51 цитата Макса Фрай: цитаты про жизня, ставших крылатыми

Подборка из 51 цитата Макса Фрай: цитаты про жизня: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... почти всякий человек, кого ни возьми, не слишком доволен своей жизнью. Одному не нравится работа, другому семья, третьему место жительства, четвертому, вот как тебе, климат. А некоторым — все вышеперечисленное, и еще куча вещей. И люди говорят себе: ничего, однажды все изменится. Такое обещание дает им силы жить дальше. Но оно же мешает настоящим переменам. Понимаешь, о чем я? Человек думает: «однажды все изменится», — как будто это должно случиться само, без его участия. А так не бывает. Надо не думать, а делать. Сказать себе: мое «однажды» уже наступило, откладывать больше некуда, давай, действуй! Вот это и есть точка отсчета, о которой я говорю — тот день, когда наступило твое «однажды».

   ... почти всякий человек, кого ни возьми, не слишком доволен своей жизнью. Одному не нравится работа, другому семья, третьему место жительства, четвертому, вот как тебе, климат. А некоторым — все вышеперечисленное, и еще куча вещей. И люди говорят себе: ничего, однажды все изменится. Такое обещание дает им силы жить дальше. Но оно же мешает настоящим переменам. Понимаешь, о чем я? Человек думает: «однажды все изменится», — как будто это должно случиться само, без его участия. А так не бывает. Надо не думать, а делать. Сказать себе: мое «однажды» уже наступило, откладывать больше некуда, давай, действуй! Вот это и есть точка отсчета, о которой я говорю — тот день, когда наступило твое «однажды».

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

   Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Утром, днем, даже вечером поливка цветов — обычное рутинное дело, зато ночью — почти приключение. Особенно для того, кому некуда торопиться.

   Утром, днем, даже вечером поливка цветов — обычное рутинное дело, зато ночью — почти приключение. Особенно для того, кому некуда торопиться.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   — Как по мне, вообще все ерунда. Без исключения. Но это совершенно не мешает мне радоваться, страдать, чего-то хотеть, чего-то бояться, любить, тосковать, торжествовать и злиться. Практика всегда гораздо глупее, чем теория, но значение имеет только она — наша подлинная живая нелепая жизнь. Что с нами происходит и как мы себя в связи с этим чувствуем — это действительно важно. А рассуждения по этому поводу недорого стоят, даже самые разумные.

   — Как по мне, вообще все ерунда. Без исключения. Но это совершенно не мешает мне радоваться, страдать, чего-то хотеть, чего-то бояться, любить, тосковать, торжествовать и злиться. Практика всегда гораздо глупее, чем теория, но значение имеет только она — наша подлинная живая нелепая жизнь. Что с нами происходит и как мы себя в связи с этим чувствуем — это действительно важно. А рассуждения по этому поводу недорого стоят, даже самые разумные.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Я очень люблю жизнь во всех ее проявлениях – при условии, что эти самые проявления отличаются некоторым разнообразием.

   Я очень люблю жизнь во всех ее проявлениях – при условии, что эти самые проявления отличаются некоторым разнообразием.

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Жизнь любого человека — зеркальное отражение его представлений о ней. В этом смысле каждый действительно творец своего счастья. И несчастья. Второе, понятно, получается лучше: мы же унылые все, нервные и озабоченные.

   Жизнь любого человека — зеркальное отражение его представлений о ней. В этом смысле каждый действительно творец своего счастья. И несчастья. Второе, понятно, получается лучше: мы же унылые все, нервные и озабоченные.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Быть живым человеком и не быть при этом сумасшедшим — нереально, невыносимо страшно и больно. Поэтому все вокруг сумасшедшие, и мне пора браться за ум, поскорее с него сходить и никогда больше не возвращаться, а то безобразие, вот уж действительно.

   Быть живым человеком и не быть при этом сумасшедшим — нереально, невыносимо страшно и больно. Поэтому все вокруг сумасшедшие, и мне пора браться за ум, поскорее с него сходить и никогда больше не возвращаться, а то безобразие, вот уж действительно.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Когда тебе приходится ежедневно совершать невозможное, эффективней всего просто превратиться в человека, для которого твое невозможное — простое и даже естественное дело, — сказал Джуффин. — Это решает все проблемы разом. Очень удобно. Но вылезать из этой шкуры следует как можно реже, хотя бы потому, что возвращаться в нее — колоссальный, почти непосильный труд.

   Когда тебе приходится ежедневно совершать невозможное, эффективней всего просто превратиться в человека, для которого твое невозможное — простое и даже естественное дело, — сказал Джуффин. — Это решает все проблемы разом. Очень удобно. Но вылезать из этой шкуры следует как можно реже, хотя бы потому, что возвращаться в нее — колоссальный, почти непосильный труд.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Потому что если уж занимаешься полной херней, будь добр, делай её безупречно. Безупречность способна наполнить смыслом любую дурацкую затею, она сама по себе — смысл. Необходимый и достаточный.

   Потому что если уж занимаешься полной херней, будь добр, делай её безупречно. Безупречность способна наполнить смыслом любую дурацкую затею, она сама по себе — смысл. Необходимый и достаточный.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    — Чиркни спичкой, станет ясно: мы пришли... — Не надо вслух! — ...чтобы вспыхнуть и погаснуть, словно тополиный пух. — Что ты! Тише! Будет вечер, чай, пирог, луна в окне, чашку в руки, плед на плечи... — Вечер — твой, а вечность — мне? — Вечер — наш, а вечность — к черту. — Чиркни спичкой. — Ты опять? — Проще быть живым, чем мертвым, проще плакать, чем молчать.

    — Чиркни спичкой, станет ясно: мы пришли... — Не надо вслух! — ...чтобы вспыхнуть и погаснуть, словно тополиный пух. — Что ты! Тише! Будет вечер, чай, пирог, луна в окне, чашку в руки, плед на плечи... — Вечер — твой, а вечность — мне? — Вечер — наш, а вечность — к черту. — Чиркни спичкой. — Ты опять? — Проще быть живым, чем мертвым, проще плакать, чем молчать.

    — Макс Фрай
11. «

    Всё может быть, абсолютно всё. Вместо веры я довольствуюсь смутным ощущением, что всякое живое существо умирает своей смертью, встречается с собственной, единственной и неповторимой версией бесконечности, которая, разумеется, не может быть ни наградой, ни наказанием – разве только, в том смысле, в каком наградой, или наказанием является зеркало.

    Всё может быть, абсолютно всё. Вместо веры я довольствуюсь смутным ощущением, что всякое живое существо умирает своей смертью, встречается с собственной, единственной и неповторимой версией бесконечности, которая, разумеется, не может быть ни наградой, ни наказанием – разве только, в том смысле, в каком наградой, или наказанием является зеркало.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Теперь ты понимаешь, почему самураи делали себе харакири? Не демонстративный героизм средневековых психов, а жест милосердия: иногда жить становится так больно, что меч, раздирающий внутренности, приносит облегчение… Но у тебя ни меча, ни даже мужества, дружок, только боль, так уж ты нелепо устроен!

    Теперь ты понимаешь, почему самураи делали себе харакири? Не демонстративный героизм средневековых психов, а жест милосердия: иногда жить становится так больно, что меч, раздирающий внутренности, приносит облегчение… Но у тебя ни меча, ни даже мужества, дружок, только боль, так уж ты нелепо устроен!

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Тому, кому жизнь стала казаться сном, следует ждать или смерти, или перемен. Что, в сущности, одно и то же...

    Тому, кому жизнь стала казаться сном, следует ждать или смерти, или перемен. Что, в сущности, одно и то же...

    — Макс Фрай · книга
14. «

    …отступать уже было некуда, сомневаться и беспокоиться – бессмысленно, теперь мне оставалось только одно: как-то жить дальше, что бы ни случилось.

    …отступать уже было некуда, сомневаться и беспокоиться – бессмысленно, теперь мне оставалось только одно: как-то жить дальше, что бы ни случилось.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Человек просто не может страдать дольше, чем он может страдать: исчерпав свои возможности, мы вольно или невольно переключаемся на другие дела, и это — величайшее из благ!

    Человек просто не может страдать дольше, чем он может страдать: исчерпав свои возможности, мы вольно или невольно переключаемся на другие дела, и это — величайшее из благ!

    — Макс Фрай · книга
16. «

    – Зачем тебе эта штуковина, Макс? Готовишься к переезду, обрастаешь хозяйством? Почто обобрал моего соседа, признавайся! – Вы будете смеяться… Да вы уже и так смеетесь, Магистры с вами! Но вы же сами видели, как она боится. Я просто не мог оставить ее там. – Коробочку?! Ты имеешь в виду коробочку? – Да, коробочку. Какая разница? Я чувствовал ее страх, я видел, как она пыталась укатиться… Но если вещи умеют помнить прошлое, значит, они его как-то воспринимают. Значит, они живут своей непостижимой жизнью, так ведь? В таком случае какая разница, кого спасать: коробочку или прекрасную даму… – Дело вкуса, конечно! Ну и воображение у тебя, парень! Молодец! Сколько живу на свете, но в героическом спасении коробочки я еще не участвовал!

    – Зачем тебе эта штуковина, Макс? Готовишься к переезду, обрастаешь хозяйством? Почто обобрал моего соседа, признавайся! – Вы будете смеяться… Да вы уже и так смеетесь, Магистры с вами! Но вы же сами видели, как она боится. Я просто не мог оставить ее там. – Коробочку?! Ты имеешь в виду коробочку? – Да, коробочку. Какая разница? Я чувствовал ее страх, я видел, как она пыталась укатиться… Но если вещи умеют помнить прошлое, значит, они его как-то воспринимают. Значит, они живут своей непостижимой жизнью, так ведь? В таком случае какая разница, кого спасать: коробочку или прекрасную даму… – Дело вкуса, конечно! Ну и воображение у тебя, парень! Молодец! Сколько живу на свете, но в героическом спасении коробочки я еще не участвовал!

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Не следует судить о людях, не зная условий их жизни.

    Не следует судить о людях, не зная условий их жизни.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Не позволяй всякой ерунде портить тебе аппетит! Проблемы приходят и уходят, а твое брюхо остается с тобой. Его нужды — это святое.

    Не позволяй всякой ерунде портить тебе аппетит! Проблемы приходят и уходят, а твое брюхо остается с тобой. Его нужды — это святое.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Родиться — это и есть вторгнуться в чужое пространство, да столь бесцеремонно, что все последующие поступки — уже мелочи.

    Родиться — это и есть вторгнуться в чужое пространство, да столь бесцеремонно, что все последующие поступки — уже мелочи.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Что-что, а жизнь у меня и без того удалась — дальше некуда, хоть мордой в салат падай!

    Что-что, а жизнь у меня и без того удалась — дальше некуда, хоть мордой в салат падай!

    — Макс Фрай · книга