Я хотел сказать, что когда мы с ней были вместе в наших мыслях, даже если сами при этом были за миллионы миль друг от друга, я был к ней ближе, чем к кому бы то ни было раньше.
— Совсем глаз не видно. Разве ты не знаешь, что глаза являются окнами души? — Вполне возможно, что и так. Но я не хочу, чтобы кто-то заглядывал в меня без спроса.
Какое-то время я не знал, что ей ответить, потому что простого «Я люблю тебя», казалось, будет недостаточно. И эти слова не могли выразить все, что я хотел сказать: как она спасала меня от этого города, от моей жизни, от моего отца. От себя самого. Как три слова могут все это выразить?
... я пытался не разрушить всё окончательно. Пытался удержать на ее губах улыбку. Я понимал, чего ей стоило рассказать мне правду. И не мог отвернуться от нее теперь.