132 цитаты Карлоса Кастанеды про любовь, время и выбор

Подборка из 132 цитаты Карлоса Кастанеды: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Смерть — наш вечный попутчик, — сказал Дон Хуан предельно серьезным тоном. — Она всегда находится слева от нас на расстоянии вытянутой руки. Когда ты ждал, глядя на белого сокола, она наблюдала за тобой и что то шепнула тебе на ухо, и ты ощутил ее холод, так же как ощутил его сегодня. Она всегда за тобой наблюдала. И будет наблюдать, пока не настанет день, когда она похлопает тебя по плечу.

   — Смерть — наш вечный попутчик, — сказал Дон Хуан предельно серьезным тоном. — Она всегда находится слева от нас на расстоянии вытянутой руки. Когда ты ждал, глядя на белого сокола, она наблюдала за тобой и что то шепнула тебе на ухо, и ты ощутил ее холод, так же как ощутил его сегодня. Она всегда за тобой наблюдала. И будет наблюдать, пока не настанет день, когда она похлопает тебя по плечу.

   — Дон Хуан · книга
2. «

   Всё очень просто: один и тот же лист падает снова и снова. Но тебе этого мало, тебе нужно ещё понять: как зачем и почему. А здесь и понимать нечего, да и всё равно не понять.

   Всё очень просто: один и тот же лист падает снова и снова. Но тебе этого мало, тебе нужно ещё понять: как зачем и почему. А здесь и понимать нечего, да и всё равно не понять.

   — Отдельная реальность · книга
3. «

   У человека есть тёмная сторона, и её называют глупостью.

   У человека есть тёмная сторона, и её называют глупостью.

   — Дон Хуан · книга
4. «

   Любому, кто приступает к учению, приходится выкладываться настолько, насколько он способен, и границы обучения определяются собственными возможностями ученика. Именно поэтому разговоры на тему обучения лишены всякого смысла. Страхи перед знанием — дело обычное; все мы им подвержены, и тут ничего не поделаешь. Однако каким бы устрашающим ни было учение, еще страшней представить себе человека, у которого нет знания.

   Любому, кто приступает к учению, приходится выкладываться настолько, насколько он способен, и границы обучения определяются собственными возможностями ученика. Именно поэтому разговоры на тему обучения лишены всякого смысла. Страхи перед знанием — дело обычное; все мы им подвержены, и тут ничего не поделаешь. Однако каким бы устрашающим ни было учение, еще страшней представить себе человека, у которого нет знания.

   — Учение дона Хуана · книга
5. «

   Когда человек начинает учиться, он никогда не имеет четкого представления о препятствиях. Его цель расплывчата, его намерение неустойчиво. Он ожидает вознаграждения, которого никогда не получит, потому что еще не подозревает о предстоящих испытаниях. Постепенно он начинает учиться — сначала понемногу, потом все успешней. И вскоре он приходит в смятение. То, что он узнает, никогда не совпадает с тем, что он себе рисовал, и его охватывает страх. Учение оказывается всегда не тем, чего от него ожидают.

   Когда человек начинает учиться, он никогда не имеет четкого представления о препятствиях. Его цель расплывчата, его намерение неустойчиво. Он ожидает вознаграждения, которого никогда не получит, потому что еще не подозревает о предстоящих испытаниях. Постепенно он начинает учиться — сначала понемногу, потом все успешней. И вскоре он приходит в смятение. То, что он узнает, никогда не совпадает с тем, что он себе рисовал, и его охватывает страх. Учение оказывается всегда не тем, чего от него ожидают.

   — Учение дона Хуана · книга
6. «

   Чем больше окружающие знают, что из себя вы представляете и что от вас следует ожидать, тем сильнее это ограничивает вашу свободу.

   Чем больше окружающие знают, что из себя вы представляете и что от вас следует ожидать, тем сильнее это ограничивает вашу свободу.
7. «

   Тот, кто однажды преодолел страх, свободен от него до конца своей жизни: ты обретаешь ясность мысли, и страху не остается места. С этого времени ты знаешь, чего ты хочешь, и знаешь, как этого добиться. Ты предвидишь, что нового даст тебе учение, все на свете ты воспринимаешь кристально ясно — ничто от тебя не сокрыто. И тогда ты встречаешь своего второго врага — ясность. Ясность мысли, достигнутая с таким трудом, изгоняет страх; и она же ослепляет. Ясность не позволяет человеку сомневаться в себе. Она убеждает его, что он может делать все что вздумается, поскольку все видит насквозь. Человек обретает отвагу, потому что ясно видит, и ни перед чем не останавливается, потому что видит ясно. Но все это — заблуждение и скрытое несовершенство. Если человек доверится этому мнимому могуществу, значит, второй враг его победил и учение не пойдет ему на пользу. Он будет спешить, когда нужно выжидать, и медлить, когда следует торопиться. Он будет топтаться на одном месте до тех пор, пока вообще не утратит всякую способность учиться. <…> Ты должен сопротивляться ясности, используя ее лишь для того, чтобы видеть. Ты обязан терпеливо выжидать и тщательно все взвешивать, прежде чем сделать очередной шаг. А главное — понять, что твоя ясность близка к заблуждению, что никакая это не ясность, а шоры на глазах! Только осознав это, ты одолеешь своего второго врага и достигнешь такого состояния, когда уже никто и ничто не причинит тебе вреда. И это будет не заблуждение, не шоры на глазах, а подлинная сила.

   Тот, кто однажды преодолел страх, свободен от него до конца своей жизни: ты обретаешь ясность мысли, и страху не остается места. С этого времени ты знаешь, чего ты хочешь, и знаешь, как этого добиться. Ты предвидишь, что нового даст тебе учение, все на свете ты воспринимаешь кристально ясно — ничто от тебя не сокрыто. И тогда ты встречаешь своего второго врага — ясность. Ясность мысли, достигнутая с таким трудом, изгоняет страх; и она же ослепляет. Ясность не позволяет человеку сомневаться в себе. Она убеждает его, что он может делать все что вздумается, поскольку все видит насквозь. Человек обретает отвагу, потому что ясно видит, и ни перед чем не останавливается, потому что видит ясно. Но все это — заблуждение и скрытое несовершенство. Если человек доверится этому мнимому могуществу, значит, второй враг его победил и учение не пойдет ему на пользу. Он будет спешить, когда нужно выжидать, и медлить, когда следует торопиться. Он будет топтаться на одном месте до тех пор, пока вообще не утратит всякую способность учиться. <…> Ты должен сопротивляться ясности, используя ее лишь для того, чтобы видеть. Ты обязан терпеливо выжидать и тщательно все взвешивать, прежде чем сделать очередной шаг. А главное — понять, что твоя ясность близка к заблуждению, что никакая это не ясность, а шоры на глазах! Только осознав это, ты одолеешь своего второго врага и достигнешь такого состояния, когда уже никто и ничто не причинит тебе вреда. И это будет не заблуждение, не шоры на глазах, а подлинная сила.

   — Учение дона Хуана · книга
8. «

   Развлечения, придуманные людьми, как бы они при этом не изощрялись, — всего лишь жалкие потуги забыться, не выходя за пределы прочного круга — питаться, чтобы жить, и жить, чтобы питаться...

   Развлечения, придуманные людьми, как бы они при этом не изощрялись, — всего лишь жалкие потуги забыться, не выходя за пределы прочного круга — питаться, чтобы жить, и жить, чтобы питаться...

   — Отдельная реальность · книга
9. «

   Мои поступки всегда искренни. И всё же они — не более чем актёрская игра.

   Мои поступки всегда искренни. И всё же они — не более чем актёрская игра.

   — Отдельная реальность · книга
10. «

    Человек побежден только тогда, когда он оставляет всякие попытки и отказывается от себя.

    Человек побежден только тогда, когда он оставляет всякие попытки и отказывается от себя.

    — Учение дона Хуана · книга
11. «

    Без пути мы — ничто...

    Без пути мы — ничто...

    — Учение дона Хуана · книга
12. «

    Когда мы видим мир глазами любви, он открывает нам свои лучшие стороны.

    Когда мы видим мир глазами любви, он открывает нам свои лучшие стороны.
13. «

    Как правило... околдованного человека, у которого утащили душу, может поймать шум ручья или реки и унести его к смерти.

    Как правило... околдованного человека, у которого утащили душу, может поймать шум ручья или реки и унести его к смерти.

    — Дон Хуан · книга
14. «

    Пять условий для одинокой птицы: Первое: до высшей точки она долетает; Второе: по компании она не страдает, даже таких птиц, как она; Третье: клюв ее направлен в небо; Четвертое: нет у ней окраски определенной; Пятое: и поет она очень тихо.

    Пять условий для одинокой птицы: Первое: до высшей точки она долетает; Второе: по компании она не страдает, даже таких птиц, как она; Третье: клюв ее направлен в небо; Четвертое: нет у ней окраски определенной; Пятое: и поет она очень тихо.

    — Сказки о силе · книга
15. «

    Мир не измерим. Как и мы, как и каждое существо, которое есть в этом мире.

    Мир не измерим. Как и мы, как и каждое существо, которое есть в этом мире.

    — Сказки о силе · книга
16. «

    Обучение посредством разговоров не только пустая трата времени, но и редкая глупость.

    Обучение посредством разговоров не только пустая трата времени, но и редкая глупость.

    — Дон Хуан · книга
17. «

    Мы так же таинственны и так же ужасны, как этот непостижимый мир. И кто может с уверенностью сказать, на что ты способен, а на что — нет?

    Мы так же таинственны и так же ужасны, как этот непостижимый мир. И кто может с уверенностью сказать, на что ты способен, а на что — нет?

    — Дон Хуан · книга
18. «

    Я впервые в жизни осознал, что глаза-это единственное в человеческом теле, по чему можно сразу же наверняка узнать-жив человек или нет.

    Я впервые в жизни осознал, что глаза-это единственное в человеческом теле, по чему можно сразу же наверняка узнать-жив человек или нет.

    — Учение дона Хуана · книга
19. «

    Нет конца тайне, имя которой — человек, ровно как и тайне, имя которой — мир.

    Нет конца тайне, имя которой — человек, ровно как и тайне, имя которой — мир.

    — Огонь изнутри (Внутренний огонь) · книга
20. «

    Быть недостижимым — значит бережно прикасаться к окружающему миру. Съесть не пять перепелов, а одного. Не калечить растения лишь для того, чтобы сделать жаровню. Не подставляться без необходимости силе ветра. Не пользоваться людьми, не выжимать из них все до последней капли, особенно из тех, кого любишь.

    Быть недостижимым — значит бережно прикасаться к окружающему миру. Съесть не пять перепелов, а одного. Не калечить растения лишь для того, чтобы сделать жаровню. Не подставляться без необходимости силе ветра. Не пользоваться людьми, не выжимать из них все до последней капли, особенно из тех, кого любишь.

    — Путешествие в Икстлан · книга