Карел Чапек — 91 цитата с глубоким смыслом

Карел Чапек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 91 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ни на ком так не заметен бег времени, как на детях.

   Ни на ком так не заметен бег времени, как на детях.

   — Война с саламандрами · книга
2. «

   В последний день перед генеральной репетицией беды обычно сыплются как из мешка. Среди актеров разражается эпидемия гриппа, ангины, воспаления легких, плеврита, аппендицита и других недугов.

   В последний день перед генеральной репетицией беды обычно сыплются как из мешка. Среди актеров разражается эпидемия гриппа, ангины, воспаления легких, плеврита, аппендицита и других недугов.

   — от лица автора · книга
3. «

   Сад никогда не бывает окончательно устроен. В этом отношении он подобен человеческому обществу и всем людским делам.

   Сад никогда не бывает окончательно устроен. В этом отношении он подобен человеческому обществу и всем людским делам.

   — Год садовода · книга
4. «

   Вы всегда хотите иметь в запасе надежду, что кто-нибудь или что-нибудь спасёт вас!

   Вы всегда хотите иметь в запасе надежду, что кто-нибудь или что-нибудь спасёт вас!

   — Война с саламандрами · книга
5. «

   Кое-кто греет руки и на чужом пожарище.

   Кое-кто греет руки и на чужом пожарище.
6. «

   Киносюжет своеобразен тем, что за ним всегда бывает страшная гонка. Сюжет этот никогда не рождается, скажем, в такой обстановке: сидя у камина, один собеседник говорит другому: — Знаете что? Если вам когда-нибудь придет в голову хороший сюжет для фильма, напишите, и мы потолкуем об этом. Это не соответствовало бы специфике кино. Специфика кино повелевает гоняться за киносюжетом сломя голову. Сюжет нужен завтра. Он нужен сию минуту! И нужен в совершенно диком, так сказать, первозданном, состоянии. Если бы сюжет сам, как ягненочек, явился в ателье и сказал: «Вот он я!» — его бы, наверное, изгнали с бранью и криками: — Чего вам тут надо?!

   Киносюжет своеобразен тем, что за ним всегда бывает страшная гонка. Сюжет этот никогда не рождается, скажем, в такой обстановке: сидя у камина, один собеседник говорит другому: — Знаете что? Если вам когда-нибудь придет в голову хороший сюжет для фильма, напишите, и мы потолкуем об этом. Это не соответствовало бы специфике кино. Специфика кино повелевает гоняться за киносюжетом сломя голову. Сюжет нужен завтра. Он нужен сию минуту! И нужен в совершенно диком, так сказать, первозданном, состоянии. Если бы сюжет сам, как ягненочек, явился в ателье и сказал: «Вот он я!» — его бы, наверное, изгнали с бранью и криками: — Чего вам тут надо?!

   — Как делается фильм · книга
7. «

   Безумный, можешь ли ты свешить что-то великое? Неси собственное бремя. А если жаждешь совершить нечто великое, неси еще и чужое. Чем тяжелее бремя, которое ты несешь, тем более велик ты сам. Ничтожный, ты падаешь под собственным бременем? Встань и помоги встать другому.

   Безумный, можешь ли ты свешить что-то великое? Неси собственное бремя. А если жаждешь совершить нечто великое, неси еще и чужое. Чем тяжелее бремя, которое ты несешь, тем более велик ты сам. Ничтожный, ты падаешь под собственным бременем? Встань и помоги встать другому.

   — Иржи · книга
8. «

   Кошка: Мой величайший враг — собака. Собака: Мой — тоже.

   Кошка: Мой величайший враг — собака. Собака: Мой — тоже.
9. «

   Дубина: «А если бы вы знали, какие у меня корни!»

   Дубина: «А если бы вы знали, какие у меня корни!»
10. «

    Если газета назовет кого-нибудь политическим проходимцем и вообще выродком и этот кто-нибудь, вопреки ожиданиям, почувствует, что его честь и доброе имя подверглись публичному поруганию, ответственного редактора вызывают в суд. И он или представит доказательства своей правоты, или скромно заявит, что статьи не читал, не писал и не давал в печать, что по большей части истинная правда.

    Если газета назовет кого-нибудь политическим проходимцем и вообще выродком и этот кто-нибудь, вопреки ожиданиям, почувствует, что его честь и доброе имя подверглись публичному поруганию, ответственного редактора вызывают в суд. И он или представит доказательства своей правоты, или скромно заявит, что статьи не читал, не писал и не давал в печать, что по большей части истинная правда.

    — Как делается газета · книга
11. «

    Кирпич: Я лучше знаю, каким всё должно быть: прямоугольным.

    Кирпич: Я лучше знаю, каким всё должно быть: прямоугольным.
12. «

    Когда-нибудь люди поймут, что никакая победа не стоит того, чтобы ради неё воевать.

    Когда-нибудь люди поймут, что никакая победа не стоит того, чтобы ради неё воевать.
13. «

    В театре все возможно, это дом чудес.

    В театре все возможно, это дом чудес.

    — от лица автора · книга
14. «

    Что такое жестокость? Борьба за жизнь, господа, всегда законна.

    Что такое жестокость? Борьба за жизнь, господа, всегда законна.
15. «

    Мы, матери, никогда никаких войн не вели, сынок. Мы только расплачивались за них своими детьми.

    Мы, матери, никогда никаких войн не вели, сынок. Мы только расплачивались за них своими детьми.

    — Мать · книга
16. «

    Искушенный полемист никогда не бывает побежден. Этим-то и отличается полемика от любого другого вида спорта. Борец на ковре честно признает себя побежденным, но, кажется, ещё ни одна полемика не кончалась словами: «Вашу руку, вы меня убедили».

    Искушенный полемист никогда не бывает побежден. Этим-то и отличается полемика от любого другого вида спорта. Борец на ковре честно признает себя побежденным, но, кажется, ещё ни одна полемика не кончалась словами: «Вашу руку, вы меня убедили».
17. «

    Премьера — это роковой момент, когда драматическое произведение становится реальностью. До самой последней репетиции еще можно было что-то исправлять и спасать. Спектакль был незавершенной работой, миром в становлении, звездой, родившейся из хаоса. Премьера — это выражение отчаянной решимости прдоставить наконец пьесу самой себе.

    Премьера — это роковой момент, когда драматическое произведение становится реальностью. До самой последней репетиции еще можно было что-то исправлять и спасать. Спектакль был незавершенной работой, миром в становлении, звездой, родившейся из хаоса. Премьера — это выражение отчаянной решимости прдоставить наконец пьесу самой себе.

    — от лица автора · книга
18. «

    Есть ли что-нибудь достаточно пагубное, страшное и бессмысленное, чтобы не нашлось интеллигента, который захотел бы с помощью такого средства возродить мир?

    Есть ли что-нибудь достаточно пагубное, страшное и бессмысленное, чтобы не нашлось интеллигента, который захотел бы с помощью такого средства возродить мир?

    — Война с саламандрами · книга
19. «

    — Что вы, женатые, — сказал пан Смитек, — знаете о жизни? Сидите себе дома в шлепанцах, за вечер выпьете кружку пива, а в десять — спокойной ночи, перину на голову и захрапели. И это называется жизнь!

    — Что вы, женатые, — сказал пан Смитек, — знаете о жизни? Сидите себе дома в шлепанцах, за вечер выпьете кружку пива, а в десять — спокойной ночи, перину на голову и захрапели. И это называется жизнь!

    — Прожигатель жизни · книга
20. «

    Насколько мне известно, никто до сих пор не пытался установить, откуда берутся журналисты. Правда, существует институт журналистики, но я еще не встречал журналиста, который вышел бы оттуда. Зато я выяснил, что каждый журналист когда-то был медиком, инженером, юристом, литератором, сотрудником торговой палаты или еще кем-нибудь, но по тем или иным причинам оставил прежнюю профессию.

    Насколько мне известно, никто до сих пор не пытался установить, откуда берутся журналисты. Правда, существует институт журналистики, но я еще не встречал журналиста, который вышел бы оттуда. Зато я выяснил, что каждый журналист когда-то был медиком, инженером, юристом, литератором, сотрудником торговой палаты или еще кем-нибудь, но по тем или иным причинам оставил прежнюю профессию.

    — Как делается газета · книга