316 мудрых мыслей Конкордии Антаровы

Ниже 316 цитат Конкордии Антаровы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Иногда самые великие желания совершаются неожиданно, надо только не мешать.

   Иногда самые великие желания совершаются неожиданно, надо только не мешать.

   — Две жизни · книга
2. «

   Только полная освобождённость духа-сознания может дать человеку ту бодрость, с которой начинается творчество и основой которой является гармония духовной и физической сторон человеческого организма. Изредка бодрость смешивают с экзальтированностью. А иногда за бодрость принимают показное, мнимо энергичное состояние, за которым человеку хочется скрыть от глаз людей прекрасно сознаваемую пустоту и бесцельность собственной жизни. Но всё это не имеет ничего общего с истинной бодростью духа, представляя собой всё то же воспоминание о своём личном, низшем «я» на иной лад. А истинная бодрость – это благословение в себе и в ближнем Божественной Энергии и гармоничный труд в Ней при забвении личного «я».

   Только полная освобождённость духа-сознания может дать человеку ту бодрость, с которой начинается творчество и основой которой является гармония духовной и физической сторон человеческого организма. Изредка бодрость смешивают с экзальтированностью. А иногда за бодрость принимают показное, мнимо энергичное состояние, за которым человеку хочется скрыть от глаз людей прекрасно сознаваемую пустоту и бесцельность собственной жизни. Но всё это не имеет ничего общего с истинной бодростью духа, представляя собой всё то же воспоминание о своём личном, низшем «я» на иной лад. А истинная бодрость – это благословение в себе и в ближнем Божественной Энергии и гармоничный труд в Ней при забвении личного «я».

   — Две жизни · книга
3. «

   Брак зависит от людей, кто в него вступает. И могут быть браки огромного значения, а вовсе не только личного. Всякий брак, как ячейка, где рождаются и воспитываются люди, дело чрезвычайно важное и ответственное. Отцы и матери, — если они поднялись до осознания себя единицами Вселенной, если их трудовой день вносит красоту в единение всех людей, — будут готовы к воспитанию новых человеческих жизней; они будут проводить свои системы воспитания не на словах, но собственным живым примером увлекать своих детей в красоту. Если же они поднялись до больших высот творчества, они образуют те ячейки, где воплощаются будущие великие люди, творцы и гении, чьё вдохновение составляет эпохи в жизни человечества.

   Брак зависит от людей, кто в него вступает. И могут быть браки огромного значения, а вовсе не только личного. Всякий брак, как ячейка, где рождаются и воспитываются люди, дело чрезвычайно важное и ответственное. Отцы и матери, — если они поднялись до осознания себя единицами Вселенной, если их трудовой день вносит красоту в единение всех людей, — будут готовы к воспитанию новых человеческих жизней; они будут проводить свои системы воспитания не на словах, но собственным живым примером увлекать своих детей в красоту. Если же они поднялись до больших высот творчества, они образуют те ячейки, где воплощаются будущие великие люди, творцы и гении, чьё вдохновение составляет эпохи в жизни человечества.

   — Иллофиллион · книга
4. «

   Не воображайте суеверно, что помощь, посланная Великой Жизнью, – это случайная счастливая лотерея. Любую помощь надо заслужить и быть ее достойным. Если вы цените только примитивные блага вроде денег, богатства, драгоценностей и внешнего положения, связанного с ними, а вопросы духа для вас излишнее бесплатное приложение – ваши усилия приобрести истинное знание, которое присуще только высокой жизни, будут всегда кончаться разочарованиями.

   Не воображайте суеверно, что помощь, посланная Великой Жизнью, – это случайная счастливая лотерея. Любую помощь надо заслужить и быть ее достойным. Если вы цените только примитивные блага вроде денег, богатства, драгоценностей и внешнего положения, связанного с ними, а вопросы духа для вас излишнее бесплатное приложение – ваши усилия приобрести истинное знание, которое присуще только высокой жизни, будут всегда кончаться разочарованиями.

   — Две жизни · книга
5. «

   Я подумал, что живший здесь человек должен был быть прежде всего бесконечно одиноким. Его должна была томить тоска по земным привязанностям, жажда быть постоянно окружённым любящими его существами, пусть даже животными, но чтобы иллюзия любви жила вокруг. Меня точно озарило понимание глубоко несчастных людей, мечущихся по жизни в вечной жажде любви и привязанности, вместо того, чтобы нести каждому мир.

   Я подумал, что живший здесь человек должен был быть прежде всего бесконечно одиноким. Его должна была томить тоска по земным привязанностям, жажда быть постоянно окружённым любящими его существами, пусть даже животными, но чтобы иллюзия любви жила вокруг. Меня точно озарило понимание глубоко несчастных людей, мечущихся по жизни в вечной жажде любви и привязанности, вместо того, чтобы нести каждому мир.

   — Две жизни · книга
6. «

   Сколько бы ни двигался вперед человек, какие бы тяжкие страдания ни приходилось бы ему преодолевать на пути к знанию – если он честен и верен до конца, если компромисс не соблазнит его, то он достигнет счастья жить легко и радостно.

   Сколько бы ни двигался вперед человек, какие бы тяжкие страдания ни приходилось бы ему преодолевать на пути к знанию – если он честен и верен до конца, если компромисс не соблазнит его, то он достигнет счастья жить легко и радостно.

   — Две жизни · книга
7. «

   Все, что люди привыкли называть чудесами, чудесными встречами и спасениями, – все это лишь возможности, созданные самим человеком в целом ряде его вековых воплощений и трудов. В каждом земном воплощении человеку отводится так мало времени! И нет у него права, зная быстротечность земной жизни, терять свои мгновения в пустоте, в отсутствии творчества сердца, в мелочах быта и его предрассудках.

   Все, что люди привыкли называть чудесами, чудесными встречами и спасениями, – все это лишь возможности, созданные самим человеком в целом ряде его вековых воплощений и трудов. В каждом земном воплощении человеку отводится так мало времени! И нет у него права, зная быстротечность земной жизни, терять свои мгновения в пустоте, в отсутствии творчества сердца, в мелочах быта и его предрассудках.

   — Две жизни · книга
8. «

   Связи людей, их любовь и ненависть – всё это плоды не одной данной жизни. И тело человека, и его окружение – всё следствия и результаты его личных трудов и достижений в веках. Нет пути духовного совершенствования для кого-то одного, выделенного из миллионов окружающих его жизней.

   Связи людей, их любовь и ненависть – всё это плоды не одной данной жизни. И тело человека, и его окружение – всё следствия и результаты его личных трудов и достижений в веках. Нет пути духовного совершенствования для кого-то одного, выделенного из миллионов окружающих его жизней.

   — Две жизни · книга
9. «

   Радость — непобедимая сила, тогда как уныние и отрицание погубят всё, за что бы ты ни взялся.

   Радость — непобедимая сила, тогда как уныние и отрицание погубят всё, за что бы ты ни взялся.

   — Две жизни · книга
10. «

    Нет людей абсолютно плохих. Никто не рождается разбойником, предателем, убийцей. Но те, чьи сердца разъедают язвы зависти и ревности, жадности и скупости, сами катятся в бездну зла, куда их влекут их собственные страсти.

    Нет людей абсолютно плохих. Никто не рождается разбойником, предателем, убийцей. Но те, чьи сердца разъедают язвы зависти и ревности, жадности и скупости, сами катятся в бездну зла, куда их влекут их собственные страсти.

    — Две жизни · книга
11. «

    Мужество – не просто качество, которого должен добиваться человек как такового. Мужество – это аспект Божества в человеке. Оно может сиять, как храбрость в великом грешнике, и всё же оно будет движущим аспектом, хотя бы во всём остальном человек не светился ничем. И человек с одним открытым аспектом Единого будет выше сотни «праведников», закутанных в покрывала трусливой богобоязненности. Ибо в них ни одно качество духа не открыто до конца, но все утонули в серой массе спутанных представлений обыденности. Они снизили все свои героические напряжения до тёпленькой, внешне ласковой приветливости, цены которой в Вечности нет никакой. В масштабе Вселенной эти люди равны паразитам.

    Мужество – не просто качество, которого должен добиваться человек как такового. Мужество – это аспект Божества в человеке. Оно может сиять, как храбрость в великом грешнике, и всё же оно будет движущим аспектом, хотя бы во всём остальном человек не светился ничем. И человек с одним открытым аспектом Единого будет выше сотни «праведников», закутанных в покрывала трусливой богобоязненности. Ибо в них ни одно качество духа не открыто до конца, но все утонули в серой массе спутанных представлений обыденности. Они снизили все свои героические напряжения до тёпленькой, внешне ласковой приветливости, цены которой в Вечности нет никакой. В масштабе Вселенной эти люди равны паразитам.

    — Две жизни · книга
12. «

    Что же касается мужчин, которые её не покорили, то, думаю, покоряют тех, кто хочет быть покорённым. А дерутся из-за тех женщин, которые выбирают, кому себя преподнести повыгоднее. Те же, кто, как Анна, ищут истинной любви, всегда идут очень скромным путём, если не обладают талантом и тщеславием. <...> У нас в России много прекрасных женщин, в которых отсутствует кокетство. Ухаживают ведь не за самыми прекрасными, а за самыми кокетливыми.

    Что же касается мужчин, которые её не покорили, то, думаю, покоряют тех, кто хочет быть покорённым. А дерутся из-за тех женщин, которые выбирают, кому себя преподнести повыгоднее. Те же, кто, как Анна, ищут истинной любви, всегда идут очень скромным путём, если не обладают талантом и тщеславием. <...> У нас в России много прекрасных женщин, в которых отсутствует кокетство. Ухаживают ведь не за самыми прекрасными, а за самыми кокетливыми.

    — Левушка · книга
13. «

    ... Нет «дня» личной жизни, а есть только «день дежурства» человека на земле – дежурства не ради подвига, а ради простого счастья вносить действенную энергию доброты во все дела и встречи... Только тот может войти в круг дежурящих учеников, кто забыл о себе хотя бы до такой малости, что перестал обижаться, кого-то и за что-то наказывать, кому-то угрожать или сам чего-то страшиться, с кем-то объясняться, оправдываться и ссориться. Шаткие, бесхребетные, ни в чём не уверенные люди напрасно стремятся что-то читать или о чём-то философствовать, полагая, что в этом и состоит весь их труд и «искания» высокой человеческой жизни. Не говорю уже о тех, кто видит повсюду только куплю-продажу.

    ... Нет «дня» личной жизни, а есть только «день дежурства» человека на земле – дежурства не ради подвига, а ради простого счастья вносить действенную энергию доброты во все дела и встречи... Только тот может войти в круг дежурящих учеников, кто забыл о себе хотя бы до такой малости, что перестал обижаться, кого-то и за что-то наказывать, кому-то угрожать или сам чего-то страшиться, с кем-то объясняться, оправдываться и ссориться. Шаткие, бесхребетные, ни в чём не уверенные люди напрасно стремятся что-то читать или о чём-то философствовать, полагая, что в этом и состоит весь их труд и «искания» высокой человеческой жизни. Не говорю уже о тех, кто видит повсюду только куплю-продажу.

    — Две жизни · книга
14. «

    Сознание человека не может расти и совершенствоваться, если сердце его молчит, и он не видит в другом существе того же Бога, которого познал в себе.

    Сознание человека не может расти и совершенствоваться, если сердце его молчит, и он не видит в другом существе того же Бога, которого познал в себе.

    — Две жизни · книга
15. «

    Все эти так называемые тёмные силы — не что иное, как невежественность. И как всегда, при встрече с истинным Знанием все злые тайны, не представляющие из себя ничего, кроме той или иной силы гипноза, разлетаются в прах...

    Все эти так называемые тёмные силы — не что иное, как невежественность. И как всегда, при встрече с истинным Знанием все злые тайны, не представляющие из себя ничего, кроме той или иной силы гипноза, разлетаются в прах...

    — Две жизни · книга
16. «

    Ты выбрал тот путь, где героика чувств и мыслей живет не в мечтах и идеалах или фантазиях, а в делах простого серого дня.

    Ты выбрал тот путь, где героика чувств и мыслей живет не в мечтах и идеалах или фантазиях, а в делах простого серого дня.

    — Две жизни · книга
17. «

    Совершенствование человека – это постепенное изменение его ауры. И аура изменяется только в труде повседневности.

    Совершенствование человека – это постепенное изменение его ауры. И аура изменяется только в труде повседневности.

    — Две жизни · книга
18. «

    Раскрепостите в себе сегодня ум от его постоянной жажды прочесть всё новое и новое слово Истины. Усвойте, что только те аспекты Истины могут стать действенными в жизни человека, которые он открыл в себе, омыв их своими трудами на общее благо, и закрепил их полною верностью своего благоговения и преклонения перед ужасом и величием путей человеческих. И сколько бы он ни читал Истин – если он сам живёт в полуусловных компромиссах, то ни крупицы Истины не введёт в своё единение с людьми.

    Раскрепостите в себе сегодня ум от его постоянной жажды прочесть всё новое и новое слово Истины. Усвойте, что только те аспекты Истины могут стать действенными в жизни человека, которые он открыл в себе, омыв их своими трудами на общее благо, и закрепил их полною верностью своего благоговения и преклонения перед ужасом и величием путей человеческих. И сколько бы он ни читал Истин – если он сам живёт в полуусловных компромиссах, то ни крупицы Истины не введёт в своё единение с людьми.

    — Две жизни · книга
19. «

    Я погрузился в молитву, стремясь нести радость нового знания в чистоте своего сердца всем страдальцам, остающимся в зле только из-за своего невежества и грубых страстей. В моей молитве не было ни печали, ни раскола в сердце, как бывало раньше, когда я молился о несчастных, о страдающих. Я приносил в своей молитве полное благословение всему сущему. Моя уверенность и радость жить, зная Великую Жизнь в себе, не имели теперь тех трещин скорби, которые раньше всегда вторгались в мои молитвы. Меня больше не тревожил вопрос, зачем так много страданий в мире, я понимал: «Все во благо».

    Я погрузился в молитву, стремясь нести радость нового знания в чистоте своего сердца всем страдальцам, остающимся в зле только из-за своего невежества и грубых страстей. В моей молитве не было ни печали, ни раскола в сердце, как бывало раньше, когда я молился о несчастных, о страдающих. Я приносил в своей молитве полное благословение всему сущему. Моя уверенность и радость жить, зная Великую Жизнь в себе, не имели теперь тех трещин скорби, которые раньше всегда вторгались в мои молитвы. Меня больше не тревожил вопрос, зачем так много страданий в мире, я понимал: «Все во благо».

    — Две жизни · книга
20. «

    На что надо вам устремлять внимание в вашей новой жизни? Что надо ставить себе задачей будней? Если ваше окружение – Сама Движущаяся Жизнь, то и вы сами – Она. Устремляйте внимание не на то, кто и что делает, но на то, как вы сами на всё реагируете.

    На что надо вам устремлять внимание в вашей новой жизни? Что надо ставить себе задачей будней? Если ваше окружение – Сама Движущаяся Жизнь, то и вы сами – Она. Устремляйте внимание не на то, кто и что делает, но на то, как вы сами на всё реагируете.

    — Две жизни · книга