773 цитаты Иосифа Александровича Бродского — избранное

Ниже 773 цитаты Иосифа Александровича Бродского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все, что мы звали личным, что копили, греша, время, считая лишним, как прибой с голыша, стачивает — то лаской, то посредством резца - чтобы кончить цикладской вещью без черт лица.

   Все, что мы звали личным, что копили, греша, время, считая лишним, как прибой с голыша, стачивает — то лаской, то посредством резца - чтобы кончить цикладской вещью без черт лица.
2. «

   Ибо, смерти помимо, всё, что имеет дело с пространством, — всё заменимо. И особенно тело.

   Ибо, смерти помимо, всё, что имеет дело с пространством, — всё заменимо. И особенно тело.
3. «

   Что хорошего в июле? Жуткая жара. Осы жалятся как пули. Воет мошкара.

   Что хорошего в июле? Жуткая жара. Осы жалятся как пули. Воет мошкара.
4. «

   То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.

   То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом, то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
5. «

   Заморозки на почве и облысенье леса, небо серое цвета кровельного железа. Выходя во двор нечётного октября, ёжась, число округляешь до «ох ты бля». Ты не птица, чтоб улетать отсюда, потому что как в поисках милой всю-то ты проехал вселенную, дальше вроде нет страницы податься в живой природе. Зазимуем же тут, с чёрной обложкой рядом, проницаемой стужей снаружи, отсюда — взглядом, за бугром в чистом поле на штабель слов пером кириллицы наколов.

   Заморозки на почве и облысенье леса, небо серое цвета кровельного железа. Выходя во двор нечётного октября, ёжась, число округляешь до «ох ты бля». Ты не птица, чтоб улетать отсюда, потому что как в поисках милой всю-то ты проехал вселенную, дальше вроде нет страницы податься в живой природе. Зазимуем же тут, с чёрной обложкой рядом, проницаемой стужей снаружи, отсюда — взглядом, за бугром в чистом поле на штабель слов пером кириллицы наколов.
6. «

   Вместе они любили сидеть на склоне холма. Оттуда видны им были церковь, сады, тюрьма. Оттуда они видали заросший травой водоем. Сбросив в песок сандалии, сидели они вдвоем.

   Вместе они любили сидеть на склоне холма. Оттуда видны им были церковь, сады, тюрьма. Оттуда они видали заросший травой водоем. Сбросив в песок сандалии, сидели они вдвоем.
7. «

   ... знаю по своему опыту, что чем меньше информации получает твой мозг, тем сильнее работает воображение.

   ... знаю по своему опыту, что чем меньше информации получает твой мозг, тем сильнее работает воображение.
8. «

   И вечный бой. Покой нам только снится. И пусть ничто не потревожит сны. Седая ночь, и дремлющие птицы качаются от синей тишины. И вечный бой. Атаки на рассвете. И пули, разучившиеся петь, кричали нам, что есть еще Бессмертье... ... А мы хотели просто уцелеть.

   И вечный бой. Покой нам только снится. И пусть ничто не потревожит сны. Седая ночь, и дремлющие птицы качаются от синей тишины. И вечный бой. Атаки на рассвете. И пули, разучившиеся петь, кричали нам, что есть еще Бессмертье... ... А мы хотели просто уцелеть.
9. «

   Когда теряет равновесие Твое сознание усталое, Когда ступеньки этой лестницы Уходят из под ног, Как палуба, Когда плюет на человечество Твое ночное одиночество, —

   Когда теряет равновесие Твое сознание усталое, Когда ступеньки этой лестницы Уходят из под ног, Как палуба, Когда плюет на человечество Твое ночное одиночество, —
10. «

    У каждого свой храм. И каждому свой гроб. Юродствуй, воруй, молись! Будь одинок, как перст!.. ... Словно быкам — хлыст, вечен богам крест.

    У каждого свой храм. И каждому свой гроб. Юродствуй, воруй, молись! Будь одинок, как перст!.. ... Словно быкам — хлыст, вечен богам крест.
11. «

    Человек не должен позволять себе делать предметом разговора то, что как бы намекает на исключительность его существования.

    Человек не должен позволять себе делать предметом разговора то, что как бы намекает на исключительность его существования.
12. «

    Мир несовершенен; Золотого века никогда не было и не будет. Единственное, что произойдёт с миром, — он станет больше, то есть многолюднее, не увеличиваясь в размерах. Сколь бы справедливо человек, которого вы выбрали, ни обещал поделить пирог, он не увеличится в размерах; порции обязательно станут меньше.

    Мир несовершенен; Золотого века никогда не было и не будет. Единственное, что произойдёт с миром, — он станет больше, то есть многолюднее, не увеличиваясь в размерах. Сколь бы справедливо человек, которого вы выбрали, ни обещал поделить пирог, он не увеличится в размерах; порции обязательно станут меньше.
13. «

    Как нас учат книги, друзья, эпоха: завтра не может быть так же плохо, как вчера, и слово сие писати в tempi следует нам passati.

    Как нас учат книги, друзья, эпоха: завтра не может быть так же плохо, как вчера, и слово сие писати в tempi следует нам passati.
14. «

    Да, здесь сгорело тело, существо. Но только ночь угрюмо шепчет в ухо, что этот пепел спрятал дух его, а этот ужас — форма жизни духа.

    Да, здесь сгорело тело, существо. Но только ночь угрюмо шепчет в ухо, что этот пепел спрятал дух его, а этот ужас — форма жизни духа.
15. «

    Все-таки Паунда держали в сумасшедшем доме чуть ли не тринадцать лет. Держать поэта, каких бы убеждений он ни был, в сумасшедшем доме — это ни в какие ворота не лезет. Оден говорил, если великий поэт совершил преступление, поступать, видимо, следует так: сначала дать ему премию, а потом — повесить.

    Все-таки Паунда держали в сумасшедшем доме чуть ли не тринадцать лет. Держать поэта, каких бы убеждений он ни был, в сумасшедшем доме — это ни в какие ворота не лезет. Оден говорил, если великий поэт совершил преступление, поступать, видимо, следует так: сначала дать ему премию, а потом — повесить.
16. «

    Жить просто: надо только понимать, что есть люди, которые лучше тебя. Это очень облегчает жизнь.

    Жить просто: надо только понимать, что есть люди, которые лучше тебя. Это очень облегчает жизнь.
17. «

    Старайтесь быть добрыми к своим родителям. Если вам необходимо бунтовать, бунтуйте против тех, кто не столь легко раним. Родители — слишком близкая мишень; дистанция такова, что вы не можете промахнуться.

    Старайтесь быть добрыми к своим родителям. Если вам необходимо бунтовать, бунтуйте против тех, кто не столь легко раним. Родители — слишком близкая мишень; дистанция такова, что вы не можете промахнуться.
18. «

    Будь у меня сейчас какая-то власть, я заставил бы все «Правды» и «Известия» печатать Пруста, чтобы его мог прочесть каждый. Пруста, а потом еще Музиля — писателя, гениального в своем умении сомневаться. Это было бы куда лучшим воспитанием чувств для страны, чем бесконечные речи, произносимые моими соотечественниками.

    Будь у меня сейчас какая-то власть, я заставил бы все «Правды» и «Известия» печатать Пруста, чтобы его мог прочесть каждый. Пруста, а потом еще Музиля — писателя, гениального в своем умении сомневаться. Это было бы куда лучшим воспитанием чувств для страны, чем бесконечные речи, произносимые моими соотечественниками.
19. «

    Дай же мне сил вселить смятый клочок бумажный в души, чьих тел еще в мире нигде не встретить.

    Дай же мне сил вселить смятый клочок бумажный в души, чьих тел еще в мире нигде не встретить.

    — Прощальная ода · книга
20. «

    Уже темно, и ручку я беру, чтоб записать, что ощущаю вялость, что море было смирным поутру, но к вечеру опять разбушевалось.

    Уже темно, и ручку я беру, чтоб записать, что ощущаю вялость, что море было смирным поутру, но к вечеру опять разбушевалось.