Во-первых, мы обеспечили каждого базовым медицинским обслуживанием. Во-вторых, мы создали разные уровни медицинского обслуживания для тех, кого не устраивает базовый. Мы добились того, чтобы каждый мог получить необходимую медицинскую помощь — не равную, но оправданную. Мы не равны, мы по-разному питаемся, так как же мы можем требовать равного лечения? Демагоги часто заявляют, что это эксплуатация бедняков, что нужно отдать беднякам лучших врачей и лучшие средства. Эти говоруны могут получить чьи-то голоса, но в большинстве своем люди не считают такие действия обоснованными и не верят им.
По ряду качественных показателей, в том числе по доходу на душу населения, Сингапур сейчас котируется как развитая страна. Но правительство это не радует — ведь мы слишком хорошо знаем, насколько он зависим от иностранных технологий, иностранных менеджеров и ученых. Нам рано играть в одной лиге с Америкой, Японией или Германией с их богатыми человеческими, научными и технологическими ресурсами. С большой натяжкой мы можем приравнять себя к Португалии, Греции и Испании.
Сингапур — общество, основанное на личных усилиях и заслугах, а не на богатстве и привилегиях, полученных по праву рождения. Ни одна сторона жизни руководителя не может быть закрыта для его подчиненных. Если он играет в сквош, теннис или гольф, то и подчиненные должны иметь возможность делать это. Если руководитель едет в отпуск за границу, то и подчиненным это должно быть доступно.
Я верю в то, что каждый человек имеет право на шанс независимо от богатства или положения его отца, — чтобы он мог проявить свои лучшие качества, соревноваться на равных и подняться на самую вершину. И так должно быть везде — в Москве, в Пекине, в Вашингтоне, и в Лондоне. Потому что невозможно изменить человеческую натуру.
Я человек другого поколения. Мне неинтересно то и дело менять костюм или марку машины, или что-то еще согласно новым веяниям моды. Мне это ни к чему. Я не сужу о людях по их внешнему виду. Конечно, я не люблю нерях, красующихся в грязных костюмах, нечесаных и небритых. И вам вовсе не обязательно быть такими. Но на меня не производит впечатления костюм от Армани — ни за 5000 долларов, ни за 10 000.
Нам следует стать небольшим, но крайне необходимым звеном в мировой системе транспорта и связи, обмена услугами и товарами, инвестициями и финансами. Как только мы не сможем соответствовать уровню развитых стран, нас вернут в прошлое, к рыболовству и сельскому хозяйству. Наше население опустится до того состояния, в котором его застала Ост-Индская компания, явившаяся в Сингапур, чтобы построить здесь свободный порт: рыбачий поселок со 120 жителями, промышляющими собирательством, рыбной ловлей и пиратством!
Коммунистическая идеология больше не туманит разум народу Китая. Ни один житель Китая теперь не воспринимает коммунизм как веяние будущего. Они знают, как живут китайцы Тайваня и Гонконга, и хотят быть такими же богатыми, как они.
Я капитан команды. Но выдающийся успех не может быть достигнут благодаря одному капитану. Важную роль играет каждый ее член. И еще ни одна команда не выиграла без отлаженной совместной работы.
Я не могу сказать положа руку на сердце, что считаю коммунизм безусловным порождением зла, ибо знаю некоторые страны, которым коммунизм принес великое облегчение, придя на смену предыдущему режиму. И это очередная серьезная проблема, с которой мы столкнулись. Почти 600 миллионов китайцев придерживаются такой философии и видят в ней достойный ответ гнилому, коррумпированному и жестокому обществу, ставшему таким оттого, что люди окончательно лишились самоуважения и системы ценностей.
Когда-то над Сингапуром смеялись как над чистым, зеленым, безопасным, организованным, но в то же время скучным, стерильным городом. Теперь наш город полон обаяния, он стал привлекателен благодаря произведениям искусства, культурным центрам, музеям, галереям, театру «Эспланада» на берегу залива, Западному и Китайскому оркестрам. На сцене «Эспланады» постоянно выступают перед публикой музыкальные коллективы, а среди нас живут свои писатели и художники.
Когда португальцы, голландцы, британцы и французы явились в Юго-Восточную Азию, они разделили ее между собой подобно тому, как современные гангстеры делят города на сферы влияния. Они не только перекроили географию, но и исказили ход истории. В эру колониализма связи между Джакартой и Амстердамом или между Сингапуром и Лондоном были более тесными, чем между Джакартой и Сингапуром. Таковы абсурдные последствия колониального владычества европейцев.
Есть хорошая китайская поговорка: «не судите человека, пока на заколотили крышку его гроба». Я все еще могу успеть наделать глупостей, до того как умру.
В Сингапуре царят спокойствие, уверенность и гармония. Это возможно благодаря тому, что мы твердо знаем: нет таких проблем, которые нельзя решить с помощью честного и эффективного правительства.
Если бы я выбирал профессию, которая требует наибольших затрат сил при мизерной отдаче, то, скорее всего, это было бы преподавание (при условии серьезного к нему отношения). Учитель должен уметь убеждать, вдохновлять, увлекать и дисциплинировать молодой ум, прививая ему правильные привычки. Он должен обладать талантом.
Есть работа, которую необходимо выполнить. И неважно, делается она в офисе с кондиционером или в фабричном цехе, или под дождем и солнцем, ее следует сделать, притом хорошо. Это и есть наш путь вперед.
Еще студентом я усвоил, что каждое слово имеет три значения: то, которое в него вкладывает говорящий, то, как его услышали люди, и то, как понял его я.
Почти 30 лет мы стремились к эгалитарному обществу. Но если мы хотим получить успешных предпринимателей, нам придется смириться с неравенством в зарплатах успешных и менее успешных сотрудников.