Колин Гувер: 13 высказываний о главном

Колин Гувер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 13 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Интересно, какое воспитание все же губительнее – когда человека с детства окружают любовью и он до последнего не догадывается, как жесток мир, а потом просто не успевает развить необходимые для выживания навыки, или когда человек растет вот в такой семье, самой кошмарной из возможных, где его только и учат, что выживать?

   Интересно, какое воспитание все же губительнее – когда человека с детства окружают любовью и он до последнего не догадывается, как жесток мир, а потом просто не успевает развить необходимые для выживания навыки, или когда человек растет вот в такой семье, самой кошмарной из возможных, где его только и учат, что выживать?

   — Кости сердца · книга
2. «

   Если прольёшь свет на свои недостатки, все твои совершенства померкнут.

   Если прольёшь свет на свои недостатки, все твои совершенства померкнут.

   — Все твои совершенства · книга
3. «

   Я хорошо умела нести чушь. Именно поэтому я стала писателем.

   Я хорошо умела нести чушь. Именно поэтому я стала писателем.

   — Верити · книга
4. «

   Никогда, ни при каких обстоятельствах не принимайте снотворное одновременно со слабительным.

   Никогда, ни при каких обстоятельствах не принимайте снотворное одновременно со слабительным.

   — Возвращение к любви · книга
5. «

   Извинения нужны, чтобы выразить раскаяние, но от них горькая правда не перестает быть правдой.

   Извинения нужны, чтобы выразить раскаяние, но от них горькая правда не перестает быть правдой.

   — Квинн · книга
6. «

   Сожаление – штука бесполезная. Мы просто оглядываемся назад и вспоминаем то, что уже не в силах изменить. А вот когда мы сомневаемся в чем-то, это дает нам шанс в будущем не сожалеть о принятых решениях.

   Сожаление – штука бесполезная. Мы просто оглядываемся назад и вспоминаем то, что уже не в силах изменить. А вот когда мы сомневаемся в чем-то, это дает нам шанс в будущем не сожалеть о принятых решениях.

   — Ключи от твоего сердца · книга
7. «

   Порой мне кажется, что страдания и жестокость оставляют на душе куда более глубокий отпечаток, чем доброта. Доброта не проникает так глубоко под кожу, не наносит такого урона, как жестокость. Боль марает душу, и эти пятна уже ничем не отмыть: они остаются на виду. Иногда я думаю, что все мои травмы видно с первого взгляда.

   Порой мне кажется, что страдания и жестокость оставляют на душе куда более глубокий отпечаток, чем доброта. Доброта не проникает так глубоко под кожу, не наносит такого урона, как жестокость. Боль марает душу, и эти пятна уже ничем не отмыть: они остаются на виду. Иногда я думаю, что все мои травмы видно с первого взгляда.

   — Кости сердца · книга
8. «

   Мы живем вместе. Вместе едим. Вместе спим. Но я никогда в жизни не чувствовал себя таким одиноким.

   Мы живем вместе. Вместе едим. Вместе спим. Но я никогда в жизни не чувствовал себя таким одиноким.

   — Грэм · книга
9. «

   Избегать – вроде бы безобидный глагол, но одно это слово может нанести серьезный ущерб отношениям.

   Избегать – вроде бы безобидный глагол, но одно это слово может нанести серьезный ущерб отношениям.

   — Квинн · книга
10. «

    Когда встречаешь того, кто тебе подходит, он не пробуждает в тебе комплекс неполноценности, ковыряясь в твоих недостатках. Он тебя воодушевляет, потому что сосредоточен на твоих лучших сторонах.

    Когда встречаешь того, кто тебе подходит, он не пробуждает в тебе комплекс неполноценности, ковыряясь в твоих недостатках. Он тебя воодушевляет, потому что сосредоточен на твоих лучших сторонах.

    — Грэм · книга
11. «

    Должно быть, легко запутаться, когда влюбляешься в слова писателя до личной встречи с писателем. Некоторым людям трудно отделить персонаж от человека, который его создал.

    Должно быть, легко запутаться, когда влюбляешься в слова писателя до личной встречи с писателем. Некоторым людям трудно отделить персонаж от человека, который его создал.

    — Лоуэн Эшли · книга
12. «

    Писатель не смеет писать о себе, если не готов отключить каждый уровень защиты между книгой и собственной душой. Слова должны исходить прямо из утробы, прорываться сквозь плоть и кровь. Уродливые, честные, кровавые и немного жуткие, но совершенно искренние. Автобиография, побуждающая читателя проникнуться к автору симпатией – не настоящая автобиография. Никто не симпатичен с изнанки. После прочтения автобиографии к автору должна возникнуть, в лучшем случае, неприязнь.

    Писатель не смеет писать о себе, если не готов отключить каждый уровень защиты между книгой и собственной душой. Слова должны исходить прямо из утробы, прорываться сквозь плоть и кровь. Уродливые, честные, кровавые и немного жуткие, но совершенно искренние. Автобиография, побуждающая читателя проникнуться к автору симпатией – не настоящая автобиография. Никто не симпатичен с изнанки. После прочтения автобиографии к автору должна возникнуть, в лучшем случае, неприязнь.

    — Верити · книга
13. «

    В грехах хорошо то, что их не обязательно искупать моментально.

    В грехах хорошо то, что их не обязательно искупать моментально.

    — Верити · книга