25 цитат Марка Аврелий: цитаты про жизня — подборка на все случаи

Ниже 25 цитат Марка Аврелий: цитаты про жизня — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Наша жизнь есть то, что мы думаем о ней.

   Наша жизнь есть то, что мы думаем о ней.

   — Марк Аврелий
2. «

   Если ты огорчаешься по поводу чего-либо внешнего, то угнетает тебя не сама эта вещь, а твое суждение о ней. Но устранить последнее – в твоей власти. Если же тебя огорчает что-либо в твоем собственном настроении, то кто мешает тебе исправить свой образ мыслей?

   Если ты огорчаешься по поводу чего-либо внешнего, то угнетает тебя не сама эта вещь, а твое суждение о ней. Но устранить последнее – в твоей власти. Если же тебя огорчает что-либо в твоем собственном настроении, то кто мешает тебе исправить свой образ мыслей?

   — Марк Аврелий · книга
3. «

   Предаваться чрезмерной досаде или негодованию значит забыть о мимолетности человеческой жизни и о предстоящей всем скорой смерти.

   Предаваться чрезмерной досаде или негодованию значит забыть о мимолетности человеческой жизни и о предстоящей всем скорой смерти.

   — Марк Аврелий · книга
4. «

   Человек живёт только в настоящее мгновение. Всё остальное или прошло уже, или, неизвестно, будет ли.

   Человек живёт только в настоящее мгновение. Всё остальное или прошло уже, или, неизвестно, будет ли.

   — Марк Аврелий
5. «

   Приспособляйся к обстоятельствам, выпавшим на твою долю. И от всего сердца люби людей, с которыми тебе суждено жить.

   Приспособляйся к обстоятельствам, выпавшим на твою долю. И от всего сердца люби людей, с которыми тебе суждено жить.

   — Марк Аврелий · книга
6. «

   Не смерти должен бояться человек, он должен бояться никогда не начать жить...

   Не смерти должен бояться человек, он должен бояться никогда не начать жить...

   — Марк Аврелий
7. «

   Чаще размышляй о том, с какой быстротой проносится и исчезает из виду все сущее и происходящее. Ибо сущность подобна непрерывно текущей реке; действия беспрестанно сменяют друг друга, причины подлежат бесчисленным изменениям. И нет, по-видимому, ничего устойчивого, а рядом с нами – безмерная бездна прошедшего и грядущего, в которой все исчезает. Так не глупцом ли будет тот, кто станет гордиться чем-нибудь подобным, или волноваться по его поводу, или же жаловаться, точно дело идет о бремени, которому предстоит длиться века?

   Чаще размышляй о том, с какой быстротой проносится и исчезает из виду все сущее и происходящее. Ибо сущность подобна непрерывно текущей реке; действия беспрестанно сменяют друг друга, причины подлежат бесчисленным изменениям. И нет, по-видимому, ничего устойчивого, а рядом с нами – безмерная бездна прошедшего и грядущего, в которой все исчезает. Так не глупцом ли будет тот, кто станет гордиться чем-нибудь подобным, или волноваться по его поводу, или же жаловаться, точно дело идет о бремени, которому предстоит длиться века?

   — Марк Аврелий · книга
8. «

   Искусство жизни более напоминает искусство борьбы, нежели танцa. Оно требует готовности и стойкости и в отношении к внезапному и непредвиденному.

   Искусство жизни более напоминает искусство борьбы, нежели танцa. Оно требует готовности и стойкости и в отношении к внезапному и непредвиденному.

   — Марк Аврелий
9. «

   Кто видел настоящее, тот уже видел всё, бывшее в течение вечности, и всё, что ещё будет в течение беспредельного времени.

   Кто видел настоящее, тот уже видел всё, бывшее в течение вечности, и всё, что ещё будет в течение беспредельного времени.

   — Марк Аврелий
10. «

    Ни с кем не случается ничего такого, что он не в силах был бы вынести.

    Ни с кем не случается ничего такого, что он не в силах был бы вынести.

    — Марк Аврелий
11. «

    Если мы лишимся осознания заблуждений, то для чего ещё жить?

    Если мы лишимся осознания заблуждений, то для чего ещё жить?

    — Марк Аврелий · книга
12. «

    Не расточай остатка жизни на мысли о других, если только дело не идет о чем-либо общеполезном. Ведь раздумывая о том, кто что делает и ради чего он это делает, кто что говорит, замышляет и предпринимает, ты упускаешь другое дело: все подобное отвлекает от забот о собственном руководящем начале.

    Не расточай остатка жизни на мысли о других, если только дело не идет о чем-либо общеполезном. Ведь раздумывая о том, кто что делает и ради чего он это делает, кто что говорит, замышляет и предпринимает, ты упускаешь другое дело: все подобное отвлекает от забот о собственном руководящем начале.

    — Марк Аврелий · книга
13. «

    Во время гимнастических упражнений кто-нибудь оцарапал тебя ногтем или ударом головы поставил синяк. Мы не придаем значения этому, не обижаемся и не будем в дальнейшем смотреть на него, как на злоумышленника, хотя и будем беречься его, не как врага, или человека подозрительного; мы просто будем спокойно уступать ему дорогу. Пусть будет так и в остальной жизни: многого не должны мы ставить в счет тем, кто как бы упражняется вместе с нами на жизненной арене. Ведь можно, как я сказал, уклоняться от встреч, не подозревая и не ненавидя.

    Во время гимнастических упражнений кто-нибудь оцарапал тебя ногтем или ударом головы поставил синяк. Мы не придаем значения этому, не обижаемся и не будем в дальнейшем смотреть на него, как на злоумышленника, хотя и будем беречься его, не как врага, или человека подозрительного; мы просто будем спокойно уступать ему дорогу. Пусть будет так и в остальной жизни: многого не должны мы ставить в счет тем, кто как бы упражняется вместе с нами на жизненной арене. Ведь можно, как я сказал, уклоняться от встреч, не подозревая и не ненавидя.

    — Марк Аврелий · книга
14. «

    Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.

    Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.

    — Марк Аврелий
15. «

    Если бы даже ты рассчитывал прожить три тысячи лет и еще тридцать тысяч, все же ты должен помнить, что никто не лишается другой жизни, кроме той, которую он изживает, и никто не изживает другой жизни, кроме той, которой лишается. Поэтому самая продолжительная жизнь ничем не отличается от самой краткой. Ведь настоящее для всех равно, а следовательно, равны и потери – и сводятся они всего-навсего к мгновенью. Никто не может лишиться ни минувшего, ни грядущего. Ибо кто мог бы отнять у меня то, чего я не имею?

    Если бы даже ты рассчитывал прожить три тысячи лет и еще тридцать тысяч, все же ты должен помнить, что никто не лишается другой жизни, кроме той, которую он изживает, и никто не изживает другой жизни, кроме той, которой лишается. Поэтому самая продолжительная жизнь ничем не отличается от самой краткой. Ведь настоящее для всех равно, а следовательно, равны и потери – и сводятся они всего-навсего к мгновенью. Никто не может лишиться ни минувшего, ни грядущего. Ибо кто мог бы отнять у меня то, чего я не имею?

    — Марк Аврелий · книга
16. «

    Где есть возможность жить, там можно и хорошо жить.

    Где есть возможность жить, там можно и хорошо жить.

    — Марк Аврелий · книга
17. «

    Всё следует делать, обо всём говорить и помышлять так, как будто каждое мгновение может оказаться для тебя последним.

    Всё следует делать, обо всём говорить и помышлять так, как будто каждое мгновение может оказаться для тебя последним.

    — Марк Аврелий
18. «

    Итак, следует помнить о двух истинах.

    Итак, следует помнить о двух истинах.

    — Марк Аврелий · книга
19. «

    Время человеческой жизни – миг; ее сущность – вечное течение; ощущение – смутно; строение всего тела – бренно; душа – неустойчива; судьба – загадочна; слава – недостоверна. Одним словом, все относящееся к телу подобно потоку, относящееся к душе – сновиденью и дыму. Жизнь – борьба и странствие по чужбине; посмертная слава – забвение. Но что же может вывести на путь? Ничто, кроме философии

    Время человеческой жизни – миг; ее сущность – вечное течение; ощущение – смутно; строение всего тела – бренно; душа – неустойчива; судьба – загадочна; слава – недостоверна. Одним словом, все относящееся к телу подобно потоку, относящееся к душе – сновиденью и дыму. Жизнь – борьба и странствие по чужбине; посмертная слава – забвение. Но что же может вывести на путь? Ничто, кроме философии

    — Марк Аврелий · книга
20. «

    Твои мысли становятся твоей жизнью.

    Твои мысли становятся твоей жизнью.

    — Марк Аврелий