226 афоризмов Лены Обуховы

Ниже 226 цитат Лены Обуховы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как обычно, паника настигла ее тогда, когда бояться стало уже нечего. Сердце в груди забилось так сильно, как будто она только что пробежала стометровку, руки дрожали. Из всего, что она сейчас могла сказать, цензурными были лишь запятые.

   Как обычно, паника настигла ее тогда, когда бояться стало уже нечего. Сердце в груди забилось так сильно, как будто она только что пробежала стометровку, руки дрожали. Из всего, что она сейчас могла сказать, цензурными были лишь запятые.

   — Наталья Тимошенко · книга
2. «

   Интересно, что некоторые вещи получается осознать только тогда, когда оглядываешься назад.

   Интересно, что некоторые вещи получается осознать только тогда, когда оглядываешься назад.

   — Наталья Тимошенко · книга
3. «

   Подчинённые, как дети. И как дети, они всегда чувствуют, сколько свободы вы готовы им дать и как много косяков простить. Решите для себя, какое поведение вы ждете и что будете делать, если оно будет отличаться. Пусть они это чувствуют. Если вы только угрожаете, но не выполняете угрозы, они будут вести себя так, как хотят. Поймите, чего больше хотите вы: работать с этими людьми или получать результат. Как только вы сделаете выбор в пользу второго, они станут шелковыми. Возможно, одного все-таки придется уволить, если случай запущенный.

   Подчинённые, как дети. И как дети, они всегда чувствуют, сколько свободы вы готовы им дать и как много косяков простить. Решите для себя, какое поведение вы ждете и что будете делать, если оно будет отличаться. Пусть они это чувствуют. Если вы только угрожаете, но не выполняете угрозы, они будут вести себя так, как хотят. Поймите, чего больше хотите вы: работать с этими людьми или получать результат. Как только вы сделаете выбор в пользу второго, они станут шелковыми. Возможно, одного все-таки придется уволить, если случай запущенный.

   — Наталья Тимошенко · книга
4. «

   Бессмысленно клеить чашку. Привкус клея остается.

   Бессмысленно клеить чашку. Привкус клея остается.

   — Наталья Тимошенко · книга
5. «

   Очень легко игнорировать существование человека, когда вокруг толпа народу, и почти невозможно, когда вы оказываетесь наедине.

   Очень легко игнорировать существование человека, когда вокруг толпа народу, и почти невозможно, когда вы оказываетесь наедине.

   — Наталья Тимошенко · книга
6. «

   Разумная осторожность всегда лучше отчаянной храбрости.

   Разумная осторожность всегда лучше отчаянной храбрости.

   — Наталья Тимошенко · книга
7. «

   Сверхъестественное открывается лишь единицам: тем, кто достаточно чувствителен для этого. Среди людей творческих профессий подобная восприимчивость встречается чаще, чем среди технарей.

   Сверхъестественное открывается лишь единицам: тем, кто достаточно чувствителен для этого. Среди людей творческих профессий подобная восприимчивость встречается чаще, чем среди технарей.

   — Нев · книга
8. «

   Обычно проклятые люди сгорают от неизвестной болезни или погибают в результате несчастного случая. То есть причина так или иначе внешняя.

   Обычно проклятые люди сгорают от неизвестной болезни или погибают в результате несчастного случая. То есть причина так или иначе внешняя.

   — Наталья Тимошенко · книга
9. «

   В этом вся прелесть: когда хорошо не только вместе, но и обоим в одном и том же месте тоже.

   В этом вся прелесть: когда хорошо не только вместе, но и обоим в одном и том же месте тоже.

   — Наталья Тимошенко · книга
10. «

    Она не помнила, как оказалась в лесу, не знала, кто именно ее преследует, но какой-то древний инстинкт, заложенный в каждом из нас еще с тех пор, как когда мы жили в пещерах и охотились на мамонтов, велел одно: бежать. Бежать, как можно быстрее.

    Она не помнила, как оказалась в лесу, не знала, кто именно ее преследует, но какой-то древний инстинкт, заложенный в каждом из нас еще с тех пор, как когда мы жили в пещерах и охотились на мамонтов, велел одно: бежать. Бежать, как можно быстрее.

    — Наталья Тимошенко · книга
11. «

    Усталость как рукой сняло, как это часто бывало с ним в ее присутствии. Лиле удавалось озарить его мир светом даже в одиннадцатом часу вечера после получасового блуждания в мокрую метель по незнакомым улицам в обшарпанном холле гостиницы, больше похожей на пустующее студенческое общежитие.

    Усталость как рукой сняло, как это часто бывало с ним в ее присутствии. Лиле удавалось озарить его мир светом даже в одиннадцатом часу вечера после получасового блуждания в мокрую метель по незнакомым улицам в обшарпанном холле гостиницы, больше похожей на пустующее студенческое общежитие.

    — Наталья Тимошенко · книга
12. «

    Первое время за столом царило неловкое молчание, какое обычно возникает там, где собираются люди, привыкшие говорить между собой в основном о деле, но неожиданно оказавшиеся в ситуации, когда о деле говорить не удобно, а других общих тем нет. Периодически кто-то пытался завязать разговор, но он быстро утихал. Однако вкусная еда и алкоголь вскоре развязали всем языки.

    Первое время за столом царило неловкое молчание, какое обычно возникает там, где собираются люди, привыкшие говорить между собой в основном о деле, но неожиданно оказавшиеся в ситуации, когда о деле говорить не удобно, а других общих тем нет. Периодически кто-то пытался завязать разговор, но он быстро утихал. Однако вкусная еда и алкоголь вскоре развязали всем языки.

    — Наталья Тимошенко · книга
13. «

    Часы на стене тикали слишком громко, слишком быстро. Это тревожный, суетный звук вкупе с шумом дождя и ветра за окном мешал уснуть.

    Часы на стене тикали слишком громко, слишком быстро. Это тревожный, суетный звук вкупе с шумом дождя и ветра за окном мешал уснуть.

    — Наталья Тимошенко · книга
14. «

    Даже один день рядом с ней для меня имеет больше смысла, чем вся предыдущая жизнь. И каждый из них я буду помнить до самого конца.

    Даже один день рядом с ней для меня имеет больше смысла, чем вся предыдущая жизнь. И каждый из них я буду помнить до самого конца.

    — Наталья Тимошенко · книга
15. «

    Он часто говорил вслух, хотя жил один. Чтобы придать этой привычке какой-то смысл.

    Он часто говорил вслух, хотя жил один. Чтобы придать этой привычке какой-то смысл.

    — Наталья Тимошенко · книга
16. «

    То, что человек готовил другому, и есть лучшее наказание для него. Самое справедливое.

    То, что человек готовил другому, и есть лучшее наказание для него. Самое справедливое.

    — Невеста смерти · книга
17. «

    То есть ты напомнила человеку о самом страшном дне в его жизни, обвинила его в черствости по этому поводу и удивляешься, что он обиделся?

    То есть ты напомнила человеку о самом страшном дне в его жизни, обвинила его в черствости по этому поводу и удивляешься, что он обиделся?

    — Наталья Тимошенко · книга
18. «

    Проблема современных автомобилей в том, что сам ты можешь только омывайку долить, в крайнем случае — масло, и то рискуешь потерять гарантию. А во всех остальных надо вызывать эвакуатор и ехать в сервис.

    Проблема современных автомобилей в том, что сам ты можешь только омывайку долить, в крайнем случае — масло, и то рискуешь потерять гарантию. А во всех остальных надо вызывать эвакуатор и ехать в сервис.

    — Наталья Тимошенко · книга
19. «

    Сейчас больше всего на свете ей хотелось принять горячий душ, чтобы смыть с себя два прошедших дня, потом наполнить вану до краев, зажечь свечи, взять книгу и проваляться в воде часа полтора, время от времени доливая теплую воду, а не готовит суп из консервов посреди леса в компании малознакомых людей.

    Сейчас больше всего на свете ей хотелось принять горячий душ, чтобы смыть с себя два прошедших дня, потом наполнить вану до краев, зажечь свечи, взять книгу и проваляться в воде часа полтора, время от времени доливая теплую воду, а не готовит суп из консервов посреди леса в компании малознакомых людей.

    — Наталья Тимошенко · книга
20. «

    Посреди комнаты стоял стул. Он выглядел так неуместно, что вызвал своим присутствием холодные мурашки.

    Посреди комнаты стоял стул. Он выглядел так неуместно, что вызвал своим присутствием холодные мурашки.

    — Наталья Тимошенко · книга