69 цитат Мариама Петросяна — подборка на все случаи

Подборка из 69 цитат Мариама Петросяна: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я достаю гармошку и исполняю три песни ожидания подряд. Я не люблю ждать, так что песни ожидания — самые унылые из моих песен. Больше трех я и сам не в состоянии вынести. Народ обычно начинает разбегаться уже на первой.

   Я достаю гармошку и исполняю три песни ожидания подряд. Я не люблю ждать, так что песни ожидания — самые унылые из моих песен. Больше трех я и сам не в состоянии вынести. Народ обычно начинает разбегаться уже на первой.

   — Табаки · книга
2. «

   ...магия монотонности в том и состоит, что сама себя замыкает в круг, повторяясь снова и снова, пока конец не сомкнется с началом, создав непроницаемую зону вокруг...

   ...магия монотонности в том и состоит, что сама себя замыкает в круг, повторяясь снова и снова, пока конец не сомкнется с началом, создав непроницаемую зону вокруг...

   — Дом, в котором... · книга
3. «

   У обоих всё запредельно и нараспашку, ловите кислород и прячьте посуду.

   У обоих всё запредельно и нараспашку, ловите кислород и прячьте посуду.

   — Дом, в котором... · книга
4. «

   То, что для тебя ничего не значит, для кого-то — всё.

   То, что для тебя ничего не значит, для кого-то — всё.

   — Дом, в котором... · книга
5. «

   Вообще не люблю, когда меня слушают, когда читают мои стихи, смотрят мои сны. Хочется иметь хоть что-то свое, куда бы никто не лез.

   Вообще не люблю, когда меня слушают, когда читают мои стихи, смотрят мои сны. Хочется иметь хоть что-то свое, куда бы никто не лез.

   — Горбач · книга
6. «

   Даже вздыхаю от разочарования. Такое прозаичное объяснение самой неразрешимой загадки детства. Лучше было бы и не знать.

   Даже вздыхаю от разочарования. Такое прозаичное объяснение самой неразрешимой загадки детства. Лучше было бы и не знать.

   — Дом, в котором... · книга
7. «

   — Да, — говорю. — В цивилизованных мирах маленькие мальчики дергают девочек, которые им нравятся, за волосы и забрасывают им в сумки дохлых мышей. Не говоря уже о подножках. Так они выражают свою любовь. Это повадки, заимствованные у первобытных предков. Тогда ведь все было просто. Выбрал, полюбовался, приложил костью мамонта по макушке — свадьба, считай, состоялась. Более поздним поколениям было интереснее заглянуть под длинные юбки своих сверстниц, но те тоже были не дуры и носили снизу кружевные панталоны. К тому же вид плачущей девочки, забрызганной грязью, так трогателен и вызывает такую бурю чувств в душе влюбленного! Они так хороши в слезах!

   — Да, — говорю. — В цивилизованных мирах маленькие мальчики дергают девочек, которые им нравятся, за волосы и забрасывают им в сумки дохлых мышей. Не говоря уже о подножках. Так они выражают свою любовь. Это повадки, заимствованные у первобытных предков. Тогда ведь все было просто. Выбрал, полюбовался, приложил костью мамонта по макушке — свадьба, считай, состоялась. Более поздним поколениям было интереснее заглянуть под длинные юбки своих сверстниц, но те тоже были не дуры и носили снизу кружевные панталоны. К тому же вид плачущей девочки, забрызганной грязью, так трогателен и вызывает такую бурю чувств в душе влюбленного! Они так хороши в слезах!

   — Дом, в котором... · книга
8. «

   Как сильно отличаются друг от друга рассказы об одном и том же, при том, что ни один из рассказчиков по-настоящему не врет.

   Как сильно отличаются друг от друга рассказы об одном и том же, при том, что ни один из рассказчиков по-настоящему не врет.

   — Русалка · книга
9. «

   Только редко высказывающиеся люди умеют произносить такие убийственные в своей простоте фразы.

   Только редко высказывающиеся люди умеют произносить такие убийственные в своей простоте фразы.

   — Слепой · книга
10. «

    Когда становится совсем невмоготу, убираю гармошку и берусь за индийские сказки. Я часто их перечитываю. Очень успокаивающее занятие. Больше всего мне в них импонируют законы Кармы. «Тот, кто в этой жизни обидел осла, в следующей сам станет ослом». Не говоря уже о коровах. Очень справедливая система. Вот только чем глубже вникаешь, тем интереснее: кого же в прошлой жизни обидел ты?

    Когда становится совсем невмоготу, убираю гармошку и берусь за индийские сказки. Я часто их перечитываю. Очень успокаивающее занятие. Больше всего мне в них импонируют законы Кармы. «Тот, кто в этой жизни обидел осла, в следующей сам станет ослом». Не говоря уже о коровах. Очень справедливая система. Вот только чем глубже вникаешь, тем интереснее: кого же в прошлой жизни обидел ты?

    — Табаки · книга
11. «

    Если не ищешь что-то конкретное, лучше сидеть и ждать, пока то, что тебе нужно, найдется само.

    Если не ищешь что-то конкретное, лучше сидеть и ждать, пока то, что тебе нужно, найдется само.

    — Дом, в котором... · книга
12. «

    По мне, так ты лучше переживай себе потихоньку, чем веселиться от каких-то невеселых вещей. Это будет более нормально.

    По мне, так ты лучше переживай себе потихоньку, чем веселиться от каких-то невеселых вещей. Это будет более нормально.

    — Горбач · книга
13. «

    – Ты с этим парнем еще наплачешься, – предупредил я. – Знаю, – сказал он. – Я знаю. Просто хочется, чтобы он полюбил этот мир. Хоть немного. Насколько это будет в моих силах. Может, это было жестоко, потому что он уже ничего не мог изменить, даже если бы захотел, но я сказал: – Он полюбит тебя. Только тебя. И ты для него будешь весь чертов мир.

    – Ты с этим парнем еще наплачешься, – предупредил я. – Знаю, – сказал он. – Я знаю. Просто хочется, чтобы он полюбил этот мир. Хоть немного. Насколько это будет в моих силах. Может, это было жестоко, потому что он уже ничего не мог изменить, даже если бы захотел, но я сказал: – Он полюбит тебя. Только тебя. И ты для него будешь весь чертов мир.

    — Сфинкс · книга
14. «

    Некоторые темы не обсуждаются. В домах повешенных — веревки. Может быть, даже мыло и гвозди.

    Некоторые темы не обсуждаются. В домах повешенных — веревки. Может быть, даже мыло и гвозди.

    — Сфинкс · книга
15. «

    Ухожу тропой койотов.

    Ухожу тропой койотов.

    — Дом, в котором... · книга
16. «

    И все его победы пахли поражением. Побеждая, он побеждал лишь часть себя, внутри оставаясь прежним.

    И все его победы пахли поражением. Побеждая, он побеждал лишь часть себя, внутри оставаясь прежним.

    — Дом, в котором... · книга
17. «

    Некоторые живут как будто в порядке эксперимента.

    Некоторые живут как будто в порядке эксперимента.

    — Дом, в котором... · книга
18. «

    Подойдя к звездообразной дыре, протягивает руку в рамку стеклянных ножей, берет с крыши снег – пушистый и мягкий под твердой коркой – и пьет его с ладони.

    Подойдя к звездообразной дыре, протягивает руку в рамку стеклянных ножей, берет с крыши снег – пушистый и мягкий под твердой коркой – и пьет его с ладони.

    — Слепой · книга
19. «

    В мире, о котором пойдет речь, Смерть приходила к людям в облике юноши или девушки. Девушка была бледна и черноволоса. Юноша рыж. Девушка была печальна, юноша весел. Так повелось в том мире с давних пор. Их боялись или ждали с нетерпением. Их поминали в молитвах, прося отсрочить или ускорить конец. Их изображения встречались на гадальных картах и старинных гравюрах. Мало кто задумывался над тем, сколько их на самом деле. Считалось, что Смерть одна, в двух обличьях. Ночь и день, свет и тень. На самом деле их было много. Они были почти богами, обладали множеством чудесных способностей и были невыносимо одиноки. Иногда они сбегали в другие миры, чтобы встретить там свою смерть. Иногда они даже рождались в других мирах. Рождались всегда мертвыми и оживали спустя какое-то время. Если им это удавалось. Такие беглецы уже не были истинными посланниками смерти. Способности их притуплялись. Они становились безвредны или несли смерть лишь во сне. Узнать среди прочих их можно вот как: у них красивые голоса, они хорошо танцуют и знают множество чужих секретов. Они слишком ленивы, ни одному делу не отдаются целиком, девушки не умеют смеяться, а юноши плакать. Они прячут глаза, подолгу спят и не едят яиц, потому что в своем мире вылуплялись из них.

    В мире, о котором пойдет речь, Смерть приходила к людям в облике юноши или девушки. Девушка была бледна и черноволоса. Юноша рыж. Девушка была печальна, юноша весел. Так повелось в том мире с давних пор. Их боялись или ждали с нетерпением. Их поминали в молитвах, прося отсрочить или ускорить конец. Их изображения встречались на гадальных картах и старинных гравюрах. Мало кто задумывался над тем, сколько их на самом деле. Считалось, что Смерть одна, в двух обличьях. Ночь и день, свет и тень. На самом деле их было много. Они были почти богами, обладали множеством чудесных способностей и были невыносимо одиноки. Иногда они сбегали в другие миры, чтобы встретить там свою смерть. Иногда они даже рождались в других мирах. Рождались всегда мертвыми и оживали спустя какое-то время. Если им это удавалось. Такие беглецы уже не были истинными посланниками смерти. Способности их притуплялись. Они становились безвредны или несли смерть лишь во сне. Узнать среди прочих их можно вот как: у них красивые голоса, они хорошо танцуют и знают множество чужих секретов. Они слишком ленивы, ни одному делу не отдаются целиком, девушки не умеют смеяться, а юноши плакать. Они прячут глаза, подолгу спят и не едят яиц, потому что в своем мире вылуплялись из них.

    — Рыжий · книга
20. «

    Есть множество способов послать человека к черту, не прибегая к открытому хамству.

    Есть множество способов послать человека к черту, не прибегая к открытому хамству.

    — Сфинкс · книга