17 мудрых мыслей Карла Сагана

Карл Саган — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 17 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мне хотелось бы верить, что и после смерти я не утрачу жизнь, что какая-то часть меня — мыслящая, чувствующая, хранящая воспоминания — продолжит существовать.

   Мне хотелось бы верить, что и после смерти я не утрачу жизнь, что какая-то часть меня — мыслящая, чувствующая, хранящая воспоминания — продолжит существовать.

   — Миллиарды и миллиарды. Размышления о жизни и смерти на рубеже тысячелетий · книга
2. «

   Наивные вопросы, занудные вопросы, плохо сформулированные вопросы, вопросы, свидетельствующие о недостатке самокритики... Но каждый вопрос свидетельствует об отчаянном усилии постичь мир. Не бывает «тупых вопросов».

   Наивные вопросы, занудные вопросы, плохо сформулированные вопросы, вопросы, свидетельствующие о недостатке самокритики... Но каждый вопрос свидетельствует об отчаянном усилии постичь мир. Не бывает «тупых вопросов».

   — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
3. «

   Порой ученых попрекают дурными последствиями их открытий, а порой изгоняют как раз за то, что они пытались предупредить об этих последствиях.

   Порой ученых попрекают дурными последствиями их открытий, а порой изгоняют как раз за то, что они пытались предупредить об этих последствиях.

   — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
4. «

   Какое это счастье — понять. Загадочные термины внезапно наполняются смыслом, становится ясно, что к чему, и открываются дивные чудеса.

   Какое это счастье — понять. Загадочные термины внезапно наполняются смыслом, становится ясно, что к чему, и открываются дивные чудеса.

   — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
5. «

   Каждому веку присуще свое особое заблуждение — некий план, мечта или фантазия, за которой все гонятся, побуждаемые либо страстью к новизне, либо потребностью в чуде, или же просто из подражания.

   Каждому веку присуще свое особое заблуждение — некий план, мечта или фантазия, за которой все гонятся, побуждаемые либо страстью к новизне, либо потребностью в чуде, или же просто из подражания.

   — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
6. «

   Где-то между непрошибаемым оптимизмом и неизбывной мрачностью лежит сбалансированное мировосприятие, к которому нужно стремиться.

   Где-то между непрошибаемым оптимизмом и неизбывной мрачностью лежит сбалансированное мировосприятие, к которому нужно стремиться.

   — Миллиарды и миллиарды. Размышления о жизни и смерти на рубеже тысячелетий · книга
7. «

   Земля пока — единственный известный мир, ютящий жизнь. Нашему виду больше некуда переселяться — по крайней мере, в ближайшем будущем. Побывать — да. Поселиться — ещё нет. Нравится вам это или нет, на данный момент Земля — наш дом.

   Земля пока — единственный известный мир, ютящий жизнь. Нашему виду больше некуда переселяться — по крайней мере, в ближайшем будущем. Побывать — да. Поселиться — ещё нет. Нравится вам это или нет, на данный момент Земля — наш дом.
8. «

   При полном контроле над СМИ и полицией, оказывается вполне возможно переписать воспоминания сотен миллионов людей — на это потребуется всего лишь одно поколение.

   При полном контроле над СМИ и полицией, оказывается вполне возможно переписать воспоминания сотен миллионов людей — на это потребуется всего лишь одно поколение.

   — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
9. «

   Некоторые ученые думают, что, когда расширение [Вселенной] сменится сжатием, когда спектры далеких галактик приобретут голубое смещение, произойдет инверсия причинности и следствие станет предшествовать причине.

   Некоторые ученые думают, что, когда расширение [Вселенной] сменится сжатием, когда спектры далеких галактик приобретут голубое смещение, произойдет инверсия причинности и следствие станет предшествовать причине.

   — Космос · книга
10. «

    Наука доставляет истинное наслаждение. Так устроено эволюцией, что мы получаем удовольствие от познания, — познающие выживают с большей вероятностью.

    Наука доставляет истинное наслаждение. Так устроено эволюцией, что мы получаем удовольствие от познания, — познающие выживают с большей вероятностью.

    — Космос · книга
11. «

    С учетом нашей истории даже агрессивные инопланетяне едва ли захотят нападать на Землю. Немного понаблюдав за нами, они скорее предпочтут подождать, пока мы уничтожим себя сами.

    С учетом нашей истории даже агрессивные инопланетяне едва ли захотят нападать на Землю. Немного понаблюдав за нами, они скорее предпочтут подождать, пока мы уничтожим себя сами.

    — Миллиарды и миллиарды. Размышления о жизни и смерти на рубеже тысячелетий · книга
12. «

    К природе наука относится с неизменным уважением, даже с благоговением. Когда мы постигаем мир, мы ликуем, ощущая свое единство, слияние (пусть на миг) с величием космоса.

    К природе наука относится с неизменным уважением, даже с благоговением. Когда мы постигаем мир, мы ликуем, ощущая свое единство, слияние (пусть на миг) с величием космоса.

    — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
13. «

    В книге <...> Дэвид Хаффорд рассказывает о человеке тридцати с небольшим лет, с университетским образованием и успешной карьерой, который вспоминает летние каникулы, которые он проводил в отрочестве в доме своей тети. Однажды ночью он увидел в гавани таинственные движущиеся огни. Затем уснул, а потом со своей постели видел, как по лестнице взбирается белая, ярко горящая фигура. Фигура зашла в его комнату, остановилась и сказала (нет, кульминации не будет): «Это линолеум».

    В книге <...> Дэвид Хаффорд рассказывает о человеке тридцати с небольшим лет, с университетским образованием и успешной карьерой, который вспоминает летние каникулы, которые он проводил в отрочестве в доме своей тети. Однажды ночью он увидел в гавани таинственные движущиеся огни. Затем уснул, а потом со своей постели видел, как по лестнице взбирается белая, ярко горящая фигура. Фигура зашла в его комнату, остановилась и сказала (нет, кульминации не будет): «Это линолеум».

    — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
14. «

    Когда я немного подрос, родители выдали мне первую библиотечную карточку. Кажется, библиотека находилась на 85-й улице, на чужой земле. Я сразу попросил у библиотекаря что-нибудь о звездах. Она принесла альбом фотографий мужчин и женщин с именами вроде Кларк Гейбл и Джин Харлоу. Я выразил недовольство, и она, улыбнувшись (по причине мне тогда непонятной), нашла другую, правильную книгу.

    Когда я немного подрос, родители выдали мне первую библиотечную карточку. Кажется, библиотека находилась на 85-й улице, на чужой земле. Я сразу попросил у библиотекаря что-нибудь о звездах. Она принесла альбом фотографий мужчин и женщин с именами вроде Кларк Гейбл и Джин Харлоу. Я выразил недовольство, и она, улыбнувшись (по причине мне тогда непонятной), нашла другую, правильную книгу.

    — Космос · книга
15. «

    Открытый ум — это прекрасно, однако следите, чтобы оттуда все не выпало, как советовал космический инженер Джеймс Оберг. Мы должны быть готовы изменить свои представления перед лицом новым убедительных данных, но пусть уж данные и вправду будут убедительными.

    Открытый ум — это прекрасно, однако следите, чтобы оттуда все не выпало, как советовал космический инженер Джеймс Оберг. Мы должны быть готовы изменить свои представления перед лицом новым убедительных данных, но пусть уж данные и вправду будут убедительными.

    — Мир, полный демонов. Наука — как свеча во тьме · книга
16. «

    Книги — это доказательство того, что люди способны творить магию.

    Книги — это доказательство того, что люди способны творить магию.
17. «

    Когда вокруг столько цинизма, огромное облегчение видеть, каким упорным бывает добро.

    Когда вокруг столько цинизма, огромное облегчение видеть, каким упорным бывает добро.

    — Миллиарды и миллиарды. Размышления о жизни и смерти на рубеже тысячелетий · книга