303 цитаты Льва Николаевича Толстого — коротко и по делу

Ниже 303 цитаты Льва Николаевича Толстого — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Кто усовершенствовался, тот не может верить тому, чтобы это усовершенствование кончилось.

   Кто усовершенствовался, тот не может верить тому, чтобы это усовершенствование кончилось.
2. «

   Всякое знание есть только подведение сущности жизни под законы разума.

   Всякое знание есть только подведение сущности жизни под законы разума.

   — Война и мир · книга
3. «

   Плохо, если у человека нет чего-нибудь такого, за что он готов умереть.

   Плохо, если у человека нет чего-нибудь такого, за что он готов умереть.
4. «

   Люди вечно заблуждаются и будут заблуждаться, и ни в чем больше, как в том, что они считают справедливым и несправедливым.

   Люди вечно заблуждаются и будут заблуждаться, и ни в чем больше, как в том, что они считают справедливым и несправедливым.

   — Андрей Болконский · книга
5. «

   Перестань говорить тотчас же, когда заметишь, что раздражаешься сам или тот, с кем говоришь. Несказанное слово — золотое.

   Перестань говорить тотчас же, когда заметишь, что раздражаешься сам или тот, с кем говоришь. Несказанное слово — золотое.
6. «

   Знание смиряет великого, удивляет обыкновенного и раздувает маленького человека.

   Знание смиряет великого, удивляет обыкновенного и раздувает маленького человека.
7. «

   Молодость не мешает быть храбрым.

   Молодость не мешает быть храбрым.

   — Сухтелен · книга
8. «

   Но я женат, и поверь, что, узнав одну свою жену (как кто-то писал), которую ты любишь, ты лучше узнаешь всех женщин, чем если бы ты знал их тысячи.

   Но я женат, и поверь, что, узнав одну свою жену (как кто-то писал), которую ты любишь, ты лучше узнаешь всех женщин, чем если бы ты знал их тысячи.

   — Серпуховской · книга
9. «

   Анна говорила, что приходило ей на язык, и сама удивлялась, слушая себя, своей способности лжи. Как просты, естественны были ее слова и как похоже было, что ей просто хочется спать! Она чувствовала себя одетою в непроницаемую броню лжи. Она чувствовала, что какая-то невидимая сила помогала ей и поддерживала ее.

   Анна говорила, что приходило ей на язык, и сама удивлялась, слушая себя, своей способности лжи. Как просты, естественны были ее слова и как похоже было, что ей просто хочется спать! Она чувствовала себя одетою в непроницаемую броню лжи. Она чувствовала, что какая-то невидимая сила помогала ей и поддерживала ее.

   — Анна Каренина · книга
10. «

    Если человек серьёзен и искренен в поисках нравственности, то первое, от чего он должен отвернуться — это мясоедение... Вегетарианство считается критерием, по которому можно распознать, насколько серьёзно и истинно стремление человека к моральному совершенству.

    Если человек серьёзен и искренен в поисках нравственности, то первое, от чего он должен отвернуться — это мясоедение... Вегетарианство считается критерием, по которому можно распознать, насколько серьёзно и истинно стремление человека к моральному совершенству.
11. «

    Никто никогда не раскаивался, что жил слишком просто.

    Никто никогда не раскаивался, что жил слишком просто.

    — Путь жизни · книга
12. «

    Можно делать добро, не имея полного знания того, что есть добро и зло.

    Можно делать добро, не имея полного знания того, что есть добро и зло.
13. «

    Глаза — зеркало души.

    Глаза — зеркало души.
14. «

    Будьте оба осторожны, внимательны больше всего другого к взаимным отношениям, чтобы не закрались привычки раздражения, отчужденности. Нелегкое дело стать одною душою и одним телом. Надо стараться. Но и награда за старание большая. А средство я знаю одно главное: ни на минуту из-за любви супружеской не забывать, не утрачивать любви и уважения, как человека к человеку. Чтобы были отношения, как мужа с женою, — но в основе всего, чтобы были отношения, как к постороннему, к ближнему, эти-то отношения главное. В них держава.

    Будьте оба осторожны, внимательны больше всего другого к взаимным отношениям, чтобы не закрались привычки раздражения, отчужденности. Нелегкое дело стать одною душою и одним телом. Надо стараться. Но и награда за старание большая. А средство я знаю одно главное: ни на минуту из-за любви супружеской не забывать, не утрачивать любви и уважения, как человека к человеку. Чтобы были отношения, как мужа с женою, — но в основе всего, чтобы были отношения, как к постороннему, к ближнему, эти-то отношения главное. В них держава.
15. «

    Я вот уже почти год не ем мяса и чувствую себя отлично. Думать, что мясо необходимо, — вздор. Это всего лишь мнение науки, а та всегда рада ухватиться за всякую нелепость. Полмира не ест мяса — и живет прекрасно.

    Я вот уже почти год не ем мяса и чувствую себя отлично. Думать, что мясо необходимо, — вздор. Это всего лишь мнение науки, а та всегда рада ухватиться за всякую нелепость. Полмира не ест мяса — и живет прекрасно.
16. «

    Об исходе каждого совершающегося события всегда бывает так много предположений, что, чем бы оно ни кончилось, всегда найдутся люди, которые скажут: «Я тогда еще сказал, что это так будет», забывая совсем, что в числе бесчисленных предположений были делаемы и совершенно противоположные.

    Об исходе каждого совершающегося события всегда бывает так много предположений, что, чем бы оно ни кончилось, всегда найдутся люди, которые скажут: «Я тогда еще сказал, что это так будет», забывая совсем, что в числе бесчисленных предположений были делаемы и совершенно противоположные.

    — Война и мир · книга
17. «

    Для истинной веры не нужно ни храмов, ни украшений, ни пения, ни многолюдных собраний. Напротив, истинная вера входит в сердце всегда только в тишине и уединении.

    Для истинной веры не нужно ни храмов, ни украшений, ни пения, ни многолюдных собраний. Напротив, истинная вера входит в сердце всегда только в тишине и уединении.

    — Путь жизни · книга
18. «

    Героический выход — по-моему, тот, чтобы священник, собрав своих прихожан, вышел к ним на амвон и вместо службы и поклонов иконам поклонился бы до земли народу, прося прощение у него за то, что вводил его в заблуждение.

    Героический выход — по-моему, тот, чтобы священник, собрав своих прихожан, вышел к ним на амвон и вместо службы и поклонов иконам поклонился бы до земли народу, прося прощение у него за то, что вводил его в заблуждение.
19. «

    Любить? Всех любить и всегда любить нельзя — не осилишь. Разумеется, это хорошо бы. Но это невозможно, как невозможно не спать. И тот, кто точно любил, знает, и чем сильнее он любил, знает, что этого нельзя. Не достанет внимания. Чтоб полюбить, надо вникнуть в чужую душу. А это труд, для которого нужны силы. А когда их нет, не надо притворяться. Не надо, не вникнув в душу чужую, уверять себя, что я люблю его. Это ложь. Не надо тоже и слегка принять участие в нём, возненавидеть его врагов (это бывает самая обычная форма поверхностной любви). Это похоже на то, как очищаешься от репьев, с одного места отцепишь к другому: — Что-бы любить, нужно внимание, усилие, которое ограничено, и мы не можем всегда владеть им. Когда есть это внимание, слава Богу, и потому надо не тратить эту силу на пустяки, а беречь её. Но когда нет этой силы, то надо не обманывать себя, что любишь, а напрягать все силы на то, чтобы только не не любить, чтобы не допускать себе в душу враждебных чувств.

    Любить? Всех любить и всегда любить нельзя — не осилишь. Разумеется, это хорошо бы. Но это невозможно, как невозможно не спать. И тот, кто точно любил, знает, и чем сильнее он любил, знает, что этого нельзя. Не достанет внимания. Чтоб полюбить, надо вникнуть в чужую душу. А это труд, для которого нужны силы. А когда их нет, не надо притворяться. Не надо, не вникнув в душу чужую, уверять себя, что я люблю его. Это ложь. Не надо тоже и слегка принять участие в нём, возненавидеть его врагов (это бывает самая обычная форма поверхностной любви). Это похоже на то, как очищаешься от репьев, с одного места отцепишь к другому: — Что-бы любить, нужно внимание, усилие, которое ограничено, и мы не можем всегда владеть им. Когда есть это внимание, слава Богу, и потому надо не тратить эту силу на пустяки, а беречь её. Но когда нет этой силы, то надо не обманывать себя, что любишь, а напрягать все силы на то, чтобы только не не любить, чтобы не допускать себе в душу враждебных чувств.
20. «

    Не говоря уже о любви ко мне, которой нет и следа, ей не нужна и моя любовь к ней, ей нужно одно: чтобы люди думали, что я люблю ее. Ужасно.

    Не говоря уже о любви ко мне, которой нет и следа, ей не нужна и моя любовь к ней, ей нужно одно: чтобы люди думали, что я люблю ее. Ужасно.