Марина Рыбицкая: 36 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 36 цитат Марины Рыбицкой: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Начнем, пожалуй! — Я облизнула пересохшие губы и кровожадно звякнула ножом о нож, поглядывая на лежащую передо мной тушку курицы. Моя мама утверждала: что-что, а курицу испортить нельзя! Вот сейчас мы и опровергнем ее аксиому, превратив в теорему!

   — Начнем, пожалуй! — Я облизнула пересохшие губы и кровожадно звякнула ножом о нож, поглядывая на лежащую передо мной тушку курицы. Моя мама утверждала: что-что, а курицу испортить нельзя! Вот сейчас мы и опровергнем ее аксиому, превратив в теорему!

   — Юлия Славачевская · книга
2. «

   Улыбка стала еще шире и дружелюбнее. Господи! Спаси меня от самой себя! Я не влюбилась, не влюбилась, это всего лишь глупое сексуальное влечение…

   Улыбка стала еще шире и дружелюбнее. Господи! Спаси меня от самой себя! Я не влюбилась, не влюбилась, это всего лишь глупое сексуальное влечение…

   — Юлия Славачевская · книга
3. «

   А у меня в башке грохотали африканские барабаны, под которые лихо отплясывали канкан слоны с бегемотами. Последние старались особенно рьяно.

   А у меня в башке грохотали африканские барабаны, под которые лихо отплясывали канкан слоны с бегемотами. Последние старались особенно рьяно.

   — Юлия Славачевская · книга
4. «

   — А ваше самочувствие? — не отставал жрец чуждого мне культа. — Успокоение? — О как! — вылупилась я на него. Снисходительно заверила: — Не волнуйтесь. Все в порядке. Меня успокоят, только когда упокоят. — Перекрестила. — Иди с миром, сын мой!

   — А ваше самочувствие? — не отставал жрец чуждого мне культа. — Успокоение? — О как! — вылупилась я на него. Снисходительно заверила: — Не волнуйтесь. Все в порядке. Меня успокоят, только когда упокоят. — Перекрестила. — Иди с миром, сын мой!

   — Юлия Славачевская · книга
5. «

   — Мать, а ведь нам часы на кухне придется менять. — Почему? — Испортились, — пояснил папа, не сводя с меня взгляда. — Представляешь, слышу: «Бом-бом!» четыре раза, мат… «Бом-бом!» еще два раза, ехидное хихиканье, «Дзинь!» и снова протяжный такой «Бом!» четыре раза. Молчание. Голос: «Скоко было-то? А-а-а, ну тогда „Бом!“» и еще два раза «Бом-бом!» После чего раздался жуткий грохот в коридоре, где было «Бом», «Блям» и долгий перечень неприличных высказываний. Так вот я и говорю: испортились часы.

   — Мать, а ведь нам часы на кухне придется менять. — Почему? — Испортились, — пояснил папа, не сводя с меня взгляда. — Представляешь, слышу: «Бом-бом!» четыре раза, мат… «Бом-бом!» еще два раза, ехидное хихиканье, «Дзинь!» и снова протяжный такой «Бом!» четыре раза. Молчание. Голос: «Скоко было-то? А-а-а, ну тогда „Бом!“» и еще два раза «Бом-бом!» После чего раздался жуткий грохот в коридоре, где было «Бом», «Блям» и долгий перечень неприличных высказываний. Так вот я и говорю: испортились часы.

   — Юлия Славачевская · книга
6. «

   Хромает у вас воспитание! Ай-яй-яй! Отвратительно вырастили мальчишку! Абсолютно выпустили из виду одно важное правило, которое следовало вдолбить в пустую голову: разъяренным женщинам и быкам поперек дороги становиться нельзя! Опасно для жизни!

   Хромает у вас воспитание! Ай-яй-яй! Отвратительно вырастили мальчишку! Абсолютно выпустили из виду одно важное правило, которое следовало вдолбить в пустую голову: разъяренным женщинам и быкам поперек дороги становиться нельзя! Опасно для жизни!

   — Юлия Славачевская · книга
7. «

   Мы, люди, разные… В каждом человеке есть и плохая и хорошая стороны, но практически все мы стремимся познать любовь, как духовную, так и физическую. Без любви человек слеп и глух. Он как увечный, лишенный многих чувств и ощущений, обедняющий свою жизнь.

   Мы, люди, разные… В каждом человеке есть и плохая и хорошая стороны, но практически все мы стремимся познать любовь, как духовную, так и физическую. Без любви человек слеп и глух. Он как увечный, лишенный многих чувств и ощущений, обедняющий свою жизнь.

   — Юлия Славачевская · книга
8. «

   – Могу я попросить вызвать «Скорую»? – прошептал блондин, стараясь оторваться от моего ковра. – К сожалению… – расстроилась я. – По этому адресу они могут прислать только труповозку.

   – Могу я попросить вызвать «Скорую»? – прошептал блондин, стараясь оторваться от моего ковра. – К сожалению… – расстроилась я. – По этому адресу они могут прислать только труповозку.

   — Юлия Славачевская · книга
9. «

   А, двум смертям не бывать, а одной не миновать!

   А, двум смертям не бывать, а одной не миновать!

   — Юлия Славачевская · книга
10. «

    Ой! Приплыли! «Две бутылки самогона, «Беломора» пачка – приходила ты ко мне, белая горячка!»

    Ой! Приплыли! «Две бутылки самогона, «Беломора» пачка – приходила ты ко мне, белая горячка!»

    — Юлия Славачевская · книга
11. «

    – Ты невыносима! – сделал он мне замечание. – Невыносимых людей нет – есть узкие двери!

    – Ты невыносима! – сделал он мне замечание. – Невыносимых людей нет – есть узкие двери!

    — Юлия Славачевская · книга
12. «

    — Неужели вам не нравится? — с изумлением воззрилась на меня одна из теток-близнецов. — Это же последний крик моды! — Скорее, писк умирающего.

    — Неужели вам не нравится? — с изумлением воззрилась на меня одна из теток-близнецов. — Это же последний крик моды! — Скорее, писк умирающего.

    — Юлия Славачевская · книга
13. «

    Не ищите приключений! Просто повернитесь к ним тылом, и они сами вас найдут!

    Не ищите приключений! Просто повернитесь к ним тылом, и они сами вас найдут!

    — Юлия Славачевская · книга
14. «

    У-у-у, гадство! Почему когда пьешь – тебе хорошо, а когда прекращаешь – сразу плохо? Ой, как же мне дурно!

    У-у-у, гадство! Почему когда пьешь – тебе хорошо, а когда прекращаешь – сразу плохо? Ой, как же мне дурно!

    — Юлия Славачевская · книга
15. «

    — Илона! — смешливо фыркнул похититель. — Будь серьезной! От этого зависит твоя жизнь. — Пра-авда? — доверчиво захлопала я ресницами. — Не от уровня сахара в крови или холестерина? Не от уличных ДТП и местного бандитиз… травматизма? А от серьезности? Дык я серьезнее мумии фараона Тутанхамона!

    — Илона! — смешливо фыркнул похититель. — Будь серьезной! От этого зависит твоя жизнь. — Пра-авда? — доверчиво захлопала я ресницами. — Не от уровня сахара в крови или холестерина? Не от уличных ДТП и местного бандитиз… травматизма? А от серьезности? Дык я серьезнее мумии фараона Тутанхамона!

    — Юлия Славачевская · книга
16. «

    Обругав предателей нехорошими словами, я плюхнулась рядом с бочкой, чтобы далеко не ходить за добавкой, и продолжала целеустремленно надираться. Зачем? Потому что я начинала киснуть. А чтоб не киснуть, надо квасить! Вот я и квасила от души в одну душу.

    Обругав предателей нехорошими словами, я плюхнулась рядом с бочкой, чтобы далеко не ходить за добавкой, и продолжала целеустремленно надираться. Зачем? Потому что я начинала киснуть. А чтоб не киснуть, надо квасить! Вот я и квасила от души в одну душу.

    — Юлия Славачевская · книга
17. «

    — Почему ты рисковала собой из-за кошки? Мне стало его бесконечно жаль, и я попыталась объяснить: — Потому, что хуже сердечной недостаточности может быть только недостаток сердечности. Когда могут без вреда для себя бескорыстно помочь — помогают и не смотрят, кто перед тобой: человек или зверь. Состраданию научиться нельзя. Оно либо есть, или его нет. И знаешь… — Помолчала и продолжила, собравшись с мыслями: — Мне жаль существо, лишенное чувств. Это кукла, безжизненный манекен, говорящая марионетка.

    — Почему ты рисковала собой из-за кошки? Мне стало его бесконечно жаль, и я попыталась объяснить: — Потому, что хуже сердечной недостаточности может быть только недостаток сердечности. Когда могут без вреда для себя бескорыстно помочь — помогают и не смотрят, кто перед тобой: человек или зверь. Состраданию научиться нельзя. Оно либо есть, или его нет. И знаешь… — Помолчала и продолжила, собравшись с мыслями: — Мне жаль существо, лишенное чувств. Это кукла, безжизненный манекен, говорящая марионетка.

    — Юлия Славачевская · книга
18. «

    Оказавшись в капкане рук, вздохнула и поведала миру: — «Приплыли! — сказала Красная Шапочка и почесала свою волосатую грудь».

    Оказавшись в капкане рук, вздохнула и поведала миру: — «Приплыли! — сказала Красная Шапочка и почесала свою волосатую грудь».

    — Юлия Славачевская · книга
19. «

    — Ваше величество, — тронул меня за руку дедушка, привлекая внимание, — успокойтесь, пожалуйста. — Я спокойна, как удав на пачке дуста! — заявила, устраивая гляделки с благоверным.

    — Ваше величество, — тронул меня за руку дедушка, привлекая внимание, — успокойтесь, пожалуйста. — Я спокойна, как удав на пачке дуста! — заявила, устраивая гляделки с благоверным.

    — Юлия Славачевская · книга
20. «

    – В каждом из вас живет монстр, которого вы постоянно выдаете за пушистого зайчика, хотя он зеленый и громадный, – поведала я свою теорию. – Я понял, – кивнул Диего. – Монстров в мире нет, их место заняли мужчины!

    – В каждом из вас живет монстр, которого вы постоянно выдаете за пушистого зайчика, хотя он зеленый и громадный, – поведала я свою теорию. – Я понял, – кивнул Диего. – Монстров в мире нет, их место заняли мужчины!

    — Юлия Славачевская · книга