Что говорил Карлос Кастанеда: 127 цитат

Подборка из 127 цитат Карлоса Кастанеды: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Намерение воина сильнее любых препятствий.

   Намерение воина сильнее любых препятствий.
2. «

   Мир не измерим. Как и мы, как и каждое существо, которое есть в этом мире.

   Мир не измерим. Как и мы, как и каждое существо, которое есть в этом мире.

   — Сказки о силе · книга
3. «

   Глупо верить в то, что мир именно таков, каким считаешь его ты.

   Глупо верить в то, что мир именно таков, каким считаешь его ты.

   — Дон Хуан · книга
4. «

   То, что ты делаешь в данный момент, вполне может оказаться твоим последним поступком на земле. В мире нет силы, которая могла бы гарантировать тебе, что ты проживёшь ещё хотя бы минуту.

   То, что ты делаешь в данный момент, вполне может оказаться твоим последним поступком на земле. В мире нет силы, которая могла бы гарантировать тебе, что ты проживёшь ещё хотя бы минуту.

   — Путешествие в Икстлан · книга
5. «

   Самая трудная вещь в мире для воина — предоставить других самим себе.

   Самая трудная вещь в мире для воина — предоставить других самим себе.

   — Второе кольцо силы · книга
6. «

   …человек приблизится к концу учения и совершенно неожиданно встретится с последним своим врагом — старостью. Это самый жестокий из врагов, победить которого невозможно, но можно отогнать. И вот наступает пора, когда человек избавился от страха, преодолел ясность, подчинил силу, но его одолевает неотступное желание отдохнуть. Если он поддастся этому желанию лечь и забыться, если усталость убаюкает его, то он проиграет последнюю схватку — четвертый враг его повергнет. Желание отдохнуть пересилит всю ясность, все могущество, все знание. Но если человек сумеет преодолеть усталость и пройдет свой путь до конца — тогда он станет человеком знания хотя бы на то краткое мгновение, когда ему удастся отогнать последнего, непобедимого врага. Этого мгновения ясности, силы и знания — достаточно.

   …человек приблизится к концу учения и совершенно неожиданно встретится с последним своим врагом — старостью. Это самый жестокий из врагов, победить которого невозможно, но можно отогнать. И вот наступает пора, когда человек избавился от страха, преодолел ясность, подчинил силу, но его одолевает неотступное желание отдохнуть. Если он поддастся этому желанию лечь и забыться, если усталость убаюкает его, то он проиграет последнюю схватку — четвертый враг его повергнет. Желание отдохнуть пересилит всю ясность, все могущество, все знание. Но если человек сумеет преодолеть усталость и пройдет свой путь до конца — тогда он станет человеком знания хотя бы на то краткое мгновение, когда ему удастся отогнать последнего, непобедимого врага. Этого мгновения ясности, силы и знания — достаточно.

   — Учение дона Хуана · книга
7. «

   Нет возврата к тому, от чего ушёл.

   Нет возврата к тому, от чего ушёл.

   — Отдельная реальность · книга
8. «

   — Разве это так ужасно быть боязливым человеком? — Нет. Это не так, если ты бессмертен. Но если ты собираешься умереть, то у тебя нет времени для того, чтобы быть боязливым просто потому, что твоя боязливость заставляет тебя хвататься за что-либо такое, что существует только в твоих мыслях. Это убаюкивает тебя в то время, как все вокруг спит. Но затем страшный и волшебный мир разинет на тебя свой рот, как он откроет его на каждого из нас. И тогда ты поймешь, что твои проверенные пути совсем не являются проверенными. Быть боязливым не дает нам рассмотреть и использовать нашу судьбу, как судьбу людей.

   — Разве это так ужасно быть боязливым человеком? — Нет. Это не так, если ты бессмертен. Но если ты собираешься умереть, то у тебя нет времени для того, чтобы быть боязливым просто потому, что твоя боязливость заставляет тебя хвататься за что-либо такое, что существует только в твоих мыслях. Это убаюкивает тебя в то время, как все вокруг спит. Но затем страшный и волшебный мир разинет на тебя свой рот, как он откроет его на каждого из нас. И тогда ты поймешь, что твои проверенные пути совсем не являются проверенными. Быть боязливым не дает нам рассмотреть и использовать нашу судьбу, как судьбу людей.

   — Дон Хуан · книга
9. «

   У человека есть четыре врага: это страх, ясность, сила и старость. Страх, ясность и сила могут быть побеждены, но не старость. Это самый жестокий враг, которого нельзя победить, можно лишь оттянуть свое поражение.

   У человека есть четыре врага: это страх, ясность, сила и старость. Страх, ясность и сила могут быть побеждены, но не старость. Это самый жестокий враг, которого нельзя победить, можно лишь оттянуть свое поражение.

   — Колесо Времени · книга
10. «

    Чтобы осознать реальность, привычную для другого, вначале необходимо освободиться от собственной реальности; но человеку совсем не просто избавиться от привычной картины мира, эту привычку необходимо сломать силой.

    Чтобы осознать реальность, привычную для другого, вначале необходимо освободиться от собственной реальности; но человеку совсем не просто избавиться от привычной картины мира, эту привычку необходимо сломать силой.
11. «

    Именно внутренний диалог прижимает к земле людей в повседневной жизни. Мир для нас такой-то и такой-то или этакий и этакий лишь потому, что мы сами себе говорим о нем, что он такой-то и такой-то или этакий и этакий.

    Именно внутренний диалог прижимает к земле людей в повседневной жизни. Мир для нас такой-то и такой-то или этакий и этакий лишь потому, что мы сами себе говорим о нем, что он такой-то и такой-то или этакий и этакий.

    — Сказки о силе · книга
12. «

    Жизнь — это процесс, посредством которого смерть бросает нам вызов, — сказал он. Смерть является действующей силой, жизнь — арена действий.

    Жизнь — это процесс, посредством которого смерть бросает нам вызов, — сказал он. Смерть является действующей силой, жизнь — арена действий.

    — Сила безмолвия · книга
13. «

    Безупречность — это делать лучшее, что можешь, во всем, во что ты вовлечен.

    Безупречность — это делать лучшее, что можешь, во всем, во что ты вовлечен.

    — Сказки о силе · книга
14. «

    Все лучшее, что ты сделаешь в своей жизни, будет сделано в конце дня. Очевидно, тебе не по нраву юное сияние раннего света. Путешествия по утрам тебя не привлекают. Но умирающее солнце — старое, желтое и спелое — твое. Ты не любишь жару, ты любишь сияние. И поэтому твой последний танец будет совершен на этой вершине в конце дня. И в танце этом будет твой рассказ о борьбе, о битвах, в которых ты победил, и о тех, которые проиграл, о тех радостях и том смятении, которое ты испытал, сталкиваясь с личной силой. Твой танец поведает о тех секретах и чудесах, которые ты накопил, и твоя смерть будет сидеть здесь и смотреть на тебя. Так же, как сегодня, умирающее солнце осветит тебя, но не обожжет. Будет дуть мягкий приятный ветер, и вершина холма задрожит. А когда танец твой подойдет к концу, ты посмотришь на солнце, посмотришь в последний раз, потому что больше ты не увидишь его никогда — ни наяву, ни в сновидении. А потом смерть укажет на юг. В безбрежность.

    Все лучшее, что ты сделаешь в своей жизни, будет сделано в конце дня. Очевидно, тебе не по нраву юное сияние раннего света. Путешествия по утрам тебя не привлекают. Но умирающее солнце — старое, желтое и спелое — твое. Ты не любишь жару, ты любишь сияние. И поэтому твой последний танец будет совершен на этой вершине в конце дня. И в танце этом будет твой рассказ о борьбе, о битвах, в которых ты победил, и о тех, которые проиграл, о тех радостях и том смятении, которое ты испытал, сталкиваясь с личной силой. Твой танец поведает о тех секретах и чудесах, которые ты накопил, и твоя смерть будет сидеть здесь и смотреть на тебя. Так же, как сегодня, умирающее солнце осветит тебя, но не обожжет. Будет дуть мягкий приятный ветер, и вершина холма задрожит. А когда танец твой подойдет к концу, ты посмотришь на солнце, посмотришь в последний раз, потому что больше ты не увидишь его никогда — ни наяву, ни в сновидении. А потом смерть укажет на юг. В безбрежность.

    — Дон Хуан · книга
15. «

    Обучение посредством разговоров не только пустая трата времени, но и редкая глупость.

    Обучение посредством разговоров не только пустая трата времени, но и редкая глупость.

    — Дон Хуан · книга
16. «

    ... А вовсе не обязательно что-нибудь «делать», чтобы понравиться или не понравиться. Он либо принимает тебя, либо сметает прочь.

    ... А вовсе не обязательно что-нибудь «делать», чтобы понравиться или не понравиться. Он либо принимает тебя, либо сметает прочь.

    — Дон Хуан · книга
17. «

    Единственный по-настоящему мудрый советчик, который у нас есть, — это смерть. Каждый раз, когда ты чувствуешь — как это часто с тобой бывает, — что всё складывается из рук вон плохо и ты на грани полного краха, повернись налево и спроси у смерти, так ли это. И твоя смерть ответит, что ты ошибаешься и что кроме её прикосновения нет ничего, что действительно имело бы значение. Твоя смерть скажет: «Но я же ещё не коснулась тебя!»

    Единственный по-настоящему мудрый советчик, который у нас есть, — это смерть. Каждый раз, когда ты чувствуешь — как это часто с тобой бывает, — что всё складывается из рук вон плохо и ты на грани полного краха, повернись налево и спроси у смерти, так ли это. И твоя смерть ответит, что ты ошибаешься и что кроме её прикосновения нет ничего, что действительно имело бы значение. Твоя смерть скажет: «Но я же ещё не коснулась тебя!»

    — Дон Хуан · книга
18. «

    Сила зависит от знания, которым ты владеешь. Какой смысл знать то, что бесполезно?

    Сила зависит от знания, которым ты владеешь. Какой смысл знать то, что бесполезно?

    — Дон Хуан · книга
19. «

    — Если бы вы собрались резюмировать учение дона Хуана или отметить, возможно, самое важное из учения — что бы это было? — Самое важное для меня, во что я мог бы вложить все, что имею из того, что дон Хуан раскрыл — это предпосылка, которая состоит в потере личной важности; это чувство самовлюбленности, чувство собственного достоинства, которое нам завещали наши предки — идея того, что личное Я столь ценно.

    — Если бы вы собрались резюмировать учение дона Хуана или отметить, возможно, самое важное из учения — что бы это было? — Самое важное для меня, во что я мог бы вложить все, что имею из того, что дон Хуан раскрыл — это предпосылка, которая состоит в потере личной важности; это чувство самовлюбленности, чувство собственного достоинства, которое нам завещали наши предки — идея того, что личное Я столь ценно.
20. «

    Мои поступки всегда искренни. И всё же они — не более чем актёрская игра.

    Мои поступки всегда искренни. И всё же они — не более чем актёрская игра.

    — Отдельная реальность · книга