96 известных цитат Марии Фариса: красивые цитаты

Ниже 96 цитат Марии Фариса: красивые цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мерседес глядела в медовое личико дочери, улыбалась ей в глазки, которые горели и днём и ночью, как у её отца, искателя индейских сокровищ. Знала: второй такой красавицы нет на свете. Нарциса, как бриллиант с древним жуком внутри, — редкость, потому предназначена для особого человека.

   Мерседес глядела в медовое личико дочери, улыбалась ей в глазки, которые горели и днём и ночью, как у её отца, искателя индейских сокровищ. Знала: второй такой красавицы нет на свете. Нарциса, как бриллиант с древним жуком внутри, — редкость, потому предназначена для особого человека.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   — Волшебство! Кто это сделал? — воскликнул хозяин сундука. В тот миг я понял строчку из христианской книги, которая лежала на тумбочке в моей келье: «Да воссияет свет ваш пред людьми». Я узнал, в чём мой свет, когда воткнул первую же иголку в джинна. Мне повезло, но не всем так везёт — большинству, чтобы обнаружить свой свет, приходится потрудиться.

   — Волшебство! Кто это сделал? — воскликнул хозяин сундука. В тот миг я понял строчку из христианской книги, которая лежала на тумбочке в моей келье: «Да воссияет свет ваш пред людьми». Я узнал, в чём мой свет, когда воткнул первую же иголку в джинна. Мне повезло, но не всем так везёт — большинству, чтобы обнаружить свой свет, приходится потрудиться.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   — Она покажет твои истинные желания. Но главное: ты увидишь, как их исполнить. Она откроет тебе все твои неприрученные страсти. Дотронется до твоих ран, чтобы ты потом сам залечил их. И если ты ей понравишься, она покажет, где сияет твоё солнце. — Моё солнце? — Где находится сокровище, для которого ты предназначен.

   — Она покажет твои истинные желания. Но главное: ты увидишь, как их исполнить. Она откроет тебе все твои неприрученные страсти. Дотронется до твоих ран, чтобы ты потом сам залечил их. И если ты ей понравишься, она покажет, где сияет твоё солнце. — Моё солнце? — Где находится сокровище, для которого ты предназначен.

   — Мария Фариса · книга
4. «

   Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

   Бог хочет, чтобы ты наслаждалась. Бог хочет, чтобы ты шла туда, куда тянет; улыбалась людям, хлопала их по спинам, обнимала за шеи. Рассказывала истории и слушала истории, потому что слово питает и лечит.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   — Ты сама дала себе всё. Почему грустишь? — Хочу, чтобы кто-то был рядом. — Нет, я ошиблась. Ты дала себе всё, кроме любви. Только ничего у тебя не выйдет. Как койот нюхает сухую землю, чтобы найти воду, так мужчина ищет женщину. Понимаешь? Боль ткнула меня в грудь острым ногтем. — Только когда здесь забьёт источник, на водопой придёт тот, кто тебе нужен.

   — Ты сама дала себе всё. Почему грустишь? — Хочу, чтобы кто-то был рядом. — Нет, я ошиблась. Ты дала себе всё, кроме любви. Только ничего у тебя не выйдет. Как койот нюхает сухую землю, чтобы найти воду, так мужчина ищет женщину. Понимаешь? Боль ткнула меня в грудь острым ногтем. — Только когда здесь забьёт источник, на водопой придёт тот, кто тебе нужен.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Ханна вспомнила, как Алма рассказывала про бразильские реки, где она плавала с трубкой и маской, а гигантские рыбы тёрлись о неё боками. В одной из таких рек, в Мату-Гросу, Алма потеряла серёжку с бриллиантом. — Однажды отправишься туда и найдёшь моё богатство. — С чего ты взяла, что отправлюсь? — Отправишься, вот увидишь, — улыбнулась Алма.

   Ханна вспомнила, как Алма рассказывала про бразильские реки, где она плавала с трубкой и маской, а гигантские рыбы тёрлись о неё боками. В одной из таких рек, в Мату-Гросу, Алма потеряла серёжку с бриллиантом. — Однажды отправишься туда и найдёшь моё богатство. — С чего ты взяла, что отправлюсь? — Отправишься, вот увидишь, — улыбнулась Алма.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   Бывают такие губы, что сложно удержаться от поцелуя.

   Бывают такие губы, что сложно удержаться от поцелуя.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   Живи как жила, просто ничего не ищи, понимаешь? Всё, что приходит к тебе, принимай, но сама ни за чем не гонись — это важно. И да, тебе будет тоскливо и одиноко. Это и есть пустыня, что находится после джунглей на всех картах. Но не бойся, шагни в это страшное место, которого все избегают. Именно там ты встретишь джиннов. Их задача — лишить тебя радости полноценной жизни. Твоя задача — растоптать их. Это будут сложные дни, Ханна. Это будут самые важные дни твоей жизни. Однажды утром ты откроешь глаза, и твоя пустыня покажется тебе прекрасной. Вот тогда начнёт случаться то, для чего ты появилась в мире.

   Живи как жила, просто ничего не ищи, понимаешь? Всё, что приходит к тебе, принимай, но сама ни за чем не гонись — это важно. И да, тебе будет тоскливо и одиноко. Это и есть пустыня, что находится после джунглей на всех картах. Но не бойся, шагни в это страшное место, которого все избегают. Именно там ты встретишь джиннов. Их задача — лишить тебя радости полноценной жизни. Твоя задача — растоптать их. Это будут сложные дни, Ханна. Это будут самые важные дни твоей жизни. Однажды утром ты откроешь глаза, и твоя пустыня покажется тебе прекрасной. Вот тогда начнёт случаться то, для чего ты появилась в мире.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Все раненые мужчины страшатся новой раны. Все раненые женщины хотят новую рану, чтобы скорее забыть о прежней.

   Все раненые мужчины страшатся новой раны. Все раненые женщины хотят новую рану, чтобы скорее забыть о прежней.

   — Мария Фариса · книга
10. «

    — Джинны не исчезают, они по-прежнему делают что хотят в твоём сердце. Разве ты перестал испытывать вину, тревогу, стыд, зависть? — Нет, — я кусал губы. — И как убить джиннов? Что говорит ваша книга?

    — Джинны не исчезают, они по-прежнему делают что хотят в твоём сердце. Разве ты перестал испытывать вину, тревогу, стыд, зависть? — Нет, — я кусал губы. — И как убить джиннов? Что говорит ваша книга?

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Она глядела дерзким насмешливым взглядом — женщины так обычно не сморят, а те, кто смотрят, никогда не выходят замуж.

    Она глядела дерзким насмешливым взглядом — женщины так обычно не сморят, а те, кто смотрят, никогда не выходят замуж.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…

    Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…

    — Мария Фариса · книга
13. «

    По ночам он прижимал её к себе с такой силой, что его амулеты врезались ей в грудь. — Не больно? — Больно, когда не чувствую их, — она отвечала.

    По ночам он прижимал её к себе с такой силой, что его амулеты врезались ей в грудь. — Не больно? — Больно, когда не чувствую их, — она отвечала.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    В полной тишине и темноте для меня сияло лишь лицо напротив. В его глазах я видела, что и моё лицо для него сияло.

    В полной тишине и темноте для меня сияло лишь лицо напротив. В его глазах я видела, что и моё лицо для него сияло.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Есть истории, которые нужно рассказывать и слушать ночью.

    Есть истории, которые нужно рассказывать и слушать ночью.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    — В кафе, где я обычно завтракаю, однажды пришла старая женщина. Она была одета как все, но она явно была другая. Двигалась плавно, как человек, богатый прожитой жизнью. Улыбалась, не улыбаясь… — Это как? — Губы её не двигались, но на лице как будто всё время была улыбка. И смотрела так… мне никогда не забыть её взгляда: любовь из него выливалась густым потоком. Я хотел подойти к ней, но не решался. Женщина заказала кофе в высоком стакане и горячий хлеб с расплавленным сыром. Ела медленно, было видно, что она наслаждалась. Потом положила деньги на железное блюдце и вышла. Вышла, но не ушла. Все смотрели на место, где она сидела, и дышали тихо, как если бы она ещё была там.

    — В кафе, где я обычно завтракаю, однажды пришла старая женщина. Она была одета как все, но она явно была другая. Двигалась плавно, как человек, богатый прожитой жизнью. Улыбалась, не улыбаясь… — Это как? — Губы её не двигались, но на лице как будто всё время была улыбка. И смотрела так… мне никогда не забыть её взгляда: любовь из него выливалась густым потоком. Я хотел подойти к ней, но не решался. Женщина заказала кофе в высоком стакане и горячий хлеб с расплавленным сыром. Ела медленно, было видно, что она наслаждалась. Потом положила деньги на железное блюдце и вышла. Вышла, но не ушла. Все смотрели на место, где она сидела, и дышали тихо, как если бы она ещё была там.

    — Мария Фариса · книга
17. «

    — Танцуй, я для тебя поиграю. — Нет, — качнул головой я. — Ты попробуй. Увидишь, как это приятно. Она поставила точку таким взглядом, что я поднялся на ноги. Её ладони забили в натянутую на деревянном кольце кожу. Мои плечи качнулись, согнулись колени, вверх поднялись руки. Она глядела на меня уже не прищуренными, а раскрытыми во всю силу глазами. Я сомкнул веки, чтобы её не видеть.

    — Танцуй, я для тебя поиграю. — Нет, — качнул головой я. — Ты попробуй. Увидишь, как это приятно. Она поставила точку таким взглядом, что я поднялся на ноги. Её ладони забили в натянутую на деревянном кольце кожу. Мои плечи качнулись, согнулись колени, вверх поднялись руки. Она глядела на меня уже не прищуренными, а раскрытыми во всю силу глазами. Я сомкнул веки, чтобы её не видеть.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    На пути мне начали встречаться мужчины. С каждым я останавливалась поболтать. Сначала в них глядела, а потом в себя глядела, как в лесу, когда съедала неизвестную ягоду и ждала: отравит она меня или не отравит.

    На пути мне начали встречаться мужчины. С каждым я останавливалась поболтать. Сначала в них глядела, а потом в себя глядела, как в лесу, когда съедала неизвестную ягоду и ждала: отравит она меня или не отравит.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Умирающие старики хватали меня за руки: «Я понял, только сейчас понял, что неверно потратил своё время. Помоги мне пожить ещё немного». Но я была бессильна перед смертью, и с горечью в сердце эти люди уходили в чёрную бездну.

    Умирающие старики хватали меня за руки: «Я понял, только сейчас понял, что неверно потратил своё время. Помоги мне пожить ещё немного». Но я была бессильна перед смертью, и с горечью в сердце эти люди уходили в чёрную бездну.

    — Мария Фариса · книга
20. «

    Люди наперебой твердили, как я хороша, и что второй такой красавицы нет на свете. Что-то подобное, наверное, говорили и Люциферу. Слышала про него? Это был самый умный и талантливый ангел. Господь дал ему больше, чем другим, оттого он решил, что подобен Богу. Люцифер захотел взлететь выше всех, занять место Творца, но был свергнут с небес и сломал крылья о лёд в глубине ада.

    Люди наперебой твердили, как я хороша, и что второй такой красавицы нет на свете. Что-то подобное, наверное, говорили и Люциферу. Слышала про него? Это был самый умный и талантливый ангел. Господь дал ему больше, чем другим, оттого он решил, что подобен Богу. Люцифер захотел взлететь выше всех, занять место Творца, но был свергнут с небес и сломал крылья о лёд в глубине ада.

    — Мария Фариса · книга