82 афоризмов Лены Обуховы

Ниже 82 цитаты Лены Обуховы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Бог сам решает, кому дар какой дать. Но не каждый дар от Бога.

   Бог сам решает, кому дар какой дать. Но не каждый дар от Бога.

   — Наталья Тимошенко · книга
2. «

   Выбор есть всегда, просто некоторые возможности люди сознательно или подсознательно игнорируют.

   Выбор есть всегда, просто некоторые возможности люди сознательно или подсознательно игнорируют.

   — Наталья Тимошенко · книга
3. «

   Он не производил впечатления человека, который подолгу и с удовольствием может возиться на кухне ради готовки для самого себя. В библиотеке среди книг — да, но не кухне.

   Он не производил впечатления человека, который подолгу и с удовольствием может возиться на кухне ради готовки для самого себя. В библиотеке среди книг — да, но не кухне.

   — Наталья Тимошенко · книга
4. «

   Основой для настоящей любви могут быть три вещи: жалость, восхищение и благодарность.

   Основой для настоящей любви могут быть три вещи: жалость, восхищение и благодарность.

   — Наталья Тимошенко · книга
5. «

   Он любил Санкт-Петербург с его толпами людей и шумом, с библиотеками и театрами, кинотеатрами и ресторанами.

   Он любил Санкт-Петербург с его толпами людей и шумом, с библиотеками и театрами, кинотеатрами и ресторанами.

   — Наталья Тимошенко · книга
6. «

   Девушки, особенно достойные, требуют времени. Серьезные отношения требуют времени. И сил.

   Девушки, особенно достойные, требуют времени. Серьезные отношения требуют времени. И сил.

   — Наталья Тимошенко · книга
7. «

   Если кому-то вдруг прямо сейчас понадобится помощь, половина этих людей сделает вид, что ничего не замечает, и пройдет мимо, а вторая половина остановится и поможет, если будет в состоянии это сделать.

   Если кому-то вдруг прямо сейчас понадобится помощь, половина этих людей сделает вид, что ничего не замечает, и пройдет мимо, а вторая половина остановится и поможет, если будет в состоянии это сделать.

   — Наталья Тимошенко · книга
8. «

   Проклятие — словно сеть, которая плетется под конкретного человека, а потом набрасывается на него «сверху». Запутавшись в сети, он постепенно погибает, как рыба, попавшая в неё. Но сеть эту можно снять. «Сжечь», тогда человек останется жить. Родовое проклятие от индивидуального отличается только тем, что на каждого нового новорожденного набрасывается новая сеть.

   Проклятие — словно сеть, которая плетется под конкретного человека, а потом набрасывается на него «сверху». Запутавшись в сети, он постепенно погибает, как рыба, попавшая в неё. Но сеть эту можно снять. «Сжечь», тогда человек останется жить. Родовое проклятие от индивидуального отличается только тем, что на каждого нового новорожденного набрасывается новая сеть.

   — Наталья Тимошенко · книга
9. «

   Существуют места, где линия времени может свиваться в спираль, завиваться узлом или идти зигзагом. Признаками всего этого являются слишком быстрый ход времени, слишком медленный ход времени, даже ход времени вспять. В местах таких аномалий возможно неконтролируемое путешествие во времени. Ты словно незаметно проваливаешься в прошлое или будущее, а потом также незаметно возвращаешься.

   Существуют места, где линия времени может свиваться в спираль, завиваться узлом или идти зигзагом. Признаками всего этого являются слишком быстрый ход времени, слишком медленный ход времени, даже ход времени вспять. В местах таких аномалий возможно неконтролируемое путешествие во времени. Ты словно незаметно проваливаешься в прошлое или будущее, а потом также незаметно возвращаешься.

   — Наталья Тимошенко · книга
10. «

    Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

    Смерть зачастую стирает все обиды и недопонимания.

    — Наталья Тимошенко · книга
11. «

    Некоторое время они молчали, наслаждаясь спокойствием, редко выпадающим городским жителям. Вокруг не было слышно ни шума автомобилей, ни разговоров людей. Казалось, даже деревья замерли, чтобы не потревожить утреннюю тишину.

    Некоторое время они молчали, наслаждаясь спокойствием, редко выпадающим городским жителям. Вокруг не было слышно ни шума автомобилей, ни разговоров людей. Казалось, даже деревья замерли, чтобы не потревожить утреннюю тишину.

    — Наталья Тимошенко · книга
12. «

    Чувство вины всегда злило её. Она не любила быть не правой тем более не любила, когда ей указывали на её неправоту. Но сейчас почему-то злости не было. Она лишь чувствовала вину за свои слова, за то, что в попытке доказать ему свою правоту задела то, что не должна была трогать. Она готова была извиниться, но это не означало, что она поменяла свое мнение относительно задач их расследования.

    Чувство вины всегда злило её. Она не любила быть не правой тем более не любила, когда ей указывали на её неправоту. Но сейчас почему-то злости не было. Она лишь чувствовала вину за свои слова, за то, что в попытке доказать ему свою правоту задела то, что не должна была трогать. Она готова была извиниться, но это не означало, что она поменяла свое мнение относительно задач их расследования.

    — Наталья Тимошенко · книга
13. «

    Он живёт по своим правилам, не признаёт никаких ограничений, кроме собственных. Он выглядит так, как ему нравится, а не так, как кому-то может казаться правильным. Занимается тем, что ему доставляет удовольствие, до тех пор, пока это происходит. Общается с теми, кто ему интересен, игнорирует тех, кто вызывает негативные эмоции, даже если правильнее было бы дружить с этим людьми. И если его кто-то привлекает, то он не тратит время на лишние сомнения по поводу возраста, расы или пола. Он по-настоящему свободен.

    Он живёт по своим правилам, не признаёт никаких ограничений, кроме собственных. Он выглядит так, как ему нравится, а не так, как кому-то может казаться правильным. Занимается тем, что ему доставляет удовольствие, до тех пор, пока это происходит. Общается с теми, кто ему интересен, игнорирует тех, кто вызывает негативные эмоции, даже если правильнее было бы дружить с этим людьми. И если его кто-то привлекает, то он не тратит время на лишние сомнения по поводу возраста, расы или пола. Он по-настоящему свободен.

    — Наталья Тимошенко · книга
14. «

    Запах прелого сена и тишина действовали лучше любого снотворного.

    Запах прелого сена и тишина действовали лучше любого снотворного.

    — Наталья Тимошенко · книга
15. «

    Типичное китайское барахло, которое лично он своему ребенку в руки дал бы только после дезинфекции.

    Типичное китайское барахло, которое лично он своему ребенку в руки дал бы только после дезинфекции.

    — Наталья Тимошенко · книга
16. «

    Темнота за окном и шум дождя навевали сонливое состояние.

    Темнота за окном и шум дождя навевали сонливое состояние.

    — Наталья Тимошенко · книга
17. «

    Каждый из нас счастлив только тогда, когда находится на своем месте: занимается правильным делом, окружен правильными людьми.

    Каждый из нас счастлив только тогда, когда находится на своем месте: занимается правильным делом, окружен правильными людьми.

    — Нев · книга
18. «

    Какими бы невероятными ни были порой городские легенды, питала их зачастую какая-то реальная история.

    Какими бы невероятными ни были порой городские легенды, питала их зачастую какая-то реальная история.

    — Наталья Тимошенко · книга
19. «

    — Тебе, в отличие от других, можно давать оценку действиям и чувствам окружающих тебя людей? — В отличие от других, я хотя бы формирую эту оценку, опираясь на логику и данные, которые эти другие мне сами и сообщили, а не на собственные эмоции и сведения, которые выявились у них за спиной и против их воли.

    — Тебе, в отличие от других, можно давать оценку действиям и чувствам окружающих тебя людей? — В отличие от других, я хотя бы формирую эту оценку, опираясь на логику и данные, которые эти другие мне сами и сообщили, а не на собственные эмоции и сведения, которые выявились у них за спиной и против их воли.

    — Наталья Тимошенко · книга
20. «

    Тяга к приключениям и любопытство всегда были в ней сильнее инстинкта самосохранения.

    Тяга к приключениям и любопытство всегда были в ней сильнее инстинкта самосохранения.

    — Наталья Тимошенко · книга