82 лучших цитаты — Карл Густав Юнг

Карл Густав Юнг — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 82 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Символы открывают человеку священное и одновременно предохраняют его от непосредственного соприкосновения с колоссальной психической энергией архетипов.

   Символы открывают человеку священное и одновременно предохраняют его от непосредственного соприкосновения с колоссальной психической энергией архетипов.
2. «

   Встреча с самим собой принадлежит к самым неприятным.

   Встреча с самим собой принадлежит к самым неприятным.
3. «

   Самое тяжкое бремя, которое ложится на плечи ребенка, — это непрожитая жизнь его родителей.

   Самое тяжкое бремя, которое ложится на плечи ребенка, — это непрожитая жизнь его родителей.
4. «

   ... проблема приводит нас к одиночеству, где мы лишены отца и матери и покинуты даже природой, где мы вынуждены обращаться к сознанию, и ни к чему другому, кроме него. Мы не можем поступить иначе и должны на место того, что совершалось естественным путем, поставить сознательное решение. Таким образом, любая проблема означает возможность распространения сознания, но вместе с тем также и необходимость распрощаться со всей бессознательной детскостью и естественностью.

   ... проблема приводит нас к одиночеству, где мы лишены отца и матери и покинуты даже природой, где мы вынуждены обращаться к сознанию, и ни к чему другому, кроме него. Мы не можем поступить иначе и должны на место того, что совершалось естественным путем, поставить сознательное решение. Таким образом, любая проблема означает возможность распространения сознания, но вместе с тем также и необходимость распрощаться со всей бессознательной детскостью и естественностью.

   — Проблемы души нашего времени · книга
5. «

   ..коллективное бессознательное является осадком явлений мира, который в конечном счете выражается в структуре мозга и симпатической нервной системы, то в своей совокупности это означает нечто вроде не имеющего времени, так сказать, вечного образа мира, противостоящего нашей сиюминутной сознательной картине мира.

   ..коллективное бессознательное является осадком явлений мира, который в конечном счете выражается в структуре мозга и симпатической нервной системы, то в своей совокупности это означает нечто вроде не имеющего времени, так сказать, вечного образа мира, противостоящего нашей сиюминутной сознательной картине мира.

   — Проблемы души нашего времени · книга
6. «

   В коллективе человек утрачивает корни.

   В коллективе человек утрачивает корни.
7. «

   Но все же, — удивитесь вы, — какой прок от невроза? Чего можно достигнуть с его помощью? Тот, кто сам в окружении своих близких имел ярко выраженные приступы невроза, хорошо знает — чего только не «достигнешь» с его помощью! Нет лучшего средства, чем невроз, для того, чтобы тиранить весь дом. Сердечные приступы, приступы удушья, всевозможные судороги невротического характера оказывают на окружающих огромное воздействие с непревзойденной эффективностью. Потоки сострадания, изливающиеся на страдальца, благородный ужас любяще-озабоченных родителей, беготня туда-назад перепуганной прислуги, шквал телефонных звонков, вызванные на помощь врачи, поставленные тяжелые диагнозы, тщательные обследования, длительное лечение, немалые расходы — и в центре всей этой суматохи возлежит сам невинно страждущий, к которому окружающие еще и преисполнены благодарности за то, что он нашел в себе силы перенести свои «судороги».

   Но все же, — удивитесь вы, — какой прок от невроза? Чего можно достигнуть с его помощью? Тот, кто сам в окружении своих близких имел ярко выраженные приступы невроза, хорошо знает — чего только не «достигнешь» с его помощью! Нет лучшего средства, чем невроз, для того, чтобы тиранить весь дом. Сердечные приступы, приступы удушья, всевозможные судороги невротического характера оказывают на окружающих огромное воздействие с непревзойденной эффективностью. Потоки сострадания, изливающиеся на страдальца, благородный ужас любяще-озабоченных родителей, беготня туда-назад перепуганной прислуги, шквал телефонных звонков, вызванные на помощь врачи, поставленные тяжелые диагнозы, тщательные обследования, длительное лечение, немалые расходы — и в центре всей этой суматохи возлежит сам невинно страждущий, к которому окружающие еще и преисполнены благодарности за то, что он нашел в себе силы перенести свои «судороги».

   — Психология бессознательного · книга
8. «

   Не гениальный и не душевнобольной никогда не сможет настолько выпутаться из включенности в реальность мира, чтобы суметь увидеть этот мир как свой образ.

   Не гениальный и не душевнобольной никогда не сможет настолько выпутаться из включенности в реальность мира, чтобы суметь увидеть этот мир как свой образ.

   — Отношения между Я и бессознательным · книга
9. «

   Но не критике отдельного современника, а будущему судить об истине и заблуждениях в новом открытии. Есть вещи, которые сегодня пока не истинны и, возможно, еще не могут быть истинными, но, думается, завтра станут таковыми.

   Но не критике отдельного современника, а будущему судить об истине и заблуждениях в новом открытии. Есть вещи, которые сегодня пока не истинны и, возможно, еще не могут быть истинными, но, думается, завтра станут таковыми.

   — Психология бессознательного · книга
10. «

    Отсутствие смысла в жизни играет критическую роль в этиологии невроза. В конечном счёте невроз следует понимать как страдание души, не находящей своего смысла... Около трети моих случаев – это страдание не от какого-то клинически определимого невроза, а от бессмысленности и бесцельности собственной жизни.

    Отсутствие смысла в жизни играет критическую роль в этиологии невроза. В конечном счёте невроз следует понимать как страдание души, не находящей своего смысла... Около трети моих случаев – это страдание не от какого-то клинически определимого невроза, а от бессмысленности и бесцельности собственной жизни.
11. «

    Нет более лицемерной шлюхи, чем интеллект, когда он заменяет сердце.

    Нет более лицемерной шлюхи, чем интеллект, когда он заменяет сердце.

    — Красная книга · книга
12. «

    Психологическое правило гласит, что если внутренняя ситуация не осознается, она превращается во внешние события.

    Психологическое правило гласит, что если внутренняя ситуация не осознается, она превращается во внешние события.

    — Эон · книга
13. «

    Эта жизнь и весь мир этот мир представлялись мне тюрьмой. Я никак не мог смириться с тем, что обязан воспринимать это как нечто совершенно нормальное. Я так радовался освобождению, а теперь выходило, что я, как все остальные, буду жить в каком-то ящике.

    Эта жизнь и весь мир этот мир представлялись мне тюрьмой. Я никак не мог смириться с тем, что обязан воспринимать это как нечто совершенно нормальное. Я так радовался освобождению, а теперь выходило, что я, как все остальные, буду жить в каком-то ящике.

    — Воспоминания, сновидения, размышления · книга
14. «

    Смерть, если подойти к ней психологически правильно, есть не конец, а цель, и поэтому человек, перевалив за вершину жизни, начинает жить ради смерти.

    Смерть, если подойти к ней психологически правильно, есть не конец, а цель, и поэтому человек, перевалив за вершину жизни, начинает жить ради смерти.
15. «

    Дети учатся на примере взрослого, а не на его словах.

    Дети учатся на примере взрослого, а не на его словах.
16. «

    Человек — это животное, которое сошло с ума. Из этого безумия есть два выхода: ему необходимо снова стать животным; или же стать большим, чем человек...

    Человек — это животное, которое сошло с ума. Из этого безумия есть два выхода: ему необходимо снова стать животным; или же стать большим, чем человек...
17. «

    Зло, очевидно, может быть представлено как уменьшение, «отъятие» добра; но при такой логике с тем же успехом можно было бы сказать: «температура при арктической зиме, от которой мерзнут наши носы и уши, лишь немного ниже (если говорить в относительном смысле), чем та, что наблюдается при экваториальной жаре. Ведь арктическая температура редко опускается ниже 230 градусов над абсолютным нулем. Все предметы на земле «теплы» в том смысле, что нигде даже приблизительно не достигается абсолютный нуль. Подобным образом, все вещи более или менее «благи», и как холод есть не что иное, как уменьшение тепла, так и зло есть не что иное, как уменьшение добра, его «отъятие». Аргумент privatio boni остается эвфемистическим petltio principii независимо от того, будет ли зло считаться уменьшенным добром или же следствием конечности и ограниченности сотворенных вещей. Ложный вывод следует из предпосылки «Deus = Summum Bonum» (Бог = Высшее Добро (лат.) — прим.пер.), поскольку немыслимо, чтобы высшее благо когда-либо породило зло. Оно просто сотворило добро, а также меньшее добро (последнее миряне называют «худшим») . И, как мы отчаянно мерзнем, невзирая на то, что температура на 230 градусов выше абсолютного нуля, так же есть люди и вещи, которые, хотя и созданы Богом, добры лишь в минимальной степени, а злы — в максимальной. Вероятно, именно указанной тенденции отрицать за злом какую бы то бы было реальность мы обязаны аксиоме «Omne bonum a Deo omne malum ab homine». Здесь выявляется противоречивость той истины, что создатель тепла ответственен также за холод («добро менее добрых»). Мы, конечно, можем признать очевидную правоту Августина в том, что по природе все добры, — однако же, недостаточно добры, чтобы их испорченность не была настолько же очевидна.

    Зло, очевидно, может быть представлено как уменьшение, «отъятие» добра; но при такой логике с тем же успехом можно было бы сказать: «температура при арктической зиме, от которой мерзнут наши носы и уши, лишь немного ниже (если говорить в относительном смысле), чем та, что наблюдается при экваториальной жаре. Ведь арктическая температура редко опускается ниже 230 градусов над абсолютным нулем. Все предметы на земле «теплы» в том смысле, что нигде даже приблизительно не достигается абсолютный нуль. Подобным образом, все вещи более или менее «благи», и как холод есть не что иное, как уменьшение тепла, так и зло есть не что иное, как уменьшение добра, его «отъятие». Аргумент privatio boni остается эвфемистическим petltio principii независимо от того, будет ли зло считаться уменьшенным добром или же следствием конечности и ограниченности сотворенных вещей. Ложный вывод следует из предпосылки «Deus = Summum Bonum» (Бог = Высшее Добро (лат.) — прим.пер.), поскольку немыслимо, чтобы высшее благо когда-либо породило зло. Оно просто сотворило добро, а также меньшее добро (последнее миряне называют «худшим») . И, как мы отчаянно мерзнем, невзирая на то, что температура на 230 градусов выше абсолютного нуля, так же есть люди и вещи, которые, хотя и созданы Богом, добры лишь в минимальной степени, а злы — в максимальной. Вероятно, именно указанной тенденции отрицать за злом какую бы то бы было реальность мы обязаны аксиоме «Omne bonum a Deo omne malum ab homine». Здесь выявляется противоречивость той истины, что создатель тепла ответственен также за холод («добро менее добрых»). Мы, конечно, можем признать очевидную правоту Августина в том, что по природе все добры, — однако же, недостаточно добры, чтобы их испорченность не была настолько же очевидна.

    — Эон: Исследования феноменологии самости · книга
18. «

    Сама по себе жизнь ничего не означает до тех пор, пока не появляется человек, пытающийся истолковать её явления.

    Сама по себе жизнь ничего не означает до тех пор, пока не появляется человек, пытающийся истолковать её явления.
19. «

    Яхве отдает предпочтение раскаявшимся грешникам даже перед праведниками и защищает их от своего правосудия, прикрывая их рукой, либо пряча под своим троном.

    Яхве отдает предпочтение раскаявшимся грешникам даже перед праведниками и защищает их от своего правосудия, прикрывая их рукой, либо пряча под своим троном.

    — Эон · книга
20. «

    Сновидение – маленькая, хорошо спрятанная дверь, которая ведёт в ту изначальную космическую ночь, которой была душа ещё до возникновения сознания.

    Сновидение – маленькая, хорошо спрятанная дверь, которая ведёт в ту изначальную космическую ночь, которой была душа ещё до возникновения сознания.