20 цитат Ирвина Уэлш: цитаты про жизня, ставших крылатыми

Ирвин Уэлш: цитаты про жизнь — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

   «Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие. — Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь. Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным. Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.

   — Ирвин Уэлш · книга
2. «

   Вот такая дребедень у меня вместо жизни.

   Вот такая дребедень у меня вместо жизни.

   — Ирвин Уэлш · книга
3. «

   Вот, наше поколение, поколение панков и уродов, — мы не только цвели и пахли, у нас даже хватило мужества разочаровываться в этой жизни.

   Вот, наше поколение, поколение панков и уродов, — мы не только цвели и пахли, у нас даже хватило мужества разочаровываться в этой жизни.

   — Ирвин Уэлш · книга
4. «

   Когда мне частенько бывает хреново, для меня это всегда сигнал, что пора двигаться дальше. Люди годами пытаются понять, почему им хреново, приспособиться к этому. Я же просто выдвигаюсь далее. И — проходит. По кухонной философии, убегая, ты не решаешь проблем, нужно научится переживать это состояние — когда тебе хреново. Я так не считаю. Жизнь — процесс скорее динамический, нежели статический, и, перестав меняться ты погибаешь. Так что я не бегу, я двигаюсь дальше.

   Когда мне частенько бывает хреново, для меня это всегда сигнал, что пора двигаться дальше. Люди годами пытаются понять, почему им хреново, приспособиться к этому. Я же просто выдвигаюсь далее. И — проходит. По кухонной философии, убегая, ты не решаешь проблем, нужно научится переживать это состояние — когда тебе хреново. Я так не считаю. Жизнь — процесс скорее динамический, нежели статический, и, перестав меняться ты погибаешь. Так что я не бегу, я двигаюсь дальше.

   — Ирвин Уэлш
5. «

   Путешествие в ад продолжается!

   Путешествие в ад продолжается!

   — Ирвин Уэлш · книга
6. «

   Когда почти половину жизни тебя окружают смешливые идиоты, начинаешь ценить в людях это спокойное благоразумие.

   Когда почти половину жизни тебя окружают смешливые идиоты, начинаешь ценить в людях это спокойное благоразумие.

   — Ирвин Уэлш · книга
7. «

   На хрен эту жизнь, дайте мне другую, пожалуйста.

   На хрен эту жизнь, дайте мне другую, пожалуйста.

   — Ирвин Уэлш · книга
8. «

   Мне нравилось то, что он чувствовал, что понимает меня; с иллюзией силы надо мной он станет дерзким и потому неосторожным. А я выберу момент и вырву из него сердце.

   Мне нравилось то, что он чувствовал, что понимает меня; с иллюзией силы надо мной он станет дерзким и потому неосторожным. А я выберу момент и вырву из него сердце.

   — Ирвин Уэлш · книга
9. «

   Когда плаваешь вместе с акулами, единственный способ выжить — стать самой акулистой из всех акул.

   Когда плаваешь вместе с акулами, единственный способ выжить — стать самой акулистой из всех акул.

   — Ирвин Уэлш · книга
10. «

    Три команды: женщины, натуралы и голубые. Голубые охотятся за натуралами — этакими клубными вышибалами с громадными бицепсами и храбростью во хмелю. Натуралы охотятся за женщинами, которые балдеют от грациозных, изнеженных гомосеков. Никто не получает того, чего хочет.

    Три команды: женщины, натуралы и голубые. Голубые охотятся за натуралами — этакими клубными вышибалами с громадными бицепсами и храбростью во хмелю. Натуралы охотятся за женщинами, которые балдеют от грациозных, изнеженных гомосеков. Никто не получает того, чего хочет.

    — Ирвин Уэлш · книга
11. «

    Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

    Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

    — Ирвин Уэлш · книга
12. «

    Она попала в этот говённый расклад «мужик-бэбик-дом», который с детства вдалбливают девицам в головы, и у неё не было ни малейшей возможности вырваться из этой тупорылой схемы.

    Она попала в этот говённый расклад «мужик-бэбик-дом», который с детства вдалбливают девицам в головы, и у неё не было ни малейшей возможности вырваться из этой тупорылой схемы.

    — Ирвин Уэлш · книга
13. «

    За всеми этими рассуждениями лежит вера в то, что о суровой реальности неминуемой смерти можно забыть, если больше думать о нынешней реальности, в которой ты еще жив.

    За всеми этими рассуждениями лежит вера в то, что о суровой реальности неминуемой смерти можно забыть, если больше думать о нынешней реальности, в которой ты еще жив.

    — Ирвин Уэлш · книга
14. «

    Любовник или книга? Жизнь или карьера? Люди живут, не задумываясь об этих развилках; кажется, что выбор можно отложить на потом. Но наступает момент, когда откладывать больше нельзя. И ты вдруг понимаешь, что выбор давно сделан, а ты даже не заметил.

    Любовник или книга? Жизнь или карьера? Люди живут, не задумываясь об этих развилках; кажется, что выбор можно отложить на потом. Но наступает момент, когда откладывать больше нельзя. И ты вдруг понимаешь, что выбор давно сделан, а ты даже не заметил.

    — Ирвин Уэлш · книга
15. «

    Люди слишком часто ненавидят себя за невозможность быть тем, кем они не являются и никогда не смогут быть.

    Люди слишком часто ненавидят себя за невозможность быть тем, кем они не являются и никогда не смогут быть.

    — Ирвин Уэлш
16. «

    Наркотики можно употреблять ради подтверждения радости жизни, либо чтобы убежать от ее ужасов.

    Наркотики можно употреблять ради подтверждения радости жизни, либо чтобы убежать от ее ужасов.

    — Ирвин Уэлш · книга
17. «

    Впрочем, что вообще такое — удачно, неудачно? Жизнь коротка, смерть неизбежна, вот и всё, что можно сказать по поводу этого дерьма.

    Впрочем, что вообще такое — удачно, неудачно? Жизнь коротка, смерть неизбежна, вот и всё, что можно сказать по поводу этого дерьма.

    — Ирвин Уэлш · книга
18. «

    Людям с принципами живется нелегко.

    Людям с принципами живется нелегко.

    — Ирвин Уэлш · книга
19. «

    Дорога-то все равно в могилу; только для гордых она короче и ухабистей.

    Дорога-то все равно в могилу; только для гордых она короче и ухабистей.

    — Ирвин Уэлш · книга
20. «

    Жизнь может так быстро измениться, не успеешь оглянуться, и ***ец.

    Жизнь может так быстро измениться, не успеешь оглянуться, и ***ец.

    — Ирвин Уэлш · книга