60 цитат Майна Рида о жизни и людях

Майн Рид — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 60 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   ...и только звезды были немыми свидетелями их тайны.

   ...и только звезды были немыми свидетелями их тайны.

   — Всадник без головы · книга
2. «

   Впервые дикая лошадь почувствовала на себе человека, в первый раз ей было нанесено подобное оскорбление.

   Впервые дикая лошадь почувствовала на себе человека, в первый раз ей было нанесено подобное оскорбление.

   — Всадник без головы · книга
3. «

   Он знает жизнь — он юрист.

   Он знает жизнь — он юрист.

   — Квартеронка · книга
4. «

   — Морис-мустангер, ты покорил сердце креолки! Боже мой, Боже мой! Он слишком похож на Люцифера, могу ли я презирать его!

   — Морис-мустангер, ты покорил сердце креолки! Боже мой, Боже мой! Он слишком похож на Люцифера, могу ли я презирать его!

   — Луиза · книга
5. «

   Они любили его меньше, чем бога, но боялись больше, хотя его нельзя было назвать плохим хозяином-по сравнению с другими рабовладельцами. Он не находил особого удовольствия в истязании своих рабов и был доволен, когда видел, что они сыты и одеты, что кожа их лоснится от жира. Ведь по этим признакам судили о благосостоянии его самого-их господина. Он иногда учил их плетью-уверяя, что это оказывает на них благотворное действие,-однако на коже его невольников не было ни одного рубца от жестоких истязаний, а этим мог похвастаться далеко не всякий рабовладелец штата Миссисипи.

   Они любили его меньше, чем бога, но боялись больше, хотя его нельзя было назвать плохим хозяином-по сравнению с другими рабовладельцами. Он не находил особого удовольствия в истязании своих рабов и был доволен, когда видел, что они сыты и одеты, что кожа их лоснится от жира. Ведь по этим признакам судили о благосостоянии его самого-их господина. Он иногда учил их плетью-уверяя, что это оказывает на них благотворное действие,-однако на коже его невольников не было ни одного рубца от жестоких истязаний, а этим мог похвастаться далеко не всякий рабовладелец штата Миссисипи.

   — Всадник без головы · книга
6. «

   В конце концов, как прекрасны патриархальные нравы рабовладельцев! И это после всего, что мы говорили и сделали для уничтожения рабства! Попытка разрушить это древнее здание-достойный краеугольный камень рыцарственной нации-лишь филантропическая блажь, излишняя чувствительность. О вы, фанатики, стремящиеся к уничтожению рабства! Почему вы восстаете против него? Разве вы не знаете, что одни должны страдать, должны работать и голодать, чтобы другие наслаждались роскошью и бездельем? Разве вы не знаете, что одни должны быть рабами, чтобы другие были свободными?

   В конце концов, как прекрасны патриархальные нравы рабовладельцев! И это после всего, что мы говорили и сделали для уничтожения рабства! Попытка разрушить это древнее здание-достойный краеугольный камень рыцарственной нации-лишь филантропическая блажь, излишняя чувствительность. О вы, фанатики, стремящиеся к уничтожению рабства! Почему вы восстаете против него? Разве вы не знаете, что одни должны страдать, должны работать и голодать, чтобы другие наслаждались роскошью и бездельем? Разве вы не знаете, что одни должны быть рабами, чтобы другие были свободными?

   — Всадник без головы · книга
7. «

   Что же заставляет людей вставать с постели в столь ранний час, дрожать от холода на улицах и мерзнуть в церкви? Что это — вера или суеверие? Благочестие или ханжество?

   Что же заставляет людей вставать с постели в столь ранний час, дрожать от холода на улицах и мерзнуть в церкви? Что это — вера или суеверие? Благочестие или ханжество?

   — Белый вождь · книга
8. «

   Кто не любит жизни, тот недостоин её; кто не дорожит её радостями и легко расстаётся с ними, тот либо не сумел оценить их, либо душа его так черна, что он способен видеть в жизни только дурное.

   Кто не любит жизни, тот недостоин её; кто не дорожит её радостями и легко расстаётся с ними, тот либо не сумел оценить их, либо душа его так черна, что он способен видеть в жизни только дурное.

   — Охотники за жирафами · книга
9. «

   Вместе с шипами мы выдернем и розу.

   Вместе с шипами мы выдернем и розу.

   — Белый вождь · книга
10. «

    Человек не хочет расставаться с жизнью, пока не испытает все средства спасти себя. Каким бы сильным ни было отчаяние, однако есть люди, дух которых оно не может сломить.

    Человек не хочет расставаться с жизнью, пока не испытает все средства спасти себя. Каким бы сильным ни было отчаяние, однако есть люди, дух которых оно не может сломить.

    — Квартеронка · книга
11. «

    Одной из первых неожиданностей, поразивших меня, можно сказать, еще на пороге моей жизни за океаном, было открытие, что я ни на что не годен. Я мог сослаться на свой аттестат и сказать: «Вот доказательства моей учености — я удостоен высшей награды в колледже». Но на что он мог мне пригодиться? Те отвлеченные науки, которым меня учили, не имели никакого применения в реальной жизни. Моя логика была просто болтовней попугая. Моя классическая ученость лишь загромождала мою память. И я был так же плохо подготовлен к жизненной борьбе, к труду на благо своему ближнему и самому себе, как если бы изучал китайские иероглифы. А вы, бездарные учителя, пичкавшие меня синтаксисом и стихосложением, — вы, конечно, назвали бы меня неблагодарным, если бы я высказал вам все возмущение и презрение, которое охватило меня, когда я оглянулся назад и убедился, что десять лет жизни, проведенных под вашей опекой, пропали для меня даром, что я глубоко заблуждался, считая себя образованным человеком, а на самом деле ровно ничего не знаю.

    Одной из первых неожиданностей, поразивших меня, можно сказать, еще на пороге моей жизни за океаном, было открытие, что я ни на что не годен. Я мог сослаться на свой аттестат и сказать: «Вот доказательства моей учености — я удостоен высшей награды в колледже». Но на что он мог мне пригодиться? Те отвлеченные науки, которым меня учили, не имели никакого применения в реальной жизни. Моя логика была просто болтовней попугая. Моя классическая ученость лишь загромождала мою память. И я был так же плохо подготовлен к жизненной борьбе, к труду на благо своему ближнему и самому себе, как если бы изучал китайские иероглифы. А вы, бездарные учителя, пичкавшие меня синтаксисом и стихосложением, — вы, конечно, назвали бы меня неблагодарным, если бы я высказал вам все возмущение и презрение, которое охватило меня, когда я оглянулся назад и убедился, что десять лет жизни, проведенных под вашей опекой, пропали для меня даром, что я глубоко заблуждался, считая себя образованным человеком, а на самом деле ровно ничего не знаю.

    — Квартеронка · книга
12. «

    Любовь смеется над препятствиями.

    Любовь смеется над препятствиями.

    — Всадник без головы · книга
13. «

    Спины <..> отнюдь не одинаковы — так же, как не бывает одинаковых лиц.

    Спины <..> отнюдь не одинаковы — так же, как не бывает одинаковых лиц.

    — Белый вождь · книга
14. «

    Разве могут влюбленные довольствоваться перепиской, оставаясь на расстоянии полета стрелы!

    Разве могут влюбленные довольствоваться перепиской, оставаясь на расстоянии полета стрелы!

    — Всадник без головы · книга
15. «

    Ты мой двоюродный брат и только. Для меня ты больше никто, капитан Кассий Колхаун! И не пытайтесь, пожалуйста, быть моим советчиком. Только с одним человеком я считаю своим долгом советоваться, и только ему я позволю упрекать себя. А поэтому прошу мастер Каш, воздержаться от подобных нравоучений. Я никому не стану отдавать отчет в своих мыслях, так же как и в поступках, до тех пор, пока не встречу достойного человека. Но тебе не быть моим избранником!

    Ты мой двоюродный брат и только. Для меня ты больше никто, капитан Кассий Колхаун! И не пытайтесь, пожалуйста, быть моим советчиком. Только с одним человеком я считаю своим долгом советоваться, и только ему я позволю упрекать себя. А поэтому прошу мастер Каш, воздержаться от подобных нравоучений. Я никому не стану отдавать отчет в своих мыслях, так же как и в поступках, до тех пор, пока не встречу достойного человека. Но тебе не быть моим избранником!

    — Луиза Пойндекстер · книга
16. «

    Когда выпьешь вина, на душе становится легче, но только на время.

    Когда выпьешь вина, на душе становится легче, но только на время.

    — Белый вождь · книга
17. «

    Уязвленное самолюбие! Оно так же могущественно, как сама любовь. И оно ранит так же сильно, как муки любви.

    Уязвленное самолюбие! Оно так же могущественно, как сама любовь. И оно ранит так же сильно, как муки любви.

    — Оцеола, вождь семинолов · книга
18. «

    Как часто от короткого слова «да» зависит счастье всей жизни. И часто, слишком часто, такое же короткое «нет» влечет за собой страшное горе.

    Как часто от короткого слова «да» зависит счастье всей жизни. И часто, слишком часто, такое же короткое «нет» влечет за собой страшное горе.

    — Всадник без головы · книга
19. «

    Да, надо поистине обладать сильным духом, чтобы сбросить с себя оковы, в которых держат человека воспитание, привычки, обычаи, весь жизненный уклад.

    Да, надо поистине обладать сильным духом, чтобы сбросить с себя оковы, в которых держат человека воспитание, привычки, обычаи, весь жизненный уклад.

    — Квартеронка · книга
20. «

    Как раз в тех странах, где распространены пуританские взгляды, больше всего процветают всевозможные пороки.

    Как раз в тех странах, где распространены пуританские взгляды, больше всего процветают всевозможные пороки.

    — Квартеронка · книга