Что говорил Макс Фрай: жизненные цитаты: 78 цитат

Макс Фрай: жизненные цитаты — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 78 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Человеку просто необходим отдых от самого себя, хотя бы время от времени.

   Человеку просто необходим отдых от самого себя, хотя бы время от времени.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Теперь твоя очередь рассказывать. Кто ты, что ты, зачем ты есть?... Ладно, ладно, на последний вопрос можешь не отвечать, этого никто толком не знает, так все и живём, сами не понимаем, во что влипли и на кой оно нам сдалось.

   Теперь твоя очередь рассказывать. Кто ты, что ты, зачем ты есть?... Ладно, ладно, на последний вопрос можешь не отвечать, этого никто толком не знает, так все и живём, сами не понимаем, во что влипли и на кой оно нам сдалось.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Я всю жизнь мечтал делать что заблагорассудится, не опасаясь последствий. Даже просто пить кофе с сахаром и сливками, не опасаясь последствий, – уже великое дело.

   Я всю жизнь мечтал делать что заблагорассудится, не опасаясь последствий. Даже просто пить кофе с сахаром и сливками, не опасаясь последствий, – уже великое дело.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Некоторые вещи кажутся настолько очевидными, что в голову не приходит лишний раз их обсуждать. Небо — сверху, земля — снизу, ходить следует, поочередно переставляя ноги, еду — класть в рот, детей — не бить, отправляться в книжные лавки — по ночам.

   Некоторые вещи кажутся настолько очевидными, что в голову не приходит лишний раз их обсуждать. Небо — сверху, земля — снизу, ходить следует, поочередно переставляя ноги, еду — класть в рот, детей — не бить, отправляться в книжные лавки — по ночам.

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Плохо, когда человеку не на кого положиться, кроме себя, но когда и на себя нельзя — всё, пиши пропало.

   Плохо, когда человеку не на кого положиться, кроме себя, но когда и на себя нельзя — всё, пиши пропало.

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Все мы совершенно сумасшедшие, каждый на свой лад.

   Все мы совершенно сумасшедшие, каждый на свой лад.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Всё это было так хорошо, что не вызывало доверия.

   Всё это было так хорошо, что не вызывало доверия.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Самый вкусный кофе — тот, который пьешь в пути.

   Самый вкусный кофе — тот, который пьешь в пути.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Ну да, самое трудное — это объяснять словами очевидные вещи. Которые нутром чуются, с первого взгляда. Как, скажем, запах.

   Ну да, самое трудное — это объяснять словами очевидные вещи. Которые нутром чуются, с первого взгляда. Как, скажем, запах.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    В некоторых случаях остаться друзьями — самый безнадёжный тупик.

    В некоторых случаях остаться друзьями — самый безнадёжный тупик.

    — Макс Фрай · книга
11. «

    Чем плохи некоторые озарения: их очень легко спутать с обычным умственным мусором, от которого всеми силами стараешься избавиться, чтобы «не мешал».

    Чем плохи некоторые озарения: их очень легко спутать с обычным умственным мусором, от которого всеми силами стараешься избавиться, чтобы «не мешал».

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Испытывать страх естественно для человека. Важно, что страх понуждает тебя торопить события, а не оттягивать их, сколько возможно. Такое поведение, строго говоря, обычно и называют храбростью.

    Испытывать страх естественно для человека. Важно, что страх понуждает тебя торопить события, а не оттягивать их, сколько возможно. Такое поведение, строго говоря, обычно и называют храбростью.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Я вообще плохо разбираюсь в людях. Особенно в тех, которых люблю. В этом смысле я — какой-то дурацкий наивный варвар, твёрдо уверенный, что пока мы живы, целы и даже не разбросаны по разным концами Вселенной, а вполне себе есть друг у друга, всё у нас отлично. И искренне изумляюсь всякий раз, когда вдруг выясняется, что этого может оказаться недостаточно.

    Я вообще плохо разбираюсь в людях. Особенно в тех, которых люблю. В этом смысле я — какой-то дурацкий наивный варвар, твёрдо уверенный, что пока мы живы, целы и даже не разбросаны по разным концами Вселенной, а вполне себе есть друг у друга, всё у нас отлично. И искренне изумляюсь всякий раз, когда вдруг выясняется, что этого может оказаться недостаточно.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Радость превыше безопасности, наши близкие не должны сидеть взаперти только потому, что мы за них боимся.

    Радость превыше безопасности, наши близкие не должны сидеть взаперти только потому, что мы за них боимся.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Сколько усилий предпринимают люди, чтобы притупить своё восприятие, неужели это для тебя новость? Одни изо дня в день пьют пиво, другие раскладывают электронные пасьянсы, третьи мусолят романы, четвертых от телевизоров за ноги не оттащишь… Собственно, все эти ухищрения не обязательны. Достаточно поменьше спать и побольше жрать, это тоже отлично работает… А потом удивляются: отчего в юности счастье и муку ломтями резали, а нынче тонким слоем мазать приходится на хлеб насущный? Куда ушла острота ощущений? Почему сердце больше не рвётся на части по всякому пустяковому поводу? И одни вздыхают покорно: «Старею», другие радуются: «Мудрее становлюсь, обретаю власть над эмоциями». А самые лучшие понимают, что уже положены живьем во гроб, терять почти нечего, и идут вразнос, тело своё в первый попавшийся костёр на растопку кинуть готовы, лишь бы обрести хоть на миг растраченное по пустякам сокровище… Другое дело, что оно не утрачено. Лежит себе в подвале – только отыщи да пыль смахни. Но это, как ни странно, труднее всего. Сгореть много, много проще.

    Сколько усилий предпринимают люди, чтобы притупить своё восприятие, неужели это для тебя новость? Одни изо дня в день пьют пиво, другие раскладывают электронные пасьянсы, третьи мусолят романы, четвертых от телевизоров за ноги не оттащишь… Собственно, все эти ухищрения не обязательны. Достаточно поменьше спать и побольше жрать, это тоже отлично работает… А потом удивляются: отчего в юности счастье и муку ломтями резали, а нынче тонким слоем мазать приходится на хлеб насущный? Куда ушла острота ощущений? Почему сердце больше не рвётся на части по всякому пустяковому поводу? И одни вздыхают покорно: «Старею», другие радуются: «Мудрее становлюсь, обретаю власть над эмоциями». А самые лучшие понимают, что уже положены живьем во гроб, терять почти нечего, и идут вразнос, тело своё в первый попавшийся костёр на растопку кинуть готовы, лишь бы обрести хоть на миг растраченное по пустякам сокровище… Другое дело, что оно не утрачено. Лежит себе в подвале – только отыщи да пыль смахни. Но это, как ни странно, труднее всего. Сгореть много, много проще.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

    Можно годами не выходить из дома, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и задохнуться... Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, просто люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — не огорчаться заранее.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Когда появляется близкий человек – это прекрасное событие, драгоценный подарок судьбы, желанная передышка в пути, но одиночество было, есть и остаётся естественным состоянием всякого живого существа.

    Когда появляется близкий человек – это прекрасное событие, драгоценный подарок судьбы, желанная передышка в пути, но одиночество было, есть и остаётся естественным состоянием всякого живого существа.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Человек обычно видит только то, что заранее готов увидеть.

    Человек обычно видит только то, что заранее готов увидеть.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Когда делаешь невозможное, ответ на вопрос «зачем» очевиден: чтобы было.

    Когда делаешь невозможное, ответ на вопрос «зачем» очевиден: чтобы было.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Но с детством у меня сложно, я его помню, как кино или книгу — очень мило, но при чем тут я?

    Но с детством у меня сложно, я его помню, как кино или книгу — очень мило, но при чем тут я?

    — Макс Фрай · книга