33 фразы Кассандры Клэр: красивые цитаты для статуса

Кассандра Клэр: красивые цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 33 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Быть вместе. Иначе — никак. Иначе нельзя находиться рядом, даже в одной комнате. Я не выдержу. Лучше будь мне братом, чем вообще никем... — Буду пассивно смотреть, как ты встречаешься с другими парнями, влюбляешься, выходишь замуж?... — Голос Джейса звучал натянуто. — Буду умирать понемногу каждый день?

   — Быть вместе. Иначе — никак. Иначе нельзя находиться рядом, даже в одной комнате. Я не выдержу. Лучше будь мне братом, чем вообще никем... — Буду пассивно смотреть, как ты встречаешься с другими парнями, влюбляешься, выходишь замуж?... — Голос Джейса звучал натянуто. — Буду умирать понемногу каждый день?

   — Кассандра Клэр · книга
2. «

   Кто мы друг для друга. Это как будто часть моей души навсегда пропала, но это часть внутри тебя, Клэри. Я помню, как ты сказала, что существует Бог или нет, мы сами творим свою судьбу. Но когда я с тобой, я точно не Бог.

   Кто мы друг для друга. Это как будто часть моей души навсегда пропала, но это часть внутри тебя, Клэри. Я помню, как ты сказала, что существует Бог или нет, мы сами творим свою судьбу. Но когда я с тобой, я точно не Бог.

   — Кассандра Клэр · книга
3. «

   Ты бы сделала все, чтобы спасти его, независимо от того, чего тебе это будет стоить, независимо от того, что ты можешь задолжать Аду или Небесам, не правда ли?

   Ты бы сделала все, чтобы спасти его, независимо от того, чего тебе это будет стоить, независимо от того, что ты можешь задолжать Аду или Небесам, не правда ли?

   — Кассандра Клэр · книга
4. «

   Мне открылась природа чувства — чувства, что ты частичка меня, которую я однажды утратил и не знал о ней, пока вновь не обрел.

   Мне открылась природа чувства — чувства, что ты частичка меня, которую я однажды утратил и не знал о ней, пока вновь не обрел.

   — Кассандра Клэр · книга
5. «

   Как легко она оказывается в своем воображении, как легко она может отгородить себя стеной, уйдя в иллюзорные миры, от проклятий и принцев, судьбы и магии. Когда-то он был способен делать то же самое — быть в воображаемом мире так захватывающе из-за чувства безопасности — потому что мир был воображаемым. Сейчас, когда реальное и вымышленное столкнулись, он задавался вопросом, хотела ли она, как и он, вернуться назад, в нормальное прошлое. Он задавался вопросом, была ли нормальность чем-то подобным видению или тишине, тем, что ты не ценишь, пока не потеряешь.

   Как легко она оказывается в своем воображении, как легко она может отгородить себя стеной, уйдя в иллюзорные миры, от проклятий и принцев, судьбы и магии. Когда-то он был способен делать то же самое — быть в воображаемом мире так захватывающе из-за чувства безопасности — потому что мир был воображаемым. Сейчас, когда реальное и вымышленное столкнулись, он задавался вопросом, хотела ли она, как и он, вернуться назад, в нормальное прошлое. Он задавался вопросом, была ли нормальность чем-то подобным видению или тишине, тем, что ты не ценишь, пока не потеряешь.

   — Кассандра Клэр · книга
6. «

   Я лишь хочу лечь с тобой и проснуться в одной постели. Хотя бы раз в жизни.

   Я лишь хочу лечь с тобой и проснуться в одной постели. Хотя бы раз в жизни.

   — Кассандра Клэр · книга
7. «

   Мы скрываем это от наших любимых, потому что хотим выглядеть как можно лучше, но еще и потому, что если это настоящая любовь, мы ожидаем, что наши любимые просто поймут это, не задавая вопросы. В настоящих отношениях, тех, которые длятся годами, есть немое общение.

   Мы скрываем это от наших любимых, потому что хотим выглядеть как можно лучше, но еще и потому, что если это настоящая любовь, мы ожидаем, что наши любимые просто поймут это, не задавая вопросы. В настоящих отношениях, тех, которые длятся годами, есть немое общение.

   — Кассандра Клэр · книга
8. «

   — Когда ты спустилась по лестнице сегодня вечером, — сказал он хриплым и низким голосом, — я думал о том, чтобы нарисовать тебя. Твои волосы. Мне пришлось бы использовать титановые белила, чтобы получить нужный цвет, передать игру света. Но ведь это не сработает, верно? Они ведь не однотонные, твои волосы, они не просто золотистые, но еще и янтарные, и темно-желтые, цвета карамели, пшеницы и меда.

   — Когда ты спустилась по лестнице сегодня вечером, — сказал он хриплым и низким голосом, — я думал о том, чтобы нарисовать тебя. Твои волосы. Мне пришлось бы использовать титановые белила, чтобы получить нужный цвет, передать игру света. Но ведь это не сработает, верно? Они ведь не однотонные, твои волосы, они не просто золотистые, но еще и янтарные, и темно-желтые, цвета карамели, пшеницы и меда.

   — Кассандра Клэр · книга
9. «

   Воспринимай мир таким, какой он есть — бесконечным.

   Воспринимай мир таким, какой он есть — бесконечным.

   — Кассандра Клэр · книга
10. «

    Мама говорила, что кожа у меня цвета весны.

    Мама говорила, что кожа у меня цвета весны.

    — Кассандра Клэр · книга
11. «

    — Pulvis и umbra sumus. Это строка из Горация. Мы — прах и тень. Подходит этому месту, как вы считаете? — поинтересовался Уилл. — У охотников на демонов короткая жизнь. Почти все мы умираем молодыми, а оставшиеся в живых сжигают тела убитых, чтобы очистить их в прямом смысле этого слова. Очень скоро память о нас теряется в густой тени истории, и в книге мира не находится для нас и строчки. Люди даже не помнят о нашем существовании...

    — Pulvis и umbra sumus. Это строка из Горация. Мы — прах и тень. Подходит этому месту, как вы считаете? — поинтересовался Уилл. — У охотников на демонов короткая жизнь. Почти все мы умираем молодыми, а оставшиеся в живых сжигают тела убитых, чтобы очистить их в прямом смысле этого слова. Очень скоро память о нас теряется в густой тени истории, и в книге мира не находится для нас и строчки. Люди даже не помнят о нашем существовании...

    — Кассандра Клэр · книга
12. «

    Если ты умрешь, я не захочу жить. Но я не покончу жизнь самоубийством, ведь что бы ни ждало нас за порогом смерти, я хочу быть там с тобой. И если я убью себя, я знаю, ты никогда не заговоришь со мной снова. В любой жизни. Поэтому я буду жить и пытаться что-то сделать в своей жизни, пока снова не смогу быть с тобой. Но если я причиню тебе боль, если я стану причиной твоей смерти, не останется ничего, что бы смогло удержать меня от уничтожения самого себя.

    Если ты умрешь, я не захочу жить. Но я не покончу жизнь самоубийством, ведь что бы ни ждало нас за порогом смерти, я хочу быть там с тобой. И если я убью себя, я знаю, ты никогда не заговоришь со мной снова. В любой жизни. Поэтому я буду жить и пытаться что-то сделать в своей жизни, пока снова не смогу быть с тобой. Но если я причиню тебе боль, если я стану причиной твоей смерти, не останется ничего, что бы смогло удержать меня от уничтожения самого себя.

    — Кассандра Клэр · книга
13. «

    Все, что тебе нужно, — это карандаши и твои воображаемые миры.

    Все, что тебе нужно, — это карандаши и твои воображаемые миры.

    — Кассандра Клэр · книга
14. «

    Любовь и ненависть ходят друг с другом об руку.

    Любовь и ненависть ходят друг с другом об руку.

    — Кассандра Клэр · книга
15. «

    Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.

    Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.

    — Кассандра Клэр · книга
16. «

    Наша душа соткана из воспоминаний.

    Наша душа соткана из воспоминаний.

    — Кассандра Клэр · книга
17. «

    Любовь не бывает допустимой или нет. Она просто есть. Но поступки, которые мы совершаем во имя любви, бывают допустимыми и недопустимыми.

    Любовь не бывает допустимой или нет. Она просто есть. Но поступки, которые мы совершаем во имя любви, бывают допустимыми и недопустимыми.

    — Кассандра Клэр · книга
18. «

    — Я не помню всего, — сказал Саймон. — Пока нет. Но я помню тебя. — Он поднял ее руку, коснулся золотого кольца на правом указательном пальце — теплый на ощупь металл Волшебного народа. — Клэри. Ты Клэри. Мой самый лучший друг.

    — Я не помню всего, — сказал Саймон. — Пока нет. Но я помню тебя. — Он поднял ее руку, коснулся золотого кольца на правом указательном пальце — теплый на ощупь металл Волшебного народа. — Клэри. Ты Клэри. Мой самый лучший друг.

    — Кассандра Клэр · книга
19. «

    Бывают люди... которых Вселенная выбрала для особой миссии: особых удач и особых мук. Видит Бог, всех нас манит к себе прекрасное и сломленное, но бывают люди, которых не починить. А если и получится, то лишь ценой жизни спасителя.

    Бывают люди... которых Вселенная выбрала для особой миссии: особых удач и особых мук. Видит Бог, всех нас манит к себе прекрасное и сломленное, но бывают люди, которых не починить. А если и получится, то лишь ценой жизни спасителя.

    — Кассандра Клэр · книга
20. «

    У нежити есть душа, и каждая душа имеет ценность для вселенской материи.

    У нежити есть душа, и каждая душа имеет ценность для вселенской материи.

    — Кассандра Клэр · книга