779 фраз Марии Фарисы, которые запоминаются

Мария Фариса — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 779 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Чтобы перекрутить нить, нужно сначала раскрутить ту, что была свита раньше. Изменить судьбу можно только если в её обстоятельствах разобраться. Принять прошлое, осмыслить и отделиться от него стеной с дверью.

   Чтобы перекрутить нить, нужно сначала раскрутить ту, что была свита раньше. Изменить судьбу можно только если в её обстоятельствах разобраться. Принять прошлое, осмыслить и отделиться от него стеной с дверью.

   — Сказки для беспокойных · книга
2. «

   Ты закрываешь глаза и несёшься мыслями вдоль чёрной реки; мимо столбов, на которых нанизаны черепа тех, кто пришёл в твою жизнь, но не остался. Ты спешишь сама не знаешь куда и так разгоняешься, что попадаешь внутрь себя и вязнешь в противной жиже. Оглядываешься, ищешь, как бы поскорее выбраться из этого страшного, мерзкого места.

   Ты закрываешь глаза и несёшься мыслями вдоль чёрной реки; мимо столбов, на которых нанизаны черепа тех, кто пришёл в твою жизнь, но не остался. Ты спешишь сама не знаешь куда и так разгоняешься, что попадаешь внутрь себя и вязнешь в противной жиже. Оглядываешься, ищешь, как бы поскорее выбраться из этого страшного, мерзкого места.

   — Джунгли внутри тебя · книга
3. «

   Любовь — цель наших странствий. А в путешествие мы отправляемся, чтобы набраться смелости перед великой встречей.

   Любовь — цель наших странствий. А в путешествие мы отправляемся, чтобы набраться смелости перед великой встречей.

   — Люди, которые стареют красиво · книга
4. «

   Я не знаю, сколько мне лет. Отсчитывать годы — самому себе добавлять страданий.

   Я не знаю, сколько мне лет. Отсчитывать годы — самому себе добавлять страданий.

   — Сказки для беспокойных · книга
5. «

   Он появился, как вспышка, и я влюбилась в него каждой косточкой своего тела. С ним я испытала подлинную близость, какой у меня ни с кем не было раньше. Но у нас ничего не вышло, всё закончилось внезапно и неуклюже. Только время идёт, а я всё питаю пустые надежды, что он и есть моя потерянная половина. Понимаешь, что он тот, кто мне предназначен?

   Он появился, как вспышка, и я влюбилась в него каждой косточкой своего тела. С ним я испытала подлинную близость, какой у меня ни с кем не было раньше. Но у нас ничего не вышло, всё закончилось внезапно и неуклюже. Только время идёт, а я всё питаю пустые надежды, что он и есть моя потерянная половина. Понимаешь, что он тот, кто мне предназначен?

   — Джунгли внутри тебя · книга
6. «

   Город скрыт в тумане, и найти его могут только те, кто в нём родился.

   Город скрыт в тумане, и найти его могут только те, кто в нём родился.

   — Лучше журавль · книга
7. «

   Шесть месяцев спустя, когда я высох от беспокойства, хозяин парикмахерской обнял меня за плечи и сказал: – Завязывай с любовью. Пора тебе жениться.

   Шесть месяцев спустя, когда я высох от беспокойства, хозяин парикмахерской обнял меня за плечи и сказал: – Завязывай с любовью. Пора тебе жениться.

   — Авантюрин · книга
8. «

   Таково было её предназначение на этой земле — двигаться, двигать.

   Таково было её предназначение на этой земле — двигаться, двигать.

   — Сказки для беспокойных · книга
9. «

   Горячие волны лизали округлые скалы, песчаный пляж принимал чужеземцев в объятия, мартышки в лесу кричали, как бабы на воскресном базаре. Это был красивейший из земных городов — Рио.

   Горячие волны лизали округлые скалы, песчаный пляж принимал чужеземцев в объятия, мартышки в лесу кричали, как бабы на воскресном базаре. Это был красивейший из земных городов — Рио.

   — Бразилис · книга
10. «

    Себастьян отдал ей свой зонт и исчез за простынёй ливня. Ханна осталась одна посреди пустой улицы. Шум дождя из того дня продержался в её голове до Салвадора.

    Себастьян отдал ей свой зонт и исчез за простынёй ливня. Ханна осталась одна посреди пустой улицы. Шум дождя из того дня продержался в её голове до Салвадора.

    — Джунгли внутри тебя · книга
11. «

    Свой уголок, пусть и маленький, спасёт, если в доме нет лада. Ладуш знал, что я могу уйти под свою крышу, потому всегда первым прекращал наши ссоры.

    Свой уголок, пусть и маленький, спасёт, если в доме нет лада. Ладуш знал, что я могу уйти под свою крышу, потому всегда первым прекращал наши ссоры.

    — Сказки для беспокойных · книга
12. «

    Ты всё время недовольна собой, оттого сердце твоё беспокойно. Когда хочешь в себе что-то исправить, критикуешь работу Бога. А ведь он над каждым твоим волоском старался. Ткал тебя узелок за узелком с любовью и любопытством.

    Ты всё время недовольна собой, оттого сердце твоё беспокойно. Когда хочешь в себе что-то исправить, критикуешь работу Бога. А ведь он над каждым твоим волоском старался. Ткал тебя узелок за узелком с любовью и любопытством.

    — Сказки для беспокойных · книга
13. «

    Кости влюблённых в солнце должны лежать на вершине. Кости влюблённых в деньги гниют в долине.

    Кости влюблённых в солнце должны лежать на вершине. Кости влюблённых в деньги гниют в долине.

    — Авантюрин · книга
14. «

    Свинья, петух, змея – станем добычей трёх пороков, которые победили в себе свободные духом люди. Как свиньи будем накапливать вещи, жир, деньги. Как петух к своему двору, привяжемся к хозяйству. В голове и сердце заведутся змеи – гнев, ревность и зависть.

    Свинья, петух, змея – станем добычей трёх пороков, которые победили в себе свободные духом люди. Как свиньи будем накапливать вещи, жир, деньги. Как петух к своему двору, привяжемся к хозяйству. В голове и сердце заведутся змеи – гнев, ревность и зависть.

    — Авантюрин · книга
15. «

    Настало время своеволия и своемыслия. Теперь женщине уйти проще, чем раньше. Но женщина не уходит. Рождается зрячей, но сама себя ослепляет.

    Настало время своеволия и своемыслия. Теперь женщине уйти проще, чем раньше. Но женщина не уходит. Рождается зрячей, но сама себя ослепляет.

    — Сказки для беспокойных · книга
16. «

    — Дочка, вставай, пора на мессу. — Я не пойду. — Ты хочешь, чтобы Бог на тебя разозлился? — Он и так из-за чего-то зол на меня, мама. — Глупости, — отвечала она и тащила меня в церковь. Там на месте Руфино сидел кто-то, но для меня его скамейка всегда была пустая. Я глядела в ту пустоту, когда, несколько лет спустя, священник спросил, согласна ли я стать женой Бельтрана. «Да», — ответила я пустоте на месте Руфино.

    — Дочка, вставай, пора на мессу. — Я не пойду. — Ты хочешь, чтобы Бог на тебя разозлился? — Он и так из-за чего-то зол на меня, мама. — Глупости, — отвечала она и тащила меня в церковь. Там на месте Руфино сидел кто-то, но для меня его скамейка всегда была пустая. Я глядела в ту пустоту, когда, несколько лет спустя, священник спросил, согласна ли я стать женой Бельтрана. «Да», — ответила я пустоте на месте Руфино.

    — Джунгли внутри тебя · книга
17. «

    Я направился к церкви, жадно вдыхая ледяной воздух, чтобы выветрить из лёгких плесень с запахом абрикосовых пирогов.

    Я направился к церкви, жадно вдыхая ледяной воздух, чтобы выветрить из лёгких плесень с запахом абрикосовых пирогов.

    — Авантюрин · книга
18. «

    Женщин гонят редко. Как правило, они сбегают сами.

    Женщин гонят редко. Как правило, они сбегают сами.

    — Авантюрин · книга
19. «

    В жизни повторяется всё, лишь шанс стать счастливой выпадает однажды.

    В жизни повторяется всё, лишь шанс стать счастливой выпадает однажды.

    — Авантюрин · книга
20. «

    Взгляд бежит вниз по долине и упирается в горы. Эта земля старая, вся в морщинах. Под сочной весенней травой лежат тонны костей. Рядом с костями гниют мечи, кривые сабли и шлемы. Империи менялись на эмираты, ханства переходили в губернии, каждое десятилетие поднимались новые флаги. Только простые люди как прежде состригают здесь шерсть с овечек, ходят по тонким тропинкам в церковь, закапывают в землю кувшины с вином и брагой. Реки здесь текут, как текли раньше. Зимой у гор — широких шатров — появляются белые шапки. Женщины этих мест тысячи лет сушат волосы под утренним солнцем. Потому мой фен, обмотанный проводом, лежит в рюкзаке, под кроватью.

    Взгляд бежит вниз по долине и упирается в горы. Эта земля старая, вся в морщинах. Под сочной весенней травой лежат тонны костей. Рядом с костями гниют мечи, кривые сабли и шлемы. Империи менялись на эмираты, ханства переходили в губернии, каждое десятилетие поднимались новые флаги. Только простые люди как прежде состригают здесь шерсть с овечек, ходят по тонким тропинкам в церковь, закапывают в землю кувшины с вином и брагой. Реки здесь текут, как текли раньше. Зимой у гор — широких шатров — появляются белые шапки. Женщины этих мест тысячи лет сушат волосы под утренним солнцем. Потому мой фен, обмотанный проводом, лежит в рюкзаке, под кроватью.

    — Сказки для беспокойных · книга