71 мыслей Лизы Джейна Смита без воды

Подборка из 71 цитата Лизы Джейна Смита: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Ей нужен защитник, а не насильник.

   — Ей нужен защитник, а не насильник.

   — Стефан Сальваторе · книга
2. «

   The funeral fire dances, is twisted, flies and dances, And from high heavens the moon pours the midnight light. And fire language the roast to me will cool a soul, - Tempted at the night, I will break in the afternoon the given vow.

   The funeral fire dances, is twisted, flies and dances, And from high heavens the moon pours the midnight light. And fire language the roast to me will cool a soul, - Tempted at the night, I will break in the afternoon the given vow.

   — Избранная · книга
3. «

   Метт, Стефан и Деймон. Снова вместе и все дружно думают о Елене.

   Метт, Стефан и Деймон. Снова вместе и все дружно думают о Елене.

   — Бонни (Bonnie) · книга
4. «

   – Что ты готовишь? – Ничего особенного. Мушу жоу и хэй цзяо ню лю. Объясняю для невежд: обжаренная свинина и блинчики с начинкой.

   – Что ты готовишь? – Ничего особенного. Мушу жоу и хэй цзяо ню лю. Объясняю для невежд: обжаренная свинина и блинчики с начинкой.

   — Дженни · книга
5. «

   – Ты заболеешь. Тебе нельзя это пить. Тебе нужна кровь. Тьерри вскочил, дрожа от ярости, гнева и беспомощности. – А как насчет твоей? – Как мило! Но это не поможет. Тебе нужна кровь живых существ.

   – Ты заболеешь. Тебе нельзя это пить. Тебе нужна кровь. Тьерри вскочил, дрожа от ярости, гнева и беспомощности. – А как насчет твоей? – Как мило! Но это не поможет. Тебе нужна кровь живых существ.

   — Тьерри · книга
6. «

   По-прежнему лежа на кровати, она прислушалась к тихим шорохам внизу. Елена совершенно точно знала, что Дамон найдет к ней дорогу, если захочет. Когда он так стремился к своей цели, никакой замок не мог его сдержать.

   По-прежнему лежа на кровати, она прислушалась к тихим шорохам внизу. Елена совершенно точно знала, что Дамон найдет к ней дорогу, если захочет. Когда он так стремился к своей цели, никакой замок не мог его сдержать.

   — Дневники вампира. Голод · книга
7. «

   Поэты и философы, которых я когда-то любил, били неправы. Смерть приходит не ко всем, течение времени не притупляет воспоминаний и не обращает тела в прах. Меня признали мертвым и установили на холодной земле могильный камень с моим именем. Он символизировал конец земного пути, но на самом деле моя жизнь тогда только началась. Kaк будто я долгие годы спал, прозябал в темноте, а потом проснулся, и мир оказался ярче, вольнее и интереснее, чем я когда-либо воображал. Люди, которых я знал, продолжали существовать так же, как я раньше. Они тратили свои короткие жизни на посещения рынка, возделывание полей и поцелуи украдкой, после заката солнца. Для меня они стали всего лишь тенями, значащими не больше чем испуганные белки и кролики, который скачут по лесу, не осознавая мира вокруг. Но я не был тенью. Я был жив — и одновременно неподвластным страху смерти. Я победил смерть. Я большее не был случайным гостем в этом мире. Я был его хозяином, и вечность должна была склониться предо мной…

   Поэты и философы, которых я когда-то любил, били неправы. Смерть приходит не ко всем, течение времени не притупляет воспоминаний и не обращает тела в прах. Меня признали мертвым и установили на холодной земле могильный камень с моим именем. Он символизировал конец земного пути, но на самом деле моя жизнь тогда только началась. Kaк будто я долгие годы спал, прозябал в темноте, а потом проснулся, и мир оказался ярче, вольнее и интереснее, чем я когда-либо воображал. Люди, которых я знал, продолжали существовать так же, как я раньше. Они тратили свои короткие жизни на посещения рынка, возделывание полей и поцелуи украдкой, после заката солнца. Для меня они стали всего лишь тенями, значащими не больше чем испуганные белки и кролики, который скачут по лесу, не осознавая мира вокруг. Но я не был тенью. Я был жив — и одновременно неподвластным страху смерти. Я победил смерть. Я большее не был случайным гостем в этом мире. Я был его хозяином, и вечность должна была склониться предо мной…

   — Стефан Сальваторе · книга
8. «

   – Слушаюсь и повинуюсь, – слабо произнес он. – Обычно ты слушаешься, но гнёшь свою линию, – заметила Одри.

   – Слушаюсь и повинуюсь, – слабо произнес он. – Обычно ты слушаешься, но гнёшь свою линию, – заметила Одри.

   — Майкл · книга
9. «

   Любовь — удел слабых. Иллюзия. И она может оказаться гибельной.

   Любовь — удел слабых. Иллюзия. И она может оказаться гибельной.

   — Дилос · книга
10. «

    Все мы жаждем однажды перелететь зияющую пропасть между этой и другой реальностью... и слиться с мирозданием, от которого мы чувствуем себя оторванными...

    Все мы жаждем однажды перелететь зияющую пропасть между этой и другой реальностью... и слиться с мирозданием, от которого мы чувствуем себя оторванными...

    — Тёмный ангел · книга
11. «

    Правило первое: красивая девушка может дразнить любого парня, и ему это будет нравиться. При этом совсем неважно, хороша ли шутка.

    Правило первое: красивая девушка может дразнить любого парня, и ему это будет нравиться. При этом совсем неважно, хороша ли шутка.

    — Энджел (Angel) · книга
12. «

    Самая обычная семья сидит, собираясь отведать индейки, — подумала Елена. — Вот незамужняя тетушка слегка зарделась, озабоченная тем, что горох оказался разварен, а рулеты подгорели. Вот будущий дядя, спокойный и расслабленный. Вот златокудрая девочка-подросток и ее взъерошенная младшая сестренка. Вот голубоглазый парень, что живет по соседству, вот закадычная подружка, а вот роскошный вампир, передающий своей соседке засахаренные бататы. Типичное американское застолье

    Самая обычная семья сидит, собираясь отведать индейки, — подумала Елена. — Вот незамужняя тетушка слегка зарделась, озабоченная тем, что горох оказался разварен, а рулеты подгорели. Вот будущий дядя, спокойный и расслабленный. Вот златокудрая девочка-подросток и ее взъерошенная младшая сестренка. Вот голубоглазый парень, что живет по соседству, вот закадычная подружка, а вот роскошный вампир, передающий своей соседке засахаренные бататы. Типичное американское застолье

    — Елена Гилберт (Elena Gilbert) · книга
13. «

    – Только не пытайся сесть. – Так всегда говорят. Я в порядке. Только прикажи комнате, чтобы она не кружилась.

    – Только не пытайся сесть. – Так всегда говорят. Я в порядке. Только прикажи комнате, чтобы она не кружилась.

    — Джез · книга
14. «

    — Не держи меня за дурочку, Деймон. Тогда на кладбище, помнишь? Разрушенная церковь? Девушка, которую ты оставил бродить в одном белье? — Пардон. Я обычно запоминаю девушек, которых оставляю в одном белье.

    — Не держи меня за дурочку, Деймон. Тогда на кладбище, помнишь? Разрушенная церковь? Девушка, которую ты оставил бродить в одном белье? — Пардон. Я обычно запоминаю девушек, которых оставляю в одном белье.

    — Дэймон Сальваторе · книга
15. «

    Люди — очень злые существа. Может быть, это предрассудок, но они сами полны предрассудков.

    Люди — очень злые существа. Может быть, это предрассудок, но они сами полны предрассудков.

    — Дэнни · книга
16. «

    «ПОСМОТРИТЕ НА СТРАШНОГО МОНСТРА! УЖАСНЫЙ! ШОКИРУЮЩИЙ! ВСЕГО ПЯТЬ ЦЕНТОВ!» Дженни знала этот автомат: вы опускаете деньги и смотрите… в зеркало.

    «ПОСМОТРИТЕ НА СТРАШНОГО МОНСТРА! УЖАСНЫЙ! ШОКИРУЮЩИЙ! ВСЕГО ПЯТЬ ЦЕНТОВ!» Дженни знала этот автомат: вы опускаете деньги и смотрите… в зеркало.

    — Убийство · книга
17. «

    — Голубой цвет — цвет смерти.

    — Голубой цвет — цвет смерти.

    — Викки · книга
18. «

    В темноте порой происходят очень интересные вещи.

    В темноте порой происходят очень интересные вещи.

    — Дневники вампира. Пробуждение · книга
19. «

    Даже когда мы не будем вместе, мы будем смотреть в одно небо!

    Даже когда мы не будем вместе, мы будем смотреть в одно небо!

    — Эш · книга
20. «

    Из всех парней, что она знала, Деймон был единственным, которого она не смогла сломить. О, Мэтт был упрям, а Стефан порой почти невозможен. Но у них обоих были ярко горящие кнопки где-то внутри них, на которых было написано: «НАЖМИ МЕНЯ» и ты всего лишь должна поиграть немного с этим механизмом — ну хорошо, иногда больше чем немного — и даже с самыми сложными мужчинами можно было справиться.

    Из всех парней, что она знала, Деймон был единственным, которого она не смогла сломить. О, Мэтт был упрям, а Стефан порой почти невозможен. Но у них обоих были ярко горящие кнопки где-то внутри них, на которых было написано: «НАЖМИ МЕНЯ» и ты всего лишь должна поиграть немного с этим механизмом — ну хорошо, иногда больше чем немного — и даже с самыми сложными мужчинами можно было справиться.

    — Елена Гилберт (Elena Gilbert) · книга