97 цитат Кристофера Паолини, ставших крылатыми

Ниже 97 цитат Кристофера Паолини — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Крепко держитесь своей веры и своих представлений о чести, и другие станут относиться к вам с уважением.

   Крепко держитесь своей веры и своих представлений о чести, и другие станут относиться к вам с уважением.

   — Гэрроу · книга
2. «

   Гнев — это яд, который следует изгнать из своего сердца, иначе он отравит твою душу, даже самую лучшую ее часть.

   Гнев — это яд, который следует изгнать из своего сердца, иначе он отравит твою душу, даже самую лучшую ее часть.

   — Гальбаторикс · книга
3. «

   Истинное мужество — это жить, страдать ради того, во что веришь.

   Истинное мужество — это жить, страдать ради того, во что веришь.

   — Эрагон · книга
4. «

   Знание не зависит от существования. Я, например, не знал, что ты существуешь, пока ты не появился здесь. Но это отнюдь не означает, что до этого ты не существовал.

   Знание не зависит от существования. Я, например, не знал, что ты существуешь, пока ты не появился здесь. Но это отнюдь не означает, что до этого ты не существовал.

   — Эрагон · книга
5. «

   Пусть лучше упрямый, старый пень, чем глупый, беспечный юнец, убитый до срока.

   Пусть лучше упрямый, старый пень, чем глупый, беспечный юнец, убитый до срока.

   — Джормундур · книга
6. «

   Для нее самой выбор был всегда прост: либо имеет смысл решиться на действие, которое может изменить данное положение, и в таком случае она сразу начинала действовать, либо это смысла не имеет.

   Для нее самой выбор был всегда прост: либо имеет смысл решиться на действие, которое может изменить данное положение, и в таком случае она сразу начинала действовать, либо это смысла не имеет.

   — Сапфира · книга
7. «

   Чудовища, порожденные разумом, куда страшнее тех, что существуют на самом деле. Страх, сомнение и ненависть искалечили куда больше людей, чем дикие звери.

   Чудовища, порожденные разумом, куда страшнее тех, что существуют на самом деле. Страх, сомнение и ненависть искалечили куда больше людей, чем дикие звери.

   — Эрагон. Брисингр · книга
8. «

   Честность и справедливость — вот ваши главные инструменты, только с их помощью вы сумеете и чье-то сердце завоевать, и чье-то прощение заслужить.

   Честность и справедливость — вот ваши главные инструменты, только с их помощью вы сумеете и чье-то сердце завоевать, и чье-то прощение заслужить.

   — Эрагон · книга
9. «

   Ну, а в том, что касается любви… Тут я вам одно могу посоветовать: всегда будьте честными. Честность и справедливость — вот ваши главные инструменты, только с их помощью вы сумеете и чьё-то сердце завоевать, и чьё-то прощение заслужить.

   Ну, а в том, что касается любви… Тут я вам одно могу посоветовать: всегда будьте честными. Честность и справедливость — вот ваши главные инструменты, только с их помощью вы сумеете и чьё-то сердце завоевать, и чьё-то прощение заслужить.

   — Гэрроу · книга
10. «

    Единственный способ не утратить разум, когда вокруг столько ужаса и боли, — это что-то делать.

    Единственный способ не утратить разум, когда вокруг столько ужаса и боли, — это что-то делать.

    — Сапфира · книга
11. «

    ... Опасность — это та королевская мантия, которую правитель принимает на свои плечи, набравшись смелости решать судьбы других людей.

    ... Опасность — это та королевская мантия, которую правитель принимает на свои плечи, набравшись смелости решать судьбы других людей.

    — Насуада · книга
12. «

    Беспорядки и гибель людей — это спутники любых великих перемен.

    Беспорядки и гибель людей — это спутники любых великих перемен.

    — Сапфира · книга
13. «

    На поле брани он пришёл, подчиняясь болезненному желанию собственными глазами увидеть последствия сражения. Но там царили лишь смерть и разложение, порождая в душе тревогу и ужас, а не ощущение славной победы, которое, как это представлял себе Эрагон, вспоминая старинные героические песни и легенды, он должен был бы испытывать.

    На поле брани он пришёл, подчиняясь болезненному желанию собственными глазами увидеть последствия сражения. Но там царили лишь смерть и разложение, порождая в душе тревогу и ужас, а не ощущение славной победы, которое, как это представлял себе Эрагон, вспоминая старинные героические песни и легенды, он должен был бы испытывать.

    — Эрагон. Возвращение · книга
14. «

    Поскольку я не в состоянии обеспечить тебе заботу, которую обязан обеспечить тебе как отец, я дам тебе единственное, что могу дать, — совет.

    Поскольку я не в состоянии обеспечить тебе заботу, которую обязан обеспечить тебе как отец, я дам тебе единственное, что могу дать, — совет.

    — Бром · книга
15. «

    Мало что из стоящих знаний даётся легко.

    Мало что из стоящих знаний даётся легко.

    — Эрагон. Наследие · книга
16. «

    Человек, который сражается за что-то большее, чем только за себя, может непринужденно убить сотню врагов.

    Человек, который сражается за что-то большее, чем только за себя, может непринужденно убить сотню врагов.

    — Роран · книга
17. «

    — Жизнь, насколько я могу судить, — это всегда и боль и удовольствие. И если болью придётся заплатить за часы наслаждения, то разве эта цена чрезмерно велика?

    — Жизнь, насколько я могу судить, — это всегда и боль и удовольствие. И если болью придётся заплатить за часы наслаждения, то разве эта цена чрезмерно велика?

    — Эрагон. Возвращение · книга
18. «

    Если хочешь быть счастливым, не думай о том, что еще должно случиться в будущем, как и о том, что вообще не в твоей власти.

    Если хочешь быть счастливым, не думай о том, что еще должно случиться в будущем, как и о том, что вообще не в твоей власти.

    — Эрагон · книга
19. «

    Подвиги детей — это следствие того воспитания, которое они получили от своих родителей.

    Подвиги детей — это следствие того воспитания, которое они получили от своих родителей.

    — Эрагон. Брисингр · книга
20. «

    ... Тот, кто стремится стать вождем племени или хотя бы военачальником, должен выдерживать более длительную и сильную боль, чем любой другой представитель племени. Иначе племя не сможет доверять своему вождю, не сможет быть уверенным, что он в трудную минуту не поставит свои интересы выше интересов племени.

    ... Тот, кто стремится стать вождем племени или хотя бы военачальником, должен выдерживать более длительную и сильную боль, чем любой другой представитель племени. Иначе племя не сможет доверять своему вождю, не сможет быть уверенным, что он в трудную минуту не поставит свои интересы выше интересов племени.

    — Эрагон. Брисингр · книга