл.

    — Иосиф Александрович Бродский
16. «

    Все таковы. Да, все слова, стихи, Вы бродите средь нас, как чужаки, Но в то же время близкие друзья: Любить нельзя и умирать нельзя, Но что-нибудь останется от нас, Хотя б любовь, хотя б в последний раз, А, может быть обыденная грусть, А, может быть, одни названья чувств.

    Все таковы. Да, все слова, стихи, Вы бродите средь нас, как чужаки, Но в то же время близкие друзья: Любить нельзя и умирать нельзя, Но что-нибудь останется от нас, Хотя б любовь, хотя б в последний раз, А, может быть обыденная грусть, А, может быть, одни названья чувств.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
17. «

    Дождь, будучи непрерывным – вроде самопознанья. В свою очередь, поезд, которого ты не ждешь на перроне в плаще, приходит без опозданья.

    Дождь, будучи непрерывным – вроде самопознанья. В свою очередь, поезд, которого ты не ждешь на перроне в плаще, приходит без опозданья.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Со стороны творческие способности представляются предметом зависти или восхищения; изнутри — это нескончаемое упражнение в неуверенности и огромная школа сомнений.

    Со стороны творческие способности представляются предметом зависти или восхищения; изнутри — это нескончаемое упражнение в неуверенности и огромная школа сомнений.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
19. «

    Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель общества — и подавно. Сначала следует научиться готовить суп, жарить — пусть не ловить — рыбу, делать приличный кофе. В противном случае, нравственные законы пахнут отцовским ремнем или же переводом с немецкого.

    Изучать философию следует, в лучшем случае, после пятидесяти. Выстраивать модель общества — и подавно. Сначала следует научиться готовить суп, жарить — пусть не ловить — рыбу, делать приличный кофе. В противном случае, нравственные законы пахнут отцовским ремнем или же переводом с немецкого.

    — Иосиф Александрович Бродский
20. «

    Ибо всякий ребенок так или иначе повторяет родителей в развитии. Я мог бы сказать, что в конечном счете желаешь узнать от них о своем будущем, о собственном старении; желаешь взять у родителей и последний урок: как умереть. Даже если никаких уроков брать не хочется, знаешь, что учишься у них, хотя бы и невольно. «Неужели я тоже буду так выглядеть, когда состарюсь?... Это сердечное — или другое — недомогание наследственно?»

    Ибо всякий ребенок так или иначе повторяет родителей в развитии. Я мог бы сказать, что в конечном счете желаешь узнать от них о своем будущем, о собственном старении; желаешь взять у родителей и последний урок: как умереть. Даже если никаких уроков брать не хочется, знаешь, что учишься у них, хотя бы и невольно. «Неужели я тоже буду так выглядеть, когда состарюсь?... Это сердечное — или другое — недомогание наследственно?»

    — Иосиф Александрович Бродский · книга