Что говорила Лена Обухова: 233 цитаты

Ниже 233 цитаты Лены Обуховы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   И в Питере, и в Москве кафе выглядели совсем иначе. Все здесь передавало «привет» из восьмидесятых: и буфетная стойка, и голые столики, и унылые стулья. Заведение больше походило на столовую. Даже заказ здесь нужно было делать, подойдя к стойке.

   И в Питере, и в Москве кафе выглядели совсем иначе. Все здесь передавало «привет» из восьмидесятых: и буфетная стойка, и голые столики, и унылые стулья. Заведение больше походило на столовую. Даже заказ здесь нужно было делать, подойдя к стойке.

   — Наталья Тимошенко · книга
2. «

   Резкие звуки на фоне тишины всегда нервировали. То, на что в дневной суете мозг не обращает внимания, в ночи заставляет сердце отчаянно колотиться.

   Резкие звуки на фоне тишины всегда нервировали. То, на что в дневной суете мозг не обращает внимания, в ночи заставляет сердце отчаянно колотиться.

   — Наталья Тимошенко · книга
3. «

   Отказываясь от права решать за себя, стоит думать о худшем.

   Отказываясь от права решать за себя, стоит думать о худшем.

   — Невеста смерти · книга
4. «

   Ей всегда казалось, что старшие мужчины должны хотя бы иногда вести себя с женщиной как с ребенком, даже если она уже давно им не является.

   Ей всегда казалось, что старшие мужчины должны хотя бы иногда вести себя с женщиной как с ребенком, даже если она уже давно им не является.

   — Наталья Тимошенко · книга
5. «

   Начался самый настоящий шторм: старые сосны, росшие вокруг дома, с громким скрипом клонились к земле, ветер швырял в окна потоки воды, а где-то в далеке сверкали молнии. Впрочем, ничего необычного для Санкт-Петербурга в этом не было. Лето частенько начиналось с бесконечных штормов и дождей.

   Начался самый настоящий шторм: старые сосны, росшие вокруг дома, с громким скрипом клонились к земле, ветер швырял в окна потоки воды, а где-то в далеке сверкали молнии. Впрочем, ничего необычного для Санкт-Петербурга в этом не было. Лето частенько начиналось с бесконечных штормов и дождей.

   — Наталья Тимошенко · книга
6. «

   Смерть очищает от всех грехов.

   Смерть очищает от всех грехов.

   — Наталья Тимошенко · книга
7. «

   Проклятие — словно сеть, которая плетется под конкретного человека, а потом набрасывается на него «сверху». Запутавшись в сети, он постепенно погибает, как рыба, попавшая в неё. Но сеть эту можно снять. «Сжечь», тогда человек останется жить. Родовое проклятие от индивидуального отличается только тем, что на каждого нового новорожденного набрасывается новая сеть.

   Проклятие — словно сеть, которая плетется под конкретного человека, а потом набрасывается на него «сверху». Запутавшись в сети, он постепенно погибает, как рыба, попавшая в неё. Но сеть эту можно снять. «Сжечь», тогда человек останется жить. Родовое проклятие от индивидуального отличается только тем, что на каждого нового новорожденного набрасывается новая сеть.

   — Наталья Тимошенко · книга
8. «

   Она прекрасно знала о его чувствах к ней, как и он знал о ее к нему, и если бы не его выдержка и понятия о благородстве, она бы давно натворила глупостей.

   Она прекрасно знала о его чувствах к ней, как и он знал о ее к нему, и если бы не его выдержка и понятия о благородстве, она бы давно натворила глупостей.

   — Наталья Тимошенко · книга
9. «

   Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

   Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

   — Наталья Тимошенко · книга
10. «

    Ему было за пятьдесят, но он относился к той категории мужчин, которые умели за собой следить и с годами остановились лишь привлекательнее.

    Ему было за пятьдесят, но он относился к той категории мужчин, которые умели за собой следить и с годами остановились лишь привлекательнее.

    — Наталья Тимошенко · книга
11. «

    Его его одиночество последние годы объяснялось тем, что все чувства, эмоции и желания в нём застыли, а порой и вовсе казалось, что их нет и никогда не было. И вот теперь они ловко зашевелились, разминая затекшие конечности и пытаясь снова выбраться наружу и подчинить его себе. Ему это даже нравилось: было приятно осознавать, что ещё не всё в нём умерло.

    Его его одиночество последние годы объяснялось тем, что все чувства, эмоции и желания в нём застыли, а порой и вовсе казалось, что их нет и никогда не было. И вот теперь они ловко зашевелились, разминая затекшие конечности и пытаясь снова выбраться наружу и подчинить его себе. Ему это даже нравилось: было приятно осознавать, что ещё не всё в нём умерло.

    — Наталья Тимошенко · книга
12. «

    Всех денег не заработать, как гласила старая истина, а вот вляпаться в неприятности можно запросто.

    Всех денег не заработать, как гласила старая истина, а вот вляпаться в неприятности можно запросто.

    — Наталья Тимошенко · книга
13. «

    Мерное жужжание телефона, поставленного в режим вибровызова, будило не хуже, чем звонок. Если не лучше. Звенящий телефон можно спрятать под подушку и, приглушив звуки, спать дальше, а вот с вибрацией ничего не сделать.

    Мерное жужжание телефона, поставленного в режим вибровызова, будило не хуже, чем звонок. Если не лучше. Звенящий телефон можно спрятать под подушку и, приглушив звуки, спать дальше, а вот с вибрацией ничего не сделать.

    — Наталья Тимошенко · книга
14. «

    Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

    Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

    — Наталья Тимошенко · книга
15. «

    Страх сковывал и парализовывал, не давая двигаться, не давая думать. От этого становилось ещё страшнее. Потому что вскоре так могло парализовать и сердце.

    Страх сковывал и парализовывал, не давая двигаться, не давая думать. От этого становилось ещё страшнее. Потому что вскоре так могло парализовать и сердце.

    — Наталья Тимошенко · книга
16. «

    Как порой ошибаются люди, старательно выискивающие в книгах авторов, то чем они живут, во что верят и чего боятся.

    Как порой ошибаются люди, старательно выискивающие в книгах авторов, то чем они живут, во что верят и чего боятся.

    — Наталья Тимошенко · книга
17. «

    Быть готовым умереть за женщину и быть готовым прожить с ней до конца дней — это очень разные вещи.

    Быть готовым умереть за женщину и быть готовым прожить с ней до конца дней — это очень разные вещи.

    — Наталья Тимошенко · книга
18. «

    Бессмысленно клеить чашку. Привкус клея остается.

    Бессмысленно клеить чашку. Привкус клея остается.

    — Наталья Тимошенко · книга
19. «

    Я современный человек: когда смартфон вне поле моего зрения, я начинаю нервничать.

    Я современный человек: когда смартфон вне поле моего зрения, я начинаю нервничать.

    — Наталья Тимошенко · книга
20. «

    Между ними уже не было никакой неловкости, взаимное влечение оставалось, и лишний раз искушать себя соблазном он не хотел.

    Между ними уже не было никакой неловкости, взаимное влечение оставалось, и лишний раз искушать себя соблазном он не хотел.

    — Наталья Тимошенко · книга