39 цитат Карела Чапека о смысле жизни

Карел Чапек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 39 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вы не должны думать, что развитие, которое привело к возникновению нашей жизни, было единственно возможной формой развития на этой планете.

   Вы не должны думать, что развитие, которое привело к возникновению нашей жизни, было единственно возможной формой развития на этой планете.

   — от лица автора · книга
2. «

   Обычно говорят, что бедняку нечего терять; да ведь как раз наоборот: в любом случае бедняк рискует больше всех, потому что, если он что-то потеряет, так это будет последняя корка хлеба; с коркой хлеба нищего не экспериментируют. <...> И самый ненадежный кров не у богачей, а у бедняков: попробуйте тряхнуть мир, и вы увидите, кого прежде всего засыплет земля.

   Обычно говорят, что бедняку нечего терять; да ведь как раз наоборот: в любом случае бедняк рискует больше всех, потому что, если он что-то потеряет, так это будет последняя корка хлеба; с коркой хлеба нищего не экспериментируют. <...> И самый ненадежный кров не у богачей, а у бедняков: попробуйте тряхнуть мир, и вы увидите, кого прежде всего засыплет земля.
3. «

   Все можно изобразить и фальсифицировать, всюду царит притворство или умысел, только не в случайностях, их видно сразу.

   Все можно изобразить и фальсифицировать, всюду царит притворство или умысел, только не в случайностях, их видно сразу.

   — следователь Матес · книга
4. «

   Я не потерял веры в то, что существуют какие-то моральные и рациональные приметы, по которым человек узнает человека.

   Я не потерял веры в то, что существуют какие-то моральные и рациональные приметы, по которым человек узнает человека.
5. «

   Встаёт вопрос: способен ли человек быть счастливым, и был ли он когда-либо способен на это? Человек — несомненно, как каждое живое существо; но человечество — никогда. Всё несчастье человека в том, что ему предопределено было стать человечеством; или в том, что он стал человечеством слишком поздно, когда он уже непоправимо дифференцировался на нации, расы, веры, сословия и классы, на богатых и бедных, на культурных и некультурных, на поработителей и порабощенных. Сгоните в одно стадо лошадей, волков, овец и кошек, лисиц, медведей и коз; заприте их в одном загоне, заставьте их жить в этом неестественном соединении, которое вы назовете Обществом, и исполнять общие для всех правила жизни; это будет несчастное, недовольное, разобщенное стадо, в котором ни одна божья тварь не будет себя чувствовать на месте. Вот вам вполне точный образ огромного и безнадежно разнородного стада, называемого человечеством.

   Встаёт вопрос: способен ли человек быть счастливым, и был ли он когда-либо способен на это? Человек — несомненно, как каждое живое существо; но человечество — никогда. Всё несчастье человека в том, что ему предопределено было стать человечеством; или в том, что он стал человечеством слишком поздно, когда он уже непоправимо дифференцировался на нации, расы, веры, сословия и классы, на богатых и бедных, на культурных и некультурных, на поработителей и порабощенных. Сгоните в одно стадо лошадей, волков, овец и кошек, лисиц, медведей и коз; заприте их в одном загоне, заставьте их жить в этом неестественном соединении, которое вы назовете Обществом, и исполнять общие для всех правила жизни; это будет несчастное, недовольное, разобщенное стадо, в котором ни одна божья тварь не будет себя чувствовать на месте. Вот вам вполне точный образ огромного и безнадежно разнородного стада, называемого человечеством.

   — Война с саламандрами · книга
6. «

   Напишите о карманнике, судившемся тридцать раз, что он известный карманник-рецидивист, — и он подаст на вас в суд за оскорбление личности, причем вы проиграете это дело, вернее его проиграет ответственный редактор, а кроме того, оно обойдется редакции в кругленькую сумму.

   Напишите о карманнике, судившемся тридцать раз, что он известный карманник-рецидивист, — и он подаст на вас в суд за оскорбление личности, причем вы проиграете это дело, вернее его проиграет ответственный редактор, а кроме того, оно обойдется редакции в кругленькую сумму.

   — Как делается газета · книга
7. «

   Автор — лишний человек в театре, даже в большей степени лишний, чем он сам предполагал. Его работа уже легла на плечи других. Режиссер придумал собственную трактовку и терзается тем, что автор своей пьесой, собственно говоря, мешает ему. Ведь он-то, режиссер, ставит прекрасный спектакль, которому жестоко угрожает автор, врываясь в него со своим непотребным и нелепейшим текстом.

   Автор — лишний человек в театре, даже в большей степени лишний, чем он сам предполагал. Его работа уже легла на плечи других. Режиссер придумал собственную трактовку и терзается тем, что автор своей пьесой, собственно говоря, мешает ему. Ведь он-то, режиссер, ставит прекрасный спектакль, которому жестоко угрожает автор, врываясь в него со своим непотребным и нелепейшим текстом.

   — от лица автора · книга
8. «

   Я буду действовать, а вы будете подыскивать основания для моих действий.

   Я буду действовать, а вы будете подыскивать основания для моих действий.
9. «

   Высказать принципиальную точку зрения — значит что-либо отвергнуть, либо что-то принять, не дав себе труда вникнуть в существо дела. Более того, принципиальная точка зрения тем полноценнее и категоричнее, чем меньше мы о предмете осведомлены.

   Высказать принципиальную точку зрения — значит что-либо отвергнуть, либо что-то принять, не дав себе труда вникнуть в существо дела. Более того, принципиальная точка зрения тем полноценнее и категоричнее, чем меньше мы о предмете осведомлены.
10. «

    Художник прочитывает пьесу, не обращая внимание на прелести слога и композиции. Его интересует, где и какие должны быть двери и какую мебель хочет расставить на сцене автор, чтобы, посоветовавшись с режиссером, все сделать наоборот. Тогда пораженный автор заявляет, что он именно так все себе и представлял. Театр вообще своебразен тем, что там все вещи выглядят иначе, чем сперва предполагалось.

    Художник прочитывает пьесу, не обращая внимание на прелести слога и композиции. Его интересует, где и какие должны быть двери и какую мебель хочет расставить на сцене автор, чтобы, посоветовавшись с режиссером, все сделать наоборот. Тогда пораженный автор заявляет, что он именно так все себе и представлял. Театр вообще своебразен тем, что там все вещи выглядят иначе, чем сперва предполагалось.

    — Как ставится пьеса · книга
11. «

    Разве цивилизация не есть просто-напросто умение пользоваться тем, что придумал кто-то другой!

    Разве цивилизация не есть просто-напросто умение пользоваться тем, что придумал кто-то другой!

    — Война с саламандрами · книга
12. «

    Книга должна создавать читателя.

    Книга должна создавать читателя.
13. «

    Благодаря усилиям государственных деятелей неустойчивая напряженность в мире была сохранена.

    Благодаря усилиям государственных деятелей неустойчивая напряженность в мире была сохранена.
14. «

    В редакции: «Тут вот сообщение, что найдено средство против бубонной чумы. Вы не знаете — наша партия за чуму или против?»

    В редакции: «Тут вот сообщение, что найдено средство против бубонной чумы. Вы не знаете — наша партия за чуму или против?»
15. «

    Как известно, чем более высокое положение занимает человек, тем меньше написано на его дверной дощечке.

    Как известно, чем более высокое положение занимает человек, тем меньше написано на его дверной дощечке.

    — Война с саламандрами · книга
16. «

    В театре все возможно, это дом чудес.

    В театре все возможно, это дом чудес.

    — от лица автора · книга
17. «

    Хороший любовный роман должен быть написан плохо.

    Хороший любовный роман должен быть написан плохо.
18. «

    Националист. «Чёрт с ним, с народом! Нам важен только его престиж».

    Националист. «Чёрт с ним, с народом! Нам важен только его престиж».
19. «

    Каждое чудо должно найти свое объяснение, иначе оно просто невыносимо.

    Каждое чудо должно найти свое объяснение, иначе оно просто невыносимо.
20. «

    Чем сложнее действие, тем проще персонажи.

    Чем сложнее действие, тем проще персонажи.