Иосиф Александрович Бродский: 693 высказываний о главном

Ниже 693 цитаты Иосифа Александровича Бродского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Многие — собственно, все! — в этом, по крайней мере, мире стоят любви...

   Многие — собственно, все! — в этом, по крайней мере, мире стоят любви...
2. «

   ...это единственный мир, имеющийся в наличии: альтернативы не существует, а если бы она и существовала, то нет гарантии, что она была бы намного лучше этой.

   ...это единственный мир, имеющийся в наличии: альтернативы не существует, а если бы она и существовала, то нет гарантии, что она была бы намного лучше этой.
3. «

   Уходить из любви в яркий солнечный день, безвозвратно.

   Уходить из любви в яркий солнечный день, безвозвратно.
4. «

   Во-первых, вы родились, что само по себе половина дела, и вы живёте в демократии — этом доме на полдороге между кошмаром и утопией, — которая чинит меньше препятствий на пути индивидуума, чем её альтернативы.

   Во-первых, вы родились, что само по себе половина дела, и вы живёте в демократии — этом доме на полдороге между кошмаром и утопией, — которая чинит меньше препятствий на пути индивидуума, чем её альтернативы.
5. «

   Природе, паче пустоты, Претят пронырства, суеты И всех она сметет, Коль высший дух грядет.

   Природе, паче пустоты, Претят пронырства, суеты И всех она сметет, Коль высший дух грядет.
6. «

   Предпоследний этаж раньше чувствует тьму, чем окрестный пейзаж; я тебя обниму и закутаю в плащ, потому что в окне дождь — заведомый плач по тебе и по мне.

   Предпоследний этаж раньше чувствует тьму, чем окрестный пейзаж; я тебя обниму и закутаю в плащ, потому что в окне дождь — заведомый плач по тебе и по мне.
7. «

   Слава нормальной температуре! - на десять градусов ниже тела. Слава всему, до чего есть дело. Всему, что еще вам не надоело!

   Слава нормальной температуре! - на десять градусов ниже тела. Слава всему, до чего есть дело. Всему, что еще вам не надоело!
8. «

   Хорошо, что чужие воспоминанья вмешиваются в твои. Хорошо, что некоторые из этих фигур тебе кажутся посторонними. Их присутствие намекает на другие событья, на другой вариант судьбы — возможно, не лучший, но безусловно тобою упущенный.

   Хорошо, что чужие воспоминанья вмешиваются в твои. Хорошо, что некоторые из этих фигур тебе кажутся посторонними. Их присутствие намекает на другие событья, на другой вариант судьбы — возможно, не лучший, но безусловно тобою упущенный.
9. «

   То, что вам приходится наступать кому-то на ноги, не означает, что вы должны стоять на их плечах.

   То, что вам приходится наступать кому-то на ноги, не означает, что вы должны стоять на их плечах.
10. «

    И теперь и в дальнейшем, я думаю, имеет смысл сосредоточиться на точности вашего языка. Старайтесь расширять свой словарь и обращаться с ним так, как вы обращаетесь с вашим банковским счётом. Уделяйте ему много внимания и старайтесь увеличить свои дивиденды. Цель здесь не в том, чтобы способствовать вашему красноречию в спальне или профессиональному успеху — хотя впоследствии возможно и это, — и не в том, чтобы превратить вас в светских умников. Цель в том, чтобы дать вам возможность выразить себя как можно полнее и точнее; одним словом, цель — ваше равновесие. Ибо накопление невыговоренного, невысказанного должным образом может привести к неврозу.

    И теперь и в дальнейшем, я думаю, имеет смысл сосредоточиться на точности вашего языка. Старайтесь расширять свой словарь и обращаться с ним так, как вы обращаетесь с вашим банковским счётом. Уделяйте ему много внимания и старайтесь увеличить свои дивиденды. Цель здесь не в том, чтобы способствовать вашему красноречию в спальне или профессиональному успеху — хотя впоследствии возможно и это, — и не в том, чтобы превратить вас в светских умников. Цель в том, чтобы дать вам возможность выразить себя как можно полнее и точнее; одним словом, цель — ваше равновесие. Ибо накопление невыговоренного, невысказанного должным образом может привести к неврозу.
11. «

    Язык и, думается, литература — вещи более древние, неизбежные, долговечные, чем любая форма общественной организации. Негодование, ирония или безразличие, выражаемое литературой по отношению к государству, есть, по существу, реакция постоянного, лучше сказать — бесконечного, по отношению к временному, ограниченному. По крайней мере, до тех пор пока государство позволяет себе вмешиваться в дела литературы, литература имеет право вмешиваться в дела государства.

    Язык и, думается, литература — вещи более древние, неизбежные, долговечные, чем любая форма общественной организации. Негодование, ирония или безразличие, выражаемое литературой по отношению к государству, есть, по существу, реакция постоянного, лучше сказать — бесконечного, по отношению к временному, ограниченному. По крайней мере, до тех пор пока государство позволяет себе вмешиваться в дела литературы, литература имеет право вмешиваться в дела государства.

    — Нобелевская лекция · книга
12. «

    ... язык, что крыса, копошится в соре, выискивает что-то невзначай.

    ... язык, что крыса, копошится в соре, выискивает что-то невзначай.

    — 20 сонетов к Марии Стюарт · книга
13. «

    Только одной тебе и свойственно, вещь губя, приравниванье к судьбе сжигаемого — себя!

    Только одной тебе и свойственно, вещь губя, приравниванье к судьбе сжигаемого — себя!
14. «

    Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: «Мы, оглядываясь, видим лишь руины». Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

    Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: «Мы, оглядываясь, видим лишь руины». Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.
15. «

    То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.

    То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
16. «

    Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берется. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать в коромысле. Всех скорбящих по индивиду, всех подверженных конъюнктивиту, - всех к той матери по алфавиту: демократия в полном смысле!

    Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берется. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать в коромысле. Всех скорбящих по индивиду, всех подверженных конъюнктивиту, - всех к той матери по алфавиту: демократия в полном смысле!
17. «

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    Всегда помните, что в этом мире нет объятий, которые в конце концов не разомкнутся.

    — Похвала скуке · книга
18. «

    Выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не на основании их политических программ, на земле было бы меньше горя.

    Выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не на основании их политических программ, на земле было бы меньше горя.

    — Нобелевская лекция · книга
19. «

    Как легко нам дышать, оттого что подобно растенью в чьей-то жизни чужой мы становимся светом и тенью...

    Как легко нам дышать, оттого что подобно растенью в чьей-то жизни чужой мы становимся светом и тенью...
20. «

    Жизнь отвечает не на вопрос: что? — а: что после чего? И перед чем? Это главный принцип. Тогда и становится понятным «что». Иначе не ответишь. Это драматургия. Чёрт знает почему, но этого никто не понимает. Ни холодные люди, ни страстные.

    Жизнь отвечает не на вопрос: что? — а: что после чего? И перед чем? Это главный принцип. Тогда и становится понятным «что». Иначе не ответишь. Это драматургия. Чёрт знает почему, но этого никто не понимает. Ни холодные люди, ни страстные.