13 цитат Катарины Масетти: от иронии до философии

Катарина Масетти — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 13 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мы раскрывали сущность друг друга, чему в первую очередь и служат брачные отношения.

   Мы раскрывали сущность друг друга, чему в первую очередь и служат брачные отношения.

   — Парень с соседней могилы · книга
2. «

   В детстве мы рисовали бедняков с разноцветными квадратными заплатами, пришитыми к одежде большими стежками. И еще рисовали троллей. Я долгое время не знала, что между бедняками и троллями есть существенная разница, одни мне казались печальными, другие — страшными, вот и все.

   В детстве мы рисовали бедняков с разноцветными квадратными заплатами, пришитыми к одежде большими стежками. И еще рисовали троллей. Я долгое время не знала, что между бедняками и троллями есть существенная разница, одни мне казались печальными, другие — страшными, вот и все.

   — Тарзан · книга
3. «

   В мире, где полно придурков, приятные люди воспринимаются как уроды — чисто статистически.

   В мире, где полно придурков, приятные люди воспринимаются как уроды — чисто статистически.

   — Пия · книга
4. «

   Короче говоря, нет ничего труднее, чем воспитывать маленьких детей. Ну разве что управлять воздушным движением большого аэропорта. В условиях тумана в час пик, когда воздушное пространство забито аэробусами со встречными маршрутами. Но даже авиадиспетчер рано или поздно идет домой и отдыхает. Хорошо, что до появления детей об этом не знаешь.

   Короче говоря, нет ничего труднее, чем воспитывать маленьких детей. Ну разве что управлять воздушным движением большого аэропорта. В условиях тумана в час пик, когда воздушное пространство забито аэробусами со встречными маршрутами. Но даже авиадиспетчер рано или поздно идет домой и отдыхает. Хорошо, что до появления детей об этом не знаешь.

   — Семейная могила · книга
5. «

   Мне, пожалуйста, религию с недельным сроком аннуляции заказа, вдруг разонравится!

   Мне, пожалуйста, религию с недельным сроком аннуляции заказа, вдруг разонравится!

   — Между Богом и мной все кончено · книга
6. «

   А стена, когда с ней заговаривают, невозмутимо молчит. Стена, она такая – ей бесполезно доказывать, что она не права.

   А стена, когда с ней заговаривают, невозмутимо молчит. Стена, она такая – ей бесполезно доказывать, что она не права.

   — Между Богом и мной все кончено · книга
7. «

   Если б все было так просто и люди с одними генами всегда бы друг друга любили, существовала бы какая-то элементарная система опознавательных признаков, чтобы они могли друг друга различить в толпе. Например, на лбу у них загорались бы лампочки, или где-нибудь начинало бы тикать, когда поблизости проходил кто-то из родственников. Тогда бы мы знали: вот идет человек, с которым мы связаны кровным родством, даже если раньше его никогда не встречали. И сразу бы в нас рождалась Любовь! К сожалению, дела обстоят иначе. По истории мы постоянно проходим, что люди налево и направо убивают своих матерей, отцов, братьев и сестер ради того, чтобы унаследовать трон или что-то в этом духе.

   Если б все было так просто и люди с одними генами всегда бы друг друга любили, существовала бы какая-то элементарная система опознавательных признаков, чтобы они могли друг друга различить в толпе. Например, на лбу у них загорались бы лампочки, или где-нибудь начинало бы тикать, когда поблизости проходил кто-то из родственников. Тогда бы мы знали: вот идет человек, с которым мы связаны кровным родством, даже если раньше его никогда не встречали. И сразу бы в нас рождалась Любовь! К сожалению, дела обстоят иначе. По истории мы постоянно проходим, что люди налево и направо убивают своих матерей, отцов, братьев и сестер ради того, чтобы унаследовать трон или что-то в этом духе.

   — Между Богом и мной все кончено · книга
8. «

   Похоже, единственная женщина в моей жизни, которая не считала меня дураком, — это моя мать. Хотя, может, она просто помалкивала по доброте душевной.

   Похоже, единственная женщина в моей жизни, которая не считала меня дураком, — это моя мать. Хотя, может, она просто помалкивала по доброте душевной.

   — Семейная могила · книга
9. «

   Человек ведь не может быть влюблен вечно, правда? — жалобно рассуждала я. — Со временем влюбленность заменяется Любовью, на которой и строятся более прочные отношения. А Любовь — это такая нежная дружба в сочетании с сексом…

   Человек ведь не может быть влюблен вечно, правда? — жалобно рассуждала я. — Со временем влюбленность заменяется Любовью, на которой и строятся более прочные отношения. А Любовь — это такая нежная дружба в сочетании с сексом…

   — Дезире Валлин · книга
10. «

    Я не оставляю следов на воде. На школьной фотографии я из тех, чью фамилию никто не может вспомнить, а мои золотые серёжки отойдут государству.

    Я не оставляю следов на воде. На школьной фотографии я из тех, чью фамилию никто не может вспомнить, а мои золотые серёжки отойдут государству.

    — Парень с соседней могилы · книга
11. «

    Я ничего не имею против полезных советов, но тем, кто их даёт, следует отбросить всякие претензии на Любовь.

    Я ничего не имею против полезных советов, но тем, кто их даёт, следует отбросить всякие претензии на Любовь.

    — Парень с соседней могилы · книга
12. «

    Чем сложнее становился курс математики, тем реже я молилась. Словно мне казалось, что Бог не справится с уравнениями второй степени.

    Чем сложнее становился курс математики, тем реже я молилась. Словно мне казалось, что Бог не справится с уравнениями второй степени.

    — Между Богом и мной все кончено · книга
13. «

    На обратном пути я подумала, что, если бы мне понадобилось заполнить в анкете графу «Ближайшие родственники», я бы запросто могла оставить ее пустой. А если я сейчас по ошибке открою дверь не в туалет и вывалюсь из поезда в темноту, мир едва ли изменится.

    На обратном пути я подумала, что, если бы мне понадобилось заполнить в анкете графу «Ближайшие родственники», я бы запросто могла оставить ее пустой. А если я сейчас по ошибке открою дверь не в туалет и вывалюсь из поезда в темноту, мир едва ли изменится.

    — Дезире Валлин · книга