11 мыслей Лейлы Мичема без воды

Подборка из 11 цитат Лейлы Мичема: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Тишина начинает звенеть, когда умирает тот, кого ты любил.

   Тишина начинает звенеть, когда умирает тот, кого ты любил.

   — Рейчел Толивер · книга
2. «

   Для солдата удачи никогда не бывает слишком много.

   Для солдата удачи никогда не бывает слишком много.

   — Перси Уорик · книга
3. «

   Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.

   Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.

   — Знак розы · книга
4. «

   Не смей больше ни минуты тратить на людей, которые не ценят этого.

   Не смей больше ни минуты тратить на людей, которые не ценят этого.

   — Мэри Толивер · книга
5. «

   Проклятие не имеет никакого отношения к безобразию, в которое они превратили свою жизнь. Они сами стали своим проклятием.

   Проклятие не имеет никакого отношения к безобразию, в которое они превратили свою жизнь. Они сами стали своим проклятием.

   — Знак розы · книга
6. «

   Мужчины здесь кричат, ругаются и молятся точно так же, как делали это на Второй мировой и на твоей войне, папа. Здесь все такое же — страх, скука, одиночество, всплеск адреналина, дружба, напряжение в ожидании следующей атаки, долгие ночи вдали от дома и семьи. <...> Но в перерывах между атаками я думаю о Клаудии и Матте, о том, что они с тобой, в безопасности.

   Мужчины здесь кричат, ругаются и молятся точно так же, как делали это на Второй мировой и на твоей войне, папа. Здесь все такое же — страх, скука, одиночество, всплеск адреналина, дружба, напряжение в ожидании следующей атаки, долгие ночи вдали от дома и семьи. <...> Но в перерывах между атаками я думаю о Клаудии и Матте, о том, что они с тобой, в безопасности.

   — Вайатт Уорик · книга
7. «

   Как может женщина так невозмутимо раскрывать свое сердце для боли, подобно глупому щенку, подставляющему живот под удар?

   Как может женщина так невозмутимо раскрывать свое сердце для боли, подобно глупому щенку, подставляющему живот под удар?

   — Знак розы · книга
8. «

   Война в Корее закончилась, и с болью в сердце Перси прочел, что нация, за которую отдал жизнь его сын и еще пятьдесят тысяч американских военнослужащих, мужчин и женщин, так и осталась разделенной. Политические разногласия не были урегулированы, а права человека по-прежнему нарушались.

   Война в Корее закончилась, и с болью в сердце Перси прочел, что нация, за которую отдал жизнь его сын и еще пятьдесят тысяч американских военнослужащих, мужчин и женщин, так и осталась разделенной. Политические разногласия не были урегулированы, а права человека по-прежнему нарушались.

   — Знак розы · книга
9. «

   Однажды кто-нибудь объявит войну, но никто не придет, чтобы на ней сразиться.

   Однажды кто-нибудь объявит войну, но никто не придет, чтобы на ней сразиться.

   — Знак розы · книга
10. «

    Все, кого она любила, ушли от нее — дед и отец, брат и мать. У нее оставался лишь Сомерсет, и он ждал ее. У нее была земля, которую она будет холить и лелеять, год за годом, урожай за урожаем, до конца дней своих. Как говорил Майлз, плантация никогда ее не бросит. На нее может напасть хлопковый долгоносик, обрушиться засуха или наводнение. В перерывах между этими напастями град может начисто уничтожить посевы, стоящие целое состояние, но земля все равно никуда не денется после того, как следы бедствия исчезнут с ее лица. Когда имеешь дело с землей, всегда остается надежда, чего нельзя сказать о людях.

    Все, кого она любила, ушли от нее — дед и отец, брат и мать. У нее оставался лишь Сомерсет, и он ждал ее. У нее была земля, которую она будет холить и лелеять, год за годом, урожай за урожаем, до конца дней своих. Как говорил Майлз, плантация никогда ее не бросит. На нее может напасть хлопковый долгоносик, обрушиться засуха или наводнение. В перерывах между этими напастями град может начисто уничтожить посевы, стоящие целое состояние, но земля все равно никуда не денется после того, как следы бедствия исчезнут с ее лица. Когда имеешь дело с землей, всегда остается надежда, чего нельзя сказать о людях.

    — Знак розы · книга
11. «

    Его объятия — опасное, конечно, место, но зато какое райское наслаждение чувствовать, как его руки обнимают ее, предлагая защиту, покой и... прощение.

    Его объятия — опасное, конечно, место, но зато какое райское наслаждение чувствовать, как его руки обнимают ее, предлагая защиту, покой и... прощение.

    — Знак розы · книга