523 цитат-размышлений Макса Фрая

Макс Фрай — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 523 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   На войне как на войне, знаете ли: лучше быть живым параноиком, чем мертвецом, который ждал от жизни только приятных неожиданностей... Одним словом, я не люблю сюрпризы. Зато они меня просто обожают.

   На войне как на войне, знаете ли: лучше быть живым параноиком, чем мертвецом, который ждал от жизни только приятных неожиданностей... Одним словом, я не люблю сюрпризы. Зато они меня просто обожают.

   — сэр Макс · книга
2. «

   Страх — нормальное человеческое чувство... Возможно, самое нормальное и самое человеческое.

   Страх — нормальное человеческое чувство... Возможно, самое нормальное и самое человеческое.

   — Тёмная сторона · книга
3. «

   Ритуалы нужны лишь затем, чтобы пугать новичков… Ну, скажем так: создавать у них особое настроение.

   Ритуалы нужны лишь затем, чтобы пугать новичков… Ну, скажем так: создавать у них особое настроение.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
4. «

   В жизни каждого бывают моменты, когда следует броситься в пропасть, чтобы наконец убедиться, что всегда умел летать.

   В жизни каждого бывают моменты, когда следует броситься в пропасть, чтобы наконец убедиться, что всегда умел летать.

   — сэр Макс · книга
5. «

   Даже в юности я куролесил довольно вяло, не в полную силу, зато с удовольствием строил планы на будущее, сочинил для себя судьбу, полную страстей, приключений и путешествий, в глубине души полагал, что создан именно для нее, но все откладывал на потом, думал, успеется, а теперь вдруг обнаружил, что стою, как дурак, упершись носом в глухую стену, и мое прекрасное «потом» осталось где-то позади, и вообще всё.

   Даже в юности я куролесил довольно вяло, не в полную силу, зато с удовольствием строил планы на будущее, сочинил для себя судьбу, полную страстей, приключений и путешествий, в глубине души полагал, что создан именно для нее, но все откладывал на потом, думал, успеется, а теперь вдруг обнаружил, что стою, как дурак, упершись носом в глухую стену, и мое прекрасное «потом» осталось где-то позади, и вообще всё.

   — Библиотекарь · книга
6. «

   Грош цена поэту, который пишет в расчёте на то, что его каракули когда-нибудь будут прочитаны! Поэт пишет не для людей, и не для богов, и даже не для вечности, которая вряд ли умеет читать, а лишь потому, что обжигающие слова приходят неведомо откуда и безжалостно раздирают грудь, или потому, что у настоящего поэта нет ничего, кроме слов, и он боится исчезнуть, если замолчит...

   Грош цена поэту, который пишет в расчёте на то, что его каракули когда-нибудь будут прочитаны! Поэт пишет не для людей, и не для богов, и даже не для вечности, которая вряд ли умеет читать, а лишь потому, что обжигающие слова приходят неведомо откуда и безжалостно раздирают грудь, или потому, что у настоящего поэта нет ничего, кроме слов, и он боится исчезнуть, если замолчит...

   — Мой Рагнарёк · книга
7. «

   Учтивость хороша до тех пор, пока не вступает в противоречие с эффективностью.

   Учтивость хороша до тех пор, пока не вступает в противоречие с эффективностью.

   — сэр Шурф Лонли-Локли · книга
8. «

   Стремление к счастью – не позорная слабость, а естественная потребность обычного, среднего человека.

   Стремление к счастью – не позорная слабость, а естественная потребность обычного, среднего человека.

   — Сэр Джуффин Халли · книга
9. «

   Первый сладостный миг ослепительной ярости чудо как хорош. Зубы чешутся, как у щенка. Самоконтроль — разновидность вранья, как ни крути. Хотя полезная, конечно, в быту наука.

   Первый сладостный миг ослепительной ярости чудо как хорош. Зубы чешутся, как у щенка. Самоконтроль — разновидность вранья, как ни крути. Хотя полезная, конечно, в быту наука.

   — Книга одиночеств · книга
10. «

    Близкие друзья – это такие специальные злодейские гады, которых нам посылает небо, чтобы научить нас смирению.

    Близкие друзья – это такие специальные злодейские гады, которых нам посылает небо, чтобы научить нас смирению.

    — Большая телега · книга
11. «

    Доверять можешь кому угодно, но вот твердо рассчитывать – только на себя.

    Доверять можешь кому угодно, но вот твердо рассчитывать – только на себя.

    — сэр Макс · книга
12. «

    Про себя я уже не раз называл ее поэтом-практиком: Меламори за свою жизнь не зарифмовала и двух строчек, но ей это и не требовалось, она оперирует не рифмами, а поступками, создавая свои мимолетные шедевры не из слов, а из ненадежной ткани реальности.

    Про себя я уже не раз называл ее поэтом-практиком: Меламори за свою жизнь не зарифмовала и двух строчек, но ей это и не требовалось, она оперирует не рифмами, а поступками, создавая свои мимолетные шедевры не из слов, а из ненадежной ткани реальности.

    — сэр Макс · книга
13. «

    — Ничего страшного, я никогда не обижаюсь, поскольку только необразованные плебеи способны обижаться на простую констатацию факта…

    — Ничего страшного, я никогда не обижаюсь, поскольку только необразованные плебеи способны обижаться на простую констатацию факта…

    — Андэ Пу · книга
14. «

    — Во что ты успел превратиться, чудовище? На тебя невозможно смотреть без слёз! — Если на меня невозможно смотреть без слёз, значит, я превратился в лук. Логично?

    — Во что ты успел превратиться, чудовище? На тебя невозможно смотреть без слёз! — Если на меня невозможно смотреть без слёз, значит, я превратился в лук. Логично?

    — Макс · книга
15. «

    Обаятельная улыбка — часть правды о человеке; обычно — немаловажная часть.

    Обаятельная улыбка — часть правды о человеке; обычно — немаловажная часть.

    — Горе господина Гро · книга
16. «

    Никто не выбирает, ради кого или чего следует приносить жертвы. Нужно быть редким счастливчиком, чтобы пожертвовать собой во имя того, что тебе действительно дорого, а не ради чужого дяди.

    Никто не выбирает, ради кого или чего следует приносить жертвы. Нужно быть редким счастливчиком, чтобы пожертвовать собой во имя того, что тебе действительно дорого, а не ради чужого дяди.

    — Лабиринт Менина · книга
17. «

    У вас всё через задницу, до сих пор не пойму, через чью именно, и с какой стороны расположен выход из неё.

    У вас всё через задницу, до сих пор не пойму, через чью именно, и с какой стороны расположен выход из неё.

    — Гэйшери · книга
18. «

    Тетя Жанна славилась умением варить борщ и рассольник, фаршировать перцы, вертеть голубцы, тушить баклажаны — словом, она мастерски готовила все те блюда, которые кажутся детям настоящей отравой.

    Тетя Жанна славилась умением варить борщ и рассольник, фаршировать перцы, вертеть голубцы, тушить баклажаны — словом, она мастерски готовила все те блюда, которые кажутся детям настоящей отравой.

    — Книга одиночеств · книга
19. «

    У каждой девочки непременно есть свой бездонный колодец, во тьме которого таится какой-нибудь очередной «он», который не звонит, не приходит, не понимает или еще что-нибудь «не», мучает девочку, болван. Если в колодце никого нет, значит, был совсем недавно и скоро, вот буквально на днях, заведется новый, это, я так понимаю, закон природы: всякая замечательная девочка должна целыми днями пялиться в этот проклятый колодец и мучительно размышлять о поведении его обитателя, забыв, что вокруг, вообще-то, огромный удивительный мир, все чудеса которого, теоретически, к ее услугам. Вернее, были бы к ее услугам, если бы она не воротила нос, бормоча: «Спасибо, не надо», лишь бы отпустили поскорее обратно к колодцу, смотреть в темноту.

    У каждой девочки непременно есть свой бездонный колодец, во тьме которого таится какой-нибудь очередной «он», который не звонит, не приходит, не понимает или еще что-нибудь «не», мучает девочку, болван. Если в колодце никого нет, значит, был совсем недавно и скоро, вот буквально на днях, заведется новый, это, я так понимаю, закон природы: всякая замечательная девочка должна целыми днями пялиться в этот проклятый колодец и мучительно размышлять о поведении его обитателя, забыв, что вокруг, вообще-то, огромный удивительный мир, все чудеса которого, теоретически, к ее услугам. Вернее, были бы к ее услугам, если бы она не воротила нос, бормоча: «Спасибо, не надо», лишь бы отпустили поскорее обратно к колодцу, смотреть в темноту.

    — Сказки старого Вильнюса · книга
20. «

    Когда явный псих твердо обещает, что с тобой все будет в порядке – жди беды.

    Когда явный псих твердо обещает, что с тобой все будет в порядке – жди беды.

    — Хроники Ехо · книга