355 цитат Максима Горького, ставших крылатыми

Ниже 355 цитат Максима Горького — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если все время человеку говорить, что он «свинья», то он действительно в конце концов захрюкает.

   Если все время человеку говорить, что он «свинья», то он действительно в конце концов захрюкает.
2. «

   И нет для человека рабства тяжелей и мучительней, чем служение толпе.

   И нет для человека рабства тяжелей и мучительней, чем служение толпе.

   — Первый дебют · книга
3. «

   Если вы искренне любите дело свободы, если верите в грядущую победу разума и справедливости, — ваша вера и любовь даёт вам право всегда и всюду вмешиваться во всё, что встаёт на пути правды и разума. А ваше право — есть ваша обязанность.

   Если вы искренне любите дело свободы, если верите в грядущую победу разума и справедливости, — ваша вера и любовь даёт вам право всегда и всюду вмешиваться во всё, что встаёт на пути правды и разума. А ваше право — есть ваша обязанность.

   — Дело Николая Шмита · книга
4. «

   Надоели мне, брат, все человеческие слова... все наши слова — надоели! Каждое из них слышал я... наверное, тысячу раз...

   Надоели мне, брат, все человеческие слова... все наши слова — надоели! Каждое из них слышал я... наверное, тысячу раз...

   — Сатин · книга
5. «

   Есть же люди, для которых самым ценным и лучшим в жизни является какая-нибудь болезнь их души или тела. Они носятся с ней всё время жизни и лишь ею живы; страдая от нее, они питают себя ею, они на нее жалуются другим и этим обращают на себя внимание ближних. За это взимают с людей сочувствие себе, и, кроме этого, — у них нет ничего. Отнимите у них эту болезнь, вылечите их, и они будут несчастны, потому что лишатся единственного средства к жизни, — они станут пусты тогда. Иногда жизнь человека бывает до того бедна, что он невольно принужден ценить свой порок и им жить; и можно сказать, что часто люди бывают порочны от скуки.

   Есть же люди, для которых самым ценным и лучшим в жизни является какая-нибудь болезнь их души или тела. Они носятся с ней всё время жизни и лишь ею живы; страдая от нее, они питают себя ею, они на нее жалуются другим и этим обращают на себя внимание ближних. За это взимают с людей сочувствие себе, и, кроме этого, — у них нет ничего. Отнимите у них эту болезнь, вылечите их, и они будут несчастны, потому что лишатся единственного средства к жизни, — они станут пусты тогда. Иногда жизнь человека бывает до того бедна, что он невольно принужден ценить свой порок и им жить; и можно сказать, что часто люди бывают порочны от скуки.

   — Двадцать шесть и одна · книга
6. «

   Барство-то — как оспа... и выздоровеет человек, а знаки-то остаются.

   Барство-то — как оспа... и выздоровеет человек, а знаки-то остаются.

   — Лука · книга
7. «

   …прошлое — не деготь на воротах, его не выскоблишь…

   …прошлое — не деготь на воротах, его не выскоблишь…
8. «

   Учиться и учить, говоришь ты? А ты можешь научиться сделать людей счастливыми? Нет, не можешь. Ты поседей сначала, да и говори, что надо учить. Чему учить? Всякий знает, что ему нужно.

   Учиться и учить, говоришь ты? А ты можешь научиться сделать людей счастливыми? Нет, не можешь. Ты поседей сначала, да и говори, что надо учить. Чему учить? Всякий знает, что ему нужно.

   — Макар Чудра · книга
9. «

   А что, если классовая философия окажется не ключом ко всем загадкам жизни, а только отмычкой, которая портит и ломает замки?

   А что, если классовая философия окажется не ключом ко всем загадкам жизни, а только отмычкой, которая портит и ломает замки?

   — Игорь Туробоев · книга
10. «

    А он — точно сторожевой пёс на исходе дней собакиной жизни: от юности своей рычал и лаял пес так честно, с непоколебимой верой в святость своего дела, получал в награду за это пинки. Вдруг — видит: сторожить было как будто нечего, никому ничего не жалко. Зачем же он сидел всю жизнь в темной будке «долга», на цепи «обязанностей»?

    А он — точно сторожевой пёс на исходе дней собакиной жизни: от юности своей рычал и лаял пес так честно, с непоколебимой верой в святость своего дела, получал в награду за это пинки. Вдруг — видит: сторожить было как будто нечего, никому ничего не жалко. Зачем же он сидел всю жизнь в темной будке «долга», на цепи «обязанностей»?

    — Отработанный пар · книга
11. «

    Обидно было ему чувствовать себя лишним среди людей, и чем больше он присматривался к ним, тем более крепла эта обида. Его колола мысль, что ведь вот — для него это всё делается, а, однако, он тут ни при чём.

    Обидно было ему чувствовать себя лишним среди людей, и чем больше он присматривался к ним, тем более крепла эта обида. Его колола мысль, что ведь вот — для него это всё делается, а, однако, он тут ни при чём.

    — Фома Гордеев · книга
12. «

    — Книжки читать любишь? — Некогда мне читать. — Если бы любил, нашлось бы время.

    — Книжки читать любишь? — Некогда мне читать. — Если бы любил, нашлось бы время.

    — В людях · книга
13. «

    Сердце у меня растет и растет без конца, и будто я весь — только одно сердце!

    Сердце у меня растет и растет без конца, и будто я весь — только одно сердце!

    — Легкий человек · книга
14. «

    Я верил, что отношения к женщине не ограничиваются тем актом физического слияния, который я знал в его нищенски грубой, животно простой форме, — этот акт внушал мне почти отвращение, несмотря на то, что я был сильный, довольно чувственный юноша и обладал легко возбудимым воображением.

    Я верил, что отношения к женщине не ограничиваются тем актом физического слияния, который я знал в его нищенски грубой, животно простой форме, — этот акт внушал мне почти отвращение, несмотря на то, что я был сильный, довольно чувственный юноша и обладал легко возбудимым воображением.

    — О первой любви · книга
15. «

    От любви к женщине родилось всё прекрасное на земле.

    От любви к женщине родилось всё прекрасное на земле.

    — О первой любви · книга
16. «

    Мне даль пути грозит бедой, И червь тоски мне сердце гложет, И машет гривой вал седой... Но — море всей своей водой Тебя из сердца смыть не может!..

    Мне даль пути грозит бедой, И червь тоски мне сердце гложет, И машет гривой вал седой... Но — море всей своей водой Тебя из сердца смыть не может!..
17. «

    Меньшинство нуждается в Боге потому, что всё остальное у него есть, а большинство — потому что ничего не имеет.

    Меньшинство нуждается в Боге потому, что всё остальное у него есть, а большинство — потому что ничего не имеет.
18. «

    Когда человек хочет узнать — он исследует, когда он хочет спрятаться от тревог жизни — он выдумывает.

    Когда человек хочет узнать — он исследует, когда он хочет спрятаться от тревог жизни — он выдумывает.
19. «

    Судьба! (...) Она над жизнью — как рыбак над рекой: кинет в суету нашу крючок с приманкой, а человек сейчас — хвать за приманку жадным-то ртом...тут она ка-ак рванет свое удилище — ну, и бьется человек оземь, и сердце у него, глядишь, надорвано...

    Судьба! (...) Она над жизнью — как рыбак над рекой: кинет в суету нашу крючок с приманкой, а человек сейчас — хвать за приманку жадным-то ртом...тут она ка-ак рванет свое удилище — ну, и бьется человек оземь, и сердце у него, глядишь, надорвано...

    — Фома Гордеев · книга
20. «

    Вот, сокол, какие люди бывают! Взглянет он тебе в очи и полонит твою душу, и ничуть тебе это не стыдно, а еще и гордо для тебя. С таким человеком ты и сам лучше становишься. Мало, друг, таких людей!

    Вот, сокол, какие люди бывают! Взглянет он тебе в очи и полонит твою душу, и ничуть тебе это не стыдно, а еще и гордо для тебя. С таким человеком ты и сам лучше становишься. Мало, друг, таких людей!

    — Макар Чудра · книга