39 цитат Кристины Дэвера для поста и дневника

Подборка из 39 цитат Кристины Дэвера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Скользнув взглядом в его сторону, Эмили неожиданно для самой себя, пришла в недоумение. Внешность Дилана абсолютно не входила в рамки нынешних «Ловеласов». Черные волосы спадающие с плеч, взгляд ярко-зеленых глаз от которого по коже пробегают мурашки. Черты лица этого парня напоминают идеальную работу скульптора. Во всех движениях Дилана присутствует аристократическая грация.

   Скользнув взглядом в его сторону, Эмили неожиданно для самой себя, пришла в недоумение. Внешность Дилана абсолютно не входила в рамки нынешних «Ловеласов». Черные волосы спадающие с плеч, взгляд ярко-зеленых глаз от которого по коже пробегают мурашки. Черты лица этого парня напоминают идеальную работу скульптора. Во всех движениях Дилана присутствует аристократическая грация.

   — Ночное небо · книга
2. «

   Чего только не скажет и не сделает человек под страхом смерти, дабы спасти свою шкуру.

   Чего только не скажет и не сделает человек под страхом смерти, дабы спасти свою шкуру.

   — Тонкая грань · книга
3. «

   Полукровки во все времена были в низших слоях иерархии. Доминик в большей степени относился к ним как к солдатам, несмотря на юный возраст. Никаких человеческих поблажек, жалости или прочего. Здесь есть только два варианта: либо ты жив и полезен, либо мёртв. Всё просто.

   Полукровки во все времена были в низших слоях иерархии. Доминик в большей степени относился к ним как к солдатам, несмотря на юный возраст. Никаких человеческих поблажек, жалости или прочего. Здесь есть только два варианта: либо ты жив и полезен, либо мёртв. Всё просто.

   — Тонкая грань · книга
4. «

   Этот мир кажется нам слишком реальным. Мы не можем даже на секунду выйти за рамки того, что видим перед собой. Всячески не хотим верить в очевидное. Порой, так жить удобнее. Но разве можно это назвать жизнью? Ведь вокруг столько невероятных и на первый взгляд невозможных вещей. А мы просто не замечаем их, делая свою жизнь обыденной историей...

   Этот мир кажется нам слишком реальным. Мы не можем даже на секунду выйти за рамки того, что видим перед собой. Всячески не хотим верить в очевидное. Порой, так жить удобнее. Но разве можно это назвать жизнью? Ведь вокруг столько невероятных и на первый взгляд невозможных вещей. А мы просто не замечаем их, делая свою жизнь обыденной историей...

   — Ночное небо · книга
5. «

   Информация – самый ценный товар в мире после времени, подобный товар гораздо дороже любых денег.

   Информация – самый ценный товар в мире после времени, подобный товар гораздо дороже любых денег.

   — Тонкая грань · книга
6. «

   — Сестренка, тебе сто пятьдесят четыре года. Разве ты не знаешь, чем занимаются парни и девушки наедине? — войдя в гостиную, он подошел к дивану, на котором лежала Эмили.

   — Сестренка, тебе сто пятьдесят четыре года. Разве ты не знаешь, чем занимаются парни и девушки наедине? — войдя в гостиную, он подошел к дивану, на котором лежала Эмили.

   — Дилан · книга
7. «

   Схватив за горло, Лилу с силой бросила его о землю. В отместку, он только громко засмеялся. Дилан не упускает ни единой возможности вывести ее из себя. Так было всегда, с самой первой их встречи.

   Схватив за горло, Лилу с силой бросила его о землю. В отместку, он только громко засмеялся. Дилан не упускает ни единой возможности вывести ее из себя. Так было всегда, с самой первой их встречи.

   — Ночное небо · книга
8. «

   – Как я уже говорил, в каждом из вас был пробужден демон, я бы мог назвать их сущностями, но так вам будет понятнее. Большинство из вас принадлежит к одной расе, однако есть несколько исключений, о которых, как и о том, кем вы являетесь, вам предстоит выяснить самим. Вы можете слышать их, чувствовать или даже меняться с ними местами, но вам необходимо составить контракт с вашим демоном. В ином случае вы не сумеете контролировать его ни когда вы сыты, – Доминик сделал паузу, – ни тем более, когда вы голодны.

   – Как я уже говорил, в каждом из вас был пробужден демон, я бы мог назвать их сущностями, но так вам будет понятнее. Большинство из вас принадлежит к одной расе, однако есть несколько исключений, о которых, как и о том, кем вы являетесь, вам предстоит выяснить самим. Вы можете слышать их, чувствовать или даже меняться с ними местами, но вам необходимо составить контракт с вашим демоном. В ином случае вы не сумеете контролировать его ни когда вы сыты, – Доминик сделал паузу, – ни тем более, когда вы голодны.

   — Доминик · книга
9. «

   — Ты знаешь, как легко я могу сломать тебе шею? — злобно рявкнул он, очутившись сзади Эмили. Рука Дилана легонько скользнула по её волосам, спустившись к шее. Закрыв глаза, Эмили ещё раз прокрутила в голове его голос, придя к выводу, что он окончательно потерял контроль, но не стала останавливаться. — Так сделай это. — прошептала она и повернувшись к нему лицом открыла глаза.

   — Ты знаешь, как легко я могу сломать тебе шею? — злобно рявкнул он, очутившись сзади Эмили. Рука Дилана легонько скользнула по её волосам, спустившись к шее. Закрыв глаза, Эмили ещё раз прокрутила в голове его голос, придя к выводу, что он окончательно потерял контроль, но не стала останавливаться. — Так сделай это. — прошептала она и повернувшись к нему лицом открыла глаза.

   — Дилан · книга
10. «

    Есть секреты, которые нужно просто хранить, потому что ты хороший друг. Но есть тайны, услышав которые необходимо тут же спрятать их в самых глубинах своего сознания. Ни словом, ни жестом, ни взглядом не дать понять, что ты осведомлён. Ведь если чудовища заметят хотя бы деталь, несоответствие в поведении – ты труп.

    Есть секреты, которые нужно просто хранить, потому что ты хороший друг. Но есть тайны, услышав которые необходимо тут же спрятать их в самых глубинах своего сознания. Ни словом, ни жестом, ни взглядом не дать понять, что ты осведомлён. Ведь если чудовища заметят хотя бы деталь, несоответствие в поведении – ты труп.

    — Тонкая грань · книга
11. «

    В старых книгах какое-то особое волшебство, своя магия.

    В старых книгах какое-то особое волшебство, своя магия.

    — Ночное небо · книга
12. «

    ..первая охота, первое убийство. Такое не проходит бесследно, тем более, когда ты осознаёшь, что вскоре крови на твоих руках станет гораздо больше.

    ..первая охота, первое убийство. Такое не проходит бесследно, тем более, когда ты осознаёшь, что вскоре крови на твоих руках станет гораздо больше.

    — Тонкая грань · книга
13. «

    Ею двигало любопытство – наихудшее чувство, которое может вести человека, желающего прикоснуться к этому миру. Особенно когда тебя не окунают в это с головой нарочно

    Ею двигало любопытство – наихудшее чувство, которое может вести человека, желающего прикоснуться к этому миру. Особенно когда тебя не окунают в это с головой нарочно

    — Клэр · книга
14. «

    — Но он… — Сам начал эту игру. — перебила её Оливия. — И сам же в ней запутался.

    — Но он… — Сам начал эту игру. — перебила её Оливия. — И сам же в ней запутался.

    — Эмили · книга
15. «

    ...сама смерть не в состоянии отобрать у нас ни воспоминания, ни частичку души близкого человека, навеки оставшуюся рядом c нами.

    ...сама смерть не в состоянии отобрать у нас ни воспоминания, ни частичку души близкого человека, навеки оставшуюся рядом c нами.

    — Ночное небо · книга
16. «

    За последние полгода она потеряла большинство друзей только потому, что говорила им правду. А как всем известно, людям не очень-то нравится ее слышать.

    За последние полгода она потеряла большинство друзей только потому, что говорила им правду. А как всем известно, людям не очень-то нравится ее слышать.

    — Эмили · книга
17. «

    ...всем известно, что каждое правило можно обойти, если знаешь как при этом остаться незамеченным.

    ...всем известно, что каждое правило можно обойти, если знаешь как при этом остаться незамеченным.

    — Доминик · книга
18. «

    Сон – не просто иллюзия, а наша вторая реальность. Мир, в который мы не только заглядываем изредка, но и проживаем в нем ночь за ночью иную жизнь.

    Сон – не просто иллюзия, а наша вторая реальность. Мир, в который мы не только заглядываем изредка, но и проживаем в нем ночь за ночью иную жизнь.

    — Ночное небо · книга
19. «

    Словно бальзам, его душу обволакивала ненависть, в которой он нашел спасение и жизнь. Не та, которую Доминик всегда желал, но гораздо лучше чем у тех, кто потерял себя, став пустой пешкой в их играх.

    Словно бальзам, его душу обволакивала ненависть, в которой он нашел спасение и жизнь. Не та, которую Доминик всегда желал, но гораздо лучше чем у тех, кто потерял себя, став пустой пешкой в их играх.

    — Тонкая грань · книга
20. «

    Как только поезд сдвинулся с места, к ней нагрянуло странное ощущение. Словно уезжая, она покидает здесь частичку чего-то важного, чего-то, что никогда не сможет вернуть.

    Как только поезд сдвинулся с места, к ней нагрянуло странное ощущение. Словно уезжая, она покидает здесь частичку чего-то важного, чего-то, что никогда не сможет вернуть.

    — Ночное небо · книга